Нелюбимая

– Хочешь, покажу одно видео, где две девчонки на трассе? – вспоминаю, что сегодня организаторы нелегальных гонок в Москве обещали незабываемый реванш желтой «Феррари» и серой «Субару».
За последней прикольная девчонка. Зовут Кирой. Не думал, что первой отмечу ее, когда я ярый фанат «Феррари». Еще и 488.
Кира поддалась зачем-то. На видео прекрасно это видно. Но, получается, только мне одному.
  
Блондинка всю трассу ехала с максимальной скоростью, выжимала из своей малышки максимум, даже на поворотах сильно рисковала, а на финишной прямой вдруг сбавила ход. Прямая трасса, ровная дорогая. Жми! Она же позволила себя обогнать.
Открываю видео с сегодняшней гонки, будто моей мне мало, и включаю на полный экран. Целую минуту смотрим с Майком нарезку из их битвы.
– Мне нравится цыпленок, – думаю, он про желтую «Ферру».
– Почему?
– У девчонки есть тактика. Она не едет вслепую. Знает свои сильные стороны, а слабые прикрывает. «Субару» же слишком рискует. Не чувствует дороги. В те моменты, когда лучше притормозить, она газует, тем самым подставляя и себя под удар, и другую машину.
Перевожу взгляд на своего напарника. У него даже глаза загорелись.
За несколько секунд до конца видео мы понимаем: цыпленок, как прозвал ее Марино, вырывается вперед. Она снова первая, когда Кира сидит на хвосте.
В этот раз она не поддалась.
Отхожу в сторону и открываю нашу переписку с Кирой. Я написал ей первым. Не знаю, почему. Порыв какой-то был. Девчонка ответила.
Переписка ни о чем, но в ней была какая-то моя отдушина. В тот вечер одиночество душило.
– Ты рискуешь понапрасну, Кира. Но поздравляю со вторым местом, – пишу.
У нас разница во времени. Надеюсь, она еще не спит. Но я все равно жду ответ. Хожу по вагончику, маюсь.
Марино странно на меня косится. И я понимаю его точку зрения относительно поведения машин на дороге. И ничего не имею против желтой «Ферры». Она прекрасна, знаю.
Но быть второй на «Субару» когда ты почти цепляешь крыло одной из самых мощных машин мира…
– Привет, Тимур. Спасибо!
– Тим. Зови мне Тимом.
 
Глава 12. Варя
 
Март.
– Видела, Юлька сегодня пришла на семинар вся в слезах? – шепчет соседка по парте. Алина – известная сплетница. И ее соседство – не самое лучшее мое решение. Но просто она еще и староста…
– Мы с ней больше не общаемся, – коротко отвечаю.
Уже как больше года.
Бывшая подруга сидит в темных очках, хотя сама мы в помещении. Невозможно разобрать, куда именно она смотрит, но жжение между лопаток подсказывает мне, что цель – я.
– А почему? – Алинка наклоняется ко мне, и сладкое облако ее дешевых духов опутывает, как толстая вуаль.
И не отодвинуться, блин. А отвернуться или попросить сменить аромат невежливо. Засада, короче.
– Парня не поделили? – задает второй вопрос.
Я же и на первый не собиралась отвечать.
Лучше было сесть с тихушницей Ленкой, нежели с Алиной.
– Слышала, она с Сафиным рассталась, – шепот старосты застревает в ушах и повышает давление в голове. Она разрывается от этой новости. И я не знаю, как реагировать. Ну, точно не плясать. Хотя мне абсолютно не жаль, как бы.
– В интернете много, что пишут.
– Да нет, это по ее словам из поста.
На Юльку я, конечно же, уже не подписана. Отписалась в тот злосчастный вечер, о котором и вспоминать больно.
Сейчас захотелось войти с левого аккаунта и прочитать. Как-никак ее слова – источник. А в институте нас учат верить только информации из первоисточника.
– А вы же с Сафиным общаетесь? – ее любопытство сжимает мне легкие, когда дышать после такой новости и так затруднительно.
Это же год отношений! Вдруг Сафин и правда полюбил эту?… Он говорил, что никогда не полюбит меня. Но про Юлю там и слова не было.
Верчу ручку в руках, она падает, и у меня нет сил ее поднять.
Все же новость – шок.
– Мы не общаемся, – коротко отвечаю, уверенно размазывая слова по ее лицу с россыпью веснушек и пытливому взгляду.
Настоящая сплетница.
Я собираю свои вещи с парты: два учебника, конспекты, набор ручек, и пересаживаюсь к Ленке. Тихушница смотрит во все глаза. Я единственная из всего курса, кто решился с ней сесть за одну парту.
Семинар ведет заунывный профессор. Если ты не заснул – ты Герой с большой буквы.
Юлька через полчаса после начала занятий убегает, коротко взглянув в мою сторону и громко хмыкнув. Не знаю, что я такого успела ей сделать, когда мы все эти полтора года не общались от слова совсем.
А я какое-то время скучала по подруге.
Из института сразу иду к парковке, где ставлю своего цыпленка. Мы договорились с папой пообедать вместе. Его салон как раз находится в десяти минутах езды.
В голове все время крутятся слова Алины.
Когда я видела Сафина последний раз, он выглядел хоть и уставшим, но довольно счастливым. А в его машине ждала Юля и, кажется, у них было все хорошо на первый взгляд.
Около салона ожидаемо нет мест. Паркую цыпленка в соседнем дворе. Поставив на сигналку, обхожу новостройку и захожу в автосалон.
Здесь привычная прохлада и запах новеньких авто. Господи, у меня слюна на языке собирается. Стыдно признаться в этом.
На подходе к кабинету слышу знакомый смех. Два знакомых смеха. Сердце ускоряется и стучит в висках до головной боли и легкой тошноты.
Два дня назад он завершил гонку, приехав на финиш вторым. Это было в Канаде. У него есть несколько дней перед четвертым этапом.
А я снова победила в своем заезде. «СубаруБлондинка» была расстроена, а я подтвердила звание королевы.
Мы были за рулем своих машин почти в одно время, находясь на разных континентах.
– Папа? – постучав, захожу. Кто знает, какие дела они там обсуждают.
Сафину дарю короткую улыбку. Он хоть и свободный теперь, но все же не мой, чтобы ему улыбаться.
Успела только заметить, что Тим загорелый какой-то. И слишком уж радостный для человека, который расстался с девушкой.
– О, Варька. Заходи. Все вместе пойдем пообедаем.
Вот черт.
– Прости, не получится.
– Глеб, не получится.
Говорим одновременно. Бросаем испуганные взгляды друг на друга. Мой, по крайней мере, был точно испуганным.
Меня обдает жаров, как в пик летнего сезона где-нибудь в стране Персидского залива.
Дурацкие широкие джинсы уже не подходят к рубашке ярко-малинового цвета, а волосы нужно было собрать в хвост. Куртка вообще кажется лишней и какой-то детской.
– Вы идите, а мне и правда нужно еще заехать к матери, – Сафин поднимается с кресла, его взгляд бродит по мне зигзагами.
Снова менять решение глупо с моей стороны. Банально боюсь попасться. Не хватало еще вопросов: почему я не хотела обедать с Тимуром.
– У меня еще пара сегодня, пап. Я заскочила на минуту.
– Позвонить не могла? – раздраженно-обиженно спрашивает.
Вру отцу, глядя в глаза. Уже какой раз.
– Только что в группе написали, – показываю заблокированный телефон. При движении экран оживает. На заставке мы с Максимом. Классная фотография, за которую цепляется Сафин.
Да, Тим, у меня парень есть. И я совсем по тебе не страдаю!
– Ты на машине? – спрашивает отец.
Глупо уставилась в глаза папы, когда язык завязывается морским узлом. Не хочу, чтобы Сафин знал мою машину. Пусть вон за своей «СубаруБлондинкой» следит!
– На такси.
Отец хмурится. Таксистов он не любит.
– Тим, сможешь подкинуть Варю до института? Здесь недалеко.
Сафин поворачивает ко мне голову, смотрит целую вечность, за которую я успела вспомнить по крупицам нашу последнюю встречу в мой день рождения.
– Конечно.
  
Из кабинета первой выхожу я. Следом Тимур. Я чувствую его шаги, его дыхание, его взгляд. На шее сзади собираются мелкие мурашки, выдавая недюжее волнение.
Ехать с ним в тесном пространстве его машины? И зачем я молча на это подписалась?