Нелюбимая

Из салона выходим через главный вход и сразу упираемся в его серый Феррари. Интересно, он знает, что у нас одна и та же фирма машин? По всей видимости, папа еще не успел проболтаться.
– Тимур, – намеренно зову его полным именем. Мы больше не друзья, – спасибо за помощь, но я доберусь сама.
Да и за углом стоит мой цыпленок.
– Да прекрати! – отмахивается. Все у него просто. Как семечки щелкает, – мне на самом деле несложно.
  
Сафин пищит сигналкой и открывает передо мной пассажирскую дверь.
Как давно здесь сидела Юля?
Сминаю в руках ремешок сумки и кошусь на идеально чистый салон. Оттуда доносится чисто мужской запах какой-то туалетной воды.
– Малыш, гнать не буду. Обещаю.
Усилием воли гашу волну протеста. Румянец окутывает лицо.
Усаживаюсь в «Феррари» с низкой посадкой, как ложусь. В сердце запускаются тысячи моторчиков.
Сафин обходит капот и садится на водительское место. Между нами маленькое расстояние, наши локти иногда сталкиваются. Нос улавливает аромат груши и мускуса.
Непривычно.
– Больше никогда меня так не называй, Тимур. Я больше не малыш. Тем более для тебя.
Тим поворачивает ко мне голову, параллельно выкручивая руль. Мне кажется, он может управлять машину с закрытыми глазами.
Его взгляд становится серьезным. Чуть растерянным.
Я напитываюсь смущением и немножко гордостью. За себя.
– Хорошо. Не буду.
 
Глава 13. Варя
 
Тимур едет плавно и по правилам. Скучно.
Мне же странно ощущать себя пассажиром, когда водитель сам Тимур Сафин. На приборной панели фирменная наклейка его команды, на запястьях парня вечные плетеные фенечки. Он так и не признался никому, откуда они у него.
Кожа кресел в салоне нежная и приятная. Мне вообще здесь все нравится, хоть это и не моя «Ферра».
– Тебе же не надо в институт, я прав? – спрашивает невзначай, перестраиваясь в левый ряд. А мне как бы направо.
– Но ты хотел заехать к маме.
Бросаю взгляд на спидометр. Там ровно шестьдесят.
– Или… Ты обманул? – слегка поворачиваюсь корпусом. Салон его машины сужается. Неужели он был таким маленьким и тесным?
– Иногда Глеб бывает очень нудным.
Сафин убавляет температуру. Ему жарко, а я не понимаю, почему меня окутывают холодные мурашки как одеялом.
– Ты только ему об этом не говори, ладно? – с опаской поглядывает.
Ухмыляюсь. Теперь у меня есть козырь в рукаве. Но по правде говоря, папа и впрямь бывает нудным.
– Тогда где ты меня высадишь?
Другой вопрос вертится в голове, но прозвучит он неправильно: «Куда мы едем?»
Когда Сафин сжимает оплетку руля, я слышу характерный скрип. Хвостики фенечек с бусинками на концах болтаются и бьются об руль.
– Планирую и правда заехать перекусить. Ты как? Составишь компанию?
Тим улыбается, и мои колени вновь дрожат. Несмотря на то, что сижу, все равно чувствую слабость в ногах. Эти ощущения словно притаились где-то внутри и так и ждали, когда гонщик мне улыбнется.
Я раздумываю целую минуту. Невежливо.
Но отказ будет выглядеть, будто я боюсь его. Или, чего хуже, избегаю. Это же не правда?
– Мал… Варя?
– Х-хорошо, – неуверенно даю согласие.
В конце концов, это просто еда. Мы просто поедим вместе, как в старые добрые времена. Сафин скоро уедет, а у меня вообще есть парень. Два съеденных бургера, или что он закажет, не сделают из нас вновь хороших друзей.
– Есть предпочтения?
Веду плечами.
Я как бы не голодна.
– Тогда пицца. Век не ел.
Тимур кажется расслабленным. Вспоминаю слезы Юльки в институте. Если они все же расстались, почему он такой спокойный? Улыбается, пиццу заказывать планирует. С девушкой под боком.
Тимур заезжает в самую обычную пиццерию и берет две пиццы навынос. Пепперони и Маргариту – мою любимую. Про день рождения забыл, а тут вспомнил.
Или это банальное совпадение. Девушки часто придумывают того, чего нет.
– Странно, что, работая на Итальянскую команду, посещая Италию минимум раз в месяц, ты век ее не ел, – беру горячий сырный кусок. Откусываю.
Здесь немноголюдно. Основная масса людей пользуется доставкой. Ну а пицца здесь и впрямь вкусная. Наверное, Сафина научили не только быть пилотом «Феррари», но и выбирать достойную пиццу.
Прям мечта, а не парень.
– Тебе ли не знать, что это не самая здоровая еда. Хотя… После последней гонки я думал о сэндвиче.
Украдкой поглядываю на Тимура. Прямо разглядывать стесняюсь. Как никак полтора года прошло.
Взгляд Сафина тоже нет да нет, но чиркает по мне. Часто. Без подтекстов, намеков. Скорее, банально изучающий.
Я мало изменилась за это время. Разве только косметикой стала больше пользоваться, да и не такая щепка уже, как была.
– Удивлена, что ты так и не смог обогнать Эдера.
– У нас было отставание в пять секунд, а потом меня позвали сменить шины, – голос Тима становится грубее. Азарт смазывает гортань, как маслом.
– Ты бы смог доехать без смены.
– Износ был достаточно большим, я терял сцепление с дорогой, а, следовательно, и скорость.
– Потому что первую смену нужно было проводить позже. Или ехать не на софте.
– Тогда я не вырвался бы вперед.
Тимур убирает остатки соуса тыльной стороной ладони. Это вроде как не по этикету, но почему-то выглядит чересчур соблазнительно.
Он хитро улыбается и смотрит в упор. Как в мысли проникает.
Аппетит пропадает, живот превращается в тугой комок теста.
– Ты смотришь «Формулу»?
– Забыл, в какой семье я выросла?
Мы говорим быстро и четко, как удары отбиваем.
– И кто следующий чемпион? – провокационно спрашивает.
В его глазах я вижу свое отражение – маленькая влюбленная девчонка, что просто обожала этого несносного гонщика. Уверенного, дерзкого, талантливого.
Сафин откинулся на маленький стул, ждет. Его губы изогнуты в улыбке, которая царапает мои чувства. Приятно зарапает.
Ямочки еще эти…
– Марино?
На целую секунду Тимур зависает. Горло дергается, когда он сглатывает. Свой шок, по всей видимости.
Если он надеялся услышать свою фамилию, то это надежда была глупой. В мои мысли он все-таки не смог заглянуть. Они по-прежнему только мои.
– Скажешь, он лучше меня? – прищуривается и облокачивается на шаткий стол.
Делаю вдох. Раньше я столько не врала. Особенно глядя в глаза. У Сафина они потемнели на несколько оттенков. Светло-зеленые прожилки приобретают болотный цвет.
– Время покажет, Тимур, – обтекаемо отвечаю и делаю усилие, чтобы руки не дрожали, когда беру бутылку с холодным чаем.– Вообще, Майк Марино – видный парень.– Симпатичный, ты хочешь сказать?
– И это тоже, – слизываю остатки чая с губ языком.
Наш разговор заходит не в то русло. Смотреть на Тимура теперь кажется пыткой. Только что я сказала, что его напарник по команде симпатичный, а сердце в груди рвет ткани от того, что Сафин сидит напротив меня.
– Я ему передам. Ты поела? – смотрит на огрызки от моей пиццы. Корочки я не ем.
Садиться обратно в серого коня Сафина нет никакого желания. Точнее, оно есть, и огромное, но я растворяю его внутри, как шипучку. Остается лишь покалывающие ощущения на коже.
Смотрю на пассажирскую дверь, которую он открыл для меня. Парень, о котором я мечтала. Гонщик. Почти небожитель. Но стоит и переминается с ноги на ногу, как обычный человек.
С промедлением все же сажусь.
Когда остаемся с ним в закрытом пространстве его монстра, мне хочется нажать на паузу. Где-то там меня ждет Максим, а я снова смотрю на фенечки Сафина и не верю, что смогла просто общаться с Тимуром. Спорить, врать.
В тишине машины я слышу дыхание Тима. Тяжелое, но редкое. Сама боюсь дышать.
  
Его губы изгибаются в привлекательно-дьявольской улыбке, когда он поворачивается ко мне. Взгляд полон лукавства.
Кажется, Тим на пороге какого-то предложения…
– Хочешь за руль?