Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ)

— Отец узнал тогда, что он наследник Певереллов? — предположил Гарри вслух. Увидев, как насторожился гоблин, он признался: — профессор Снейп знает о моих родителях. Больше никто об этом знать не должен. И о том, что я поделился информацией с профессором Снейпом — тоже, — все же предупредил он, хоть и понимал, что гоблины не имеют права обсуждать дела клиентов с посторонними. Глазоварс серьезно кивнул ему в ответ, приняв и пояснение, и предупреждение к сведению.
— Да, в четырнадцать лет ваш отец узнал, что вошел в серебряный список наследников Певереллов. А в семнадцать увидел их гобелен на законных основаниях, будучи утвержденным в своих правах. Думаю, артефакт был передан ему по праву наследования. Но, в таком случае, удивляет факт того, что он передал его в чужие руки. Он знал его ценность. И ваш отец не был глупцом. Артефакт зачарован от случайной утери, — гоблин качал головой.
— Уважаемый, вы так и не сказали, что это был за артефакт? Я могу узнать? Ведь я тоже могу стать наследником…
— Вы, несомненно, станете наследником Певереллов, мистер Поттер, раз магия рода откликнулась на призыв, когда вам была нужна ее помощь. Вы имеете право знать, — Глазоварс снова посмотрел на Снейпа.
— Мистер Поттер, я могу подождать в холле, — подал голос Северус, увидев настороженный взгляд гоблина.
— Нет. Останьтесь, пожалуйста. Раз уж вы отвечаете за мою безопасность, то вы вправе знать. Я так считаю. Уважаемый Глазоварс, я доверяю профессору Снейпу. Так что это была за вещь? — Гарри держался подчеркнуто вежливо и старался не выдать, что он еле удерживается на стуле, а его любопытство, казалось, скоро начнет лезть из ушей.
— Это Мантия-невидимка, мистер Поттер. Не чета тем поделкам, которыми торгуют нынче маги. Древний и очень сильный артефакт, — в голосе гоблина Гарри почудилось благоговение. Он оглянулся и поразился пораженно расширившимся глазам Снейпа. Ничем другим Северус не выдал того, что его впечатлило известие.
— А я смогу потребовать эту Мантию-невидимку у Дамблдора? Или она теперь принадлежит ему? — сердце Гарри колотилось так сильно, что он боялся, как бы оно не выскочило из груди, пробив в ней брешь. Он и сам не мог пояснить, почему так себя чувствует, но он знал… Именно — знал, что Мантию необходимо вернуть себе.
— Этот артефакт не может быть передан в другой род без официального извещения Гринготтса. В нашем банке не больше сотни артефактов такой категории, как этот. Они подлежат особому учету как древнее наследие магического мира, а не только какого-то одного рода. Так что Мантия-невидимка, родовой артефакт Певереллов, по закону на данный момент принадлежит роду Поттер. Ваш отец не мог продать или подарить ее, потому что он знал о его ценности. Я сам лично после его семнадцатилетия при проведении обряда родства об этом рассказал, предварительно убедившись, что Мантия-невидимка действительно находится у него. Так что, мистер Поттер, закон и Гринготтс на вашей стороне. Если вы сможете вернуть артефакт, это будет только справедливо. Когда вы станете законным наследником рода Поттер, банк сможет вмешаться и помочь вам в возвращении артефакта, если вы этого пожелаете, — Глазоварс с надеждой глядел на Гарри.
— Поверьте, уважаемый, я пожелаю. Я вообще желаю, чтобы Дамблдор вернул мне все артефакты, а уж этот… — Поттер оглянулся на Северуса, словно черпал в зрительном контакте с ним силы. — Я не стану ждать и постараюсь вернуть Мантию и другие артефакты раньше, — пообещал он то ли гоблину, то ли самому себе. — Если у вас есть возможность помочь мне в этом, буду только рад. Простите, уважаемый, я отнял у вас много времени. Искренне благодарю вас за помощь, — Гарри поднялся с кресла и поклонился гоблину, что считалось очень большой честью для работников банка.
Глазоварс расцвел от удовольствия. Он соскочил со своего высокого стульчика и вежливо провел Гарри и Северуса в общий зал банка, где почти душевно, насколько это было возможно для гоблина, распрощался с ними. Вернувшись в свой кабинет, Глазоварс еще несколько минут позволил себе подумать о молодом мистере Поттере. Он пытался понять, знает ли мальчик о том, что мистер Принс тоже наследник Певереллов? Не рискованно ли было рассказывать о Мантии-невидимке при нем? «Мистер Поттер сказал, что доверяет ему, но ведь он еще ребенок, хоть и очень умный. Но если наследник Принсов на стороне мальчика, то это очень неплохой союз. Очень неплохой. Мистер Принс сможет подсказать мальчику правильную линию поведения с Дамблдором, — в своих мыслях Глазоварс, как и Гарри, опускал вежливое «мистер» в сочетании с именем директора Хогвартса. — Каранякс был прав в оценке наследника Поттеров. Очень достойный молодой человек. Очень. С ним будет приятно работать. И начинать нужно прямо сейчас. Хватит рассуждать. Для начала составлю список артефактов и книг, которые старик взял из хранилища. Я не мог ему в этом отказать, но могу помочь мистеру Поттеру вернуть их в хранилище. Хотя бы некоторые. А Мантию необходимо вернуть обязательно», — размышляя так, Глазоварс достал пергамент и приступил к составлению списка с подробным описанием амулетов и книг, которые позаимствовал Дамблдор. Работая, гоблин непроизвольно мстительно ухмылялся, представляя какой сюрприз ждет опекуна мистера Поттера.
 
========== Глава 28 ==========
По дороге домой Снейп и Поттер почти все время молчали. Поход в Гринготтс принес им такие новости, которые требовали серьезного разговора, но делать это при посторонних было нельзя. Поэтому запланированную прогулку по Косому Переулку они, не сговариваясь, сократили до минимума. Зашли в аптеку за некоторыми ингредиентами. Наведались к Олливандеру, которому Северус передал готовые зелья. Напоследок зашли в кафе к Фортескью, где взяли большую порцию мороженого «на вынос». После этого через камин в «Дырявом котле» добрались до пригорода Лондона, откуда Северус аппарировал их в Певерелл-мэнор.
— И долго будете молчать? — Том переводил взгляд с Гарри на Снейпа. — Я же вижу, что вам до чесотки хочется мне что-то рассказать.
— Гарри, ты как считаешь?.. — Северус понимал, что решение, стоит ли рассказывать все Тому, должен принять Поттер. Только вот у него не получалось тактично сформулировать вопрос к Гарри, чтобы это не выглядело как принуждение или навязывание своего мнения. Снейп, будучи больше информированным, гораздо четче понимал, насколько важная информация им открылась сегодня.
— Ага, — кивнул ему Гарри, поняв Снейпа с полуслова. — Конечно же, мы расскажем все Тому. Значит так. Дамблдор взял мои артефакты и книги из сейфа и некоторые из них то ли продал, то ли подарил. А еще кое-что отдал в Министерство.
— Темная магия, — вклинился в рассказ с уточнением Снейп.
— Да. Он отдал мои артефакты, потому что они считаются запрещенными. Какое он имел право брать то, что принадлежит роду Поттер и отдавать его? Пусть бы лежало в Гринготтсе и дальше. Мало того, что я лишился, возможно, очень полезных артефактов, так он еще и скомпрометировал мой род, выставив его в дурном свете. Ведь далеко не все понимают, что эта возня с темномагическими артефактами…
— Может принести много пользы, — прервал его Риддл. — Гарри, мы тебе уже не раз говорили, что любое начинание необходимо рассмотреть со всех позиций.
— Но почему, если артефакт создан темным магом — он вдруг плохой? Так, может быть, начнем охоту на тех, кто родился темным магом? Или запретим им делать полезные вещи? — Поттер всю дорогу домой из Гринготтса накручивал себя против Дамблдора, и сейчас его раздражение выливалось в обсуждении первой же спорной темы.
— Успокойся, — Снейп резко одернул Гарри. — Не кипятись по пустякам. Если тебе интересно обсудить эту тему, то я ее напомню в другой раз, и мы поговорим. А сейчас у тебя есть что рассказать, если ты еще не передумал.
— Это не пустяки. Зачем Министерство забирает артефакты? Если бы оно этого не делало, Дамблдор не отнес бы туда мои вещи. Рода Поттер, — поправил себя Гарри.
— Есть действительно очень опасные волшебные вещи, которые, по моему мнению, необходимо запретить в магическом мире. Но Министерство Магии, как это часто бывает, решило лучше перестараться, чем упустить что-то опасное, — Риддл, заинтригованный поведением Снейпа, который явно не мог дождаться, когда Гарри расскажет что-то важное, постарался несколькими фразами дать ответ на вопрос Поттера.