Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ)

— А как вам удалось так точно ею управлять на расстоянии? — Снейп видел, как мальчишки чуть ли не синхронно закусили губу и упрямо молчали. — Вам помогли, — сделал он вслух вывод. — Дальше. Порванные лямки рюкзака. Мантия, треснувшая по швам. Как вы пробрались в гриффиндорскую гостиную и спальню, чтобы разрисовать их физиономии зубной пастой?
— Не были мы в их гостиной! — Драко насупился. — И в спальне не были. Там и без нас хватает желающих отыграться. Все ведь уже знают, что близнецы наказаны и не смогут отомстить. По крайней мере, в ближайшее время.
— Мы не портили вещи Уизли. Мы знаем, что у их родителей туго с деньгами, так что не стали бы так шутить. И пукающие ботинки — тоже не наша шутка, — серьезно заявил Гарри. — И все эти подножки и тому подобное… Нечего нам больше делать, как бегать по всему Хогвартсу в поисках придурочных Уизлей, чтобы так мелко мстить им.
— Не ругайтесь, Поттер.
— Простите. Но они действительно приду…
— Не повторяйте. Я хорошо услышал и в первый раз, — перебил его Снейп. — Директор сначала развлекался вашими выходками, но ему уже надоело. Так что советую прекратить свою вендетту, — Северус хмыкнул. — Я должен быть уверен, что студенты Слизерина непричастны к травле Уизли. Вы меня поняли?
— Нет! То есть, да, мы поняли. Но можно мы еще разочек? У нас все уже готово, — Гарри просяще смотрел на Снейпа.
— Поттер, вы понимаете, что вы делаете? — Северус поражался непосредственности Гарри.
— Если честно, то не совсем. Но это будет весело, — не отступался Поттер. Драко сначала посмотрел на него, как на сумасшедшего, затем тихонько уткнулся лицом в ладони и с трудом сдерживал нервный смех.
— Поттер! Малфой, что смешного? — Снейп был готов отшлепать Гарри за подрыв его репутации, потому что ему самому хотелось рассмеяться вместе с Драко. — Никто еще не осмеливался договариваться со мной о том, что он пойдет хулиганить с моего разрешения! Что вы себе позволяете?
— Но никто не узнает, что это мы! Ведь никто не может доказать, что раньше мы гадости Уизлям подстраивали? Это мы вам все честно рассказали. Больше никто не знает. Даже на факультете. И теперь никто не догадается, зато будет весело, — уговаривал Гарри, словно не на него только что повышал голос декан.
— Поттер, вы меня в могилу вгоните, — устало произнес Снейп.
— Нет, что вы. Профессор Снейп, мы все вас любим, — заверил Гарри, довольно улыбаясь. — Мы им перцовый пипифакс приготовили, — почти шепотом признался он.
— Нет! Так, Поттер, живо несите мне это ваше изделие для креативной мести. Малфой, сидеть. Вы у меня в заложниках побудете, пока мистер Поттер справится с поставленной задачей, — Снейп сел за преподавательский стол, достал из ящика стопку пергаментов и начал спокойно их проверять.
Через десять минут Гарри с недовольной миной на лице отдавал Снейпу рулончик туалетной бумаги, завернутый в пергамент.
— Только вы руками без перчаток не трогайте рулончик. Мы перец жгучий использовали. От него руки очень трудно отмываются, — все же решил предупредить Гарри, который не хотел, чтобы его Сев пострадал.
— И откуда такие таланты берутся? — съязвил Снейп, пряча в стол перцовый пипифакс.
— Мой кузен в начальной школе так развлекался, — признался Поттер.
— А как на ваши художества смотрит мистер Рональд Уизли? Неужели ему все равно, что вы нападаете на его братьев? — Снейпа действительно интересовал ответ на этот вопрос.
— Они всегда над ним издевались. Так что он вместе с нами развлекается.
— Понятно. Повторяю еще раз. Никаких больше выходок в отношении Уизли. Узнаю — пеняйте на себя. А с вашим батюшкой, мистер Малфой, я обязательно поговорю. Надеюсь, до рождественских каникул, — многообещающе ухмыльнулся Снейп. — Свободны, — он махнул рукой в направлении двери, а сам вернулся к проверке письменных работ.
В начале каждого месяца к Поттеру прилетала сова из Гринготтса с отчетом об основных финансовых операциях. Несмотря на то, что Гарри просил ставить его в известность только о действиях опекуна, Глазоварс считал своим долгом отчитаться по всей своей работе. Регулярный прилет совы не ушел от внимания Дамблдора.
 
В первую же пятницу декабря, когда по установившейся традиции Поттер пришел в директорский кабинет для очередного мозгоклюйства, разговор зашел о почте, приходящей Гарри.
— Мальчик мой, ты же понимаешь, что я как опекун должен знать, с кем ты переписываешься. Ведь я отвечаю за тебя и должен быть уверен, что ты не попадешь в плохую компанию, — терпеливо разъяснял свое любопытство Дамблдор.
— Я ни с кем не переписываюсь, сэр, — честно ответил Поттер, ведь переписка подразумевает и его письма, а он никому ничего не писал.
— Но ты получаешь какие-то письма. Вот и на днях сова принесла тебе пакет.
Студентам совы приносили почту только в Большой зал, таковы были правила школы, поэтому все могли видеть, если кому-то приходила корреспонденция.
— Если я скажу, что это письма от тети, вы мне, конечно же, не поверите, — то ли спросил, то ли просто вслух предположил Поттер.
— Ты не много мне рассказывал о жизни у тети, но я так понял, что у вас не самые теплые отношения, — поджав губы, директор рассматривал Гарри, который казался ему порой слишком умным.
— Не самые теплые. Вы правы, — подтвердил Поттер. — Я получаю отчеты из Гринготтса, сэр, — Поттер не стал выкручиваться, ведь Дамблдор мог уже наверняка знать, откуда приходят письма. Если он обращался в банк, то его могли поставить в известность о распоряжениях потенциального наследника рода Поттер.
— Гарри, ты еще слишком мал, чтобы забивать голову всякими банковскими бумажками, — Альбус был удивлен. Он после одиннадцатилетия Гарри так и не ходил еще в Гринготтс, надеясь уговорить Поттера совершить такой поход вместе. Была некоторая вероятность, что Гарри все же отведет его к Родовому гобелену. Но вот такой поворот с финансовыми ежемесячными отчетами из банка его немного насторожил.
— Дядя Вернон всегда говорил, что деньги любят счет. Я еще не могу принимать решения по управлению наследством, но я умею считать деньги, — Поттер старался говорить спокойно и так, словно и сам не совсем понимал, что особенного в том, что ему присылают отчеты. — У меня никогда не было своих денег, а теперь их много, хоть я и не могу пока ими всеми пользоваться без вашего ведома. Мне так объяснил гоблин в Гринготтсе. Зато я могу получать отчеты, как дядя Вернон получал из банка. И у меня есть свой сейф, — Гарри старался, чтобы его слова выглядели как хвастовство ребенка.
— А ты не хочешь, чтобы мы с тобой вдвоем рассматривали эти отчеты?
— Зачем? Вы можете и сами у управляющего спросить все, что вам нужно. Мне гоблин и это объяснил.
— Да-да. Конечно могу. А давай на каникулах сходим вдвоем в Гринготтс, — предложил Дамблдор.
— Зачем? У меня еще осталось немного денег из тех, что я летом брал. Мне все равно их негде тратить, — пожал плечами Поттер, прекрасно догадываясь, зачем это нужно директору.
— Мы могли бы вместе разобраться в том, кто твои ближайшие родственники. Я бы рассказал тебе, как правильно следует рассматривать Родовой гобелен. Ты же знаешь, что это такое? — Дамблдор пристально смотрел на Гарри, посверкивая стеклами очков.
— О да! Я видел его. Родовой гобелен. Это такой красивый ковер с надписями. Мне показывали, — Поттер преувеличенно радостно закивал головой как болванчик. — Гоблин рассказывал, что там есть имена всех моих предков.
— Там есть имена твоих предков, начиная с основателя рода Поттер. По Родовому гобелену можно проследить родство с другими родами магического мира. Ты хорошо его рассмотрел? Может, сходим вдвоем, и ты еще раз внимательно его посмотришь? Ты нашел там свое имя? А имена родителей? Там есть имена твоих бабушки и дедушки, — Дамблдор соблазнял Гарри возможностью еще раз полюбоваться дивным артефактом.
— Нет, гоблин сказал, что теперь до четырнадцати лет мне там делать нечего, — Глазоварс не был так категоричен, но он действительно говорил, что повел Гарри к Родовому гобелену чуть ли не в качестве исключения. Поверенный рода Поттер был недоволен, что ему пришлось перепроверять все финансовые сделки за десять последних лет, вот и вел он себя при встрече с Гарри немного напыщенно.