Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ)

Ясно. Только я все же предпочел бы зелье вместо обездвиживающих чар. Его долго готовить? Сваришь?
Сам справишься, - заверили Гарри в ответ.
А оно долго действует? Я успею…
Вполне. Допустимая безопасная доза рассчитана на семь-восемь часов работы. Правда, последние пару часов, когда концентрация зелья в крови падает, оно уже не столь эффективно, - Северус вызвал Темпус – до встречи с Люциусом оставалось около получаса.
Том, я же могу воспользоваться тем зельем, о котором рассказал Северус? – Гарри вдруг подумал, что у снадобья могут быть какие-нибудь неучтенные побочные эффекты, не позволяющие применять его при ментальном вмешательстве.
Да, вполне. Завтра сваришь зелье, я дам тебе рецепт. На раздумья у тебя времени немного, так что определяйся с датой, когда займемся твоими Дурслями.
А что думать? В субботу в обед подолью всему семейству зелье. Дадли, как обычно, пусть посидит за компьютером в своей комнате. Главное, чтобы не путался под ногами. С Петуньей и Верноном поработаю. А потом всех отправлю спать – пусть думают, что их после еды разморило. У меня будет воскресенье, чтобы понаблюдать за Дурслями и убедиться, что все прошло удачно, - Гарри пожал плечами, словно говорил, что другого приемлемого варианта просто нет в сложившихся обстоятельствах.
Поддерживаю, - кивнул Том, решительно поднимаясь из кресла. – Северус, тебе не пора к Люциусу? Мы с Гарри будем ожидать вас на месте.
Успокоительное зелье захвати, - криво усмехнувшись, посоветовал Северус. – Я постараюсь ему намекнуть перед тем, как мы войдем в дом, но… Сам понимаешь.
Уже, - Том похлопал себя по карману мантии. Он хотел сказать, что еще помнит, как ему пришлось приводить в сознание Северуса во время их первой встречи после трагического Хэллоуина, но сдержался, решив, что Люциус все же был не так близок к нему, чтобы столь бурно реагировать. – Гарри, пойдем, - он протянул руку Поттеру, помогая ему подняться.
Через пять минут все трое покинули Певерелл-мэнор, отправляясь на весьма важную и серьезную встречу.
Люциус Малфой был заинтригован странным предложением Снейпа отправиться для разговора на нейтральную территорию. Выйдя из аппарации на лесной поляне с крошечным неухоженным домиком, окруженной явно дикими зарослями, он вопросительно посмотрел на Северуса.
И куда ты меня притащил?
В последнее время ты настаивал на том, что нам пора начинать действовать, если мы хотим сохранить наш мир. Я ничего не путаю? – Северус, сделав приглашающий жест рукой, направился к дому, оглянувшись через плечо на Люциуса, чтобы увидеть его реакцию на свои слова.
Да, я так говорил, - после паузы подтвердил Люциус, уже было направившийся за Северусом, и приостановился. – Мы там будем не одни, - он кивнул в сторону домика, который с более близкого расстояния уже не казался таким уж запущенным.
Меня радует, что ты не растерял остроты своего ума. Именно поэтому ты будешь первым, - Северус помолчал, пока аккуратно открывал дверь и входил внутрь домика. – К тому же я доверяю тебе больше, чем кому бы то ни было из бывших наших. И не только я, - в гостиную он пропустил Люциуса впереди себя, чуть отступив в сторону – ровно настолько, чтобы иметь возможность следить за его действиями. – Держи себя в руках, - предупредил Северус.
Люциус уже хотел было поинтересоваться, к чему было сказано столь странное предупреждение, когда в углу гостиной на диване увидел людей, прервавших разговор и теперь уставившихся на него в явном ожидании. Улыбающегося Гарри Поттера он узнал сразу же, но… второй… Люциусу стало трудно дышать. В голове исступленно забилась мысль, что увиденное не может оказаться правдой. Однако надежда на чудо толкнула его вперед. Сделав несколько шагов, приближаясь к поднимающемуся с дивана волшебнику, Люциусу вдруг показалось, что пол уходит из-под его ног. Он узнал! Не просто узнал – он поверил, что перед ним стоит именно тот, чью потерю тринадцать лет назад искренне оплакивали многие соратники. Все такой же проницательный взгляд голубых глаз, чуть насмешливая ухмылка на лице – казалось, годы не властны над этим человеком, который был другом его отца. Это был он – ошибиться невозможно. Только рядом с ним можно почувствовать себя столь защищенным – такова сила его магии и харизмы.
 
Этого не может быть… - прошептал Люциус побелевшими губами. Однако вопреки словам в его глазах горел такой восторг, что сразу было понятно - он просто старается принять перемены в жизни не только сердцем, но и разумом.
Может, Люциус. Может, - Том раскрыл объятия, заметив нерешительность Люциуса, не знающего, какое поведение будет приемлемым. – Ты становишься все больше похожим на Абрахаса.
Обменявшись дружескими объятиями, Том усадил Люциуса рядом с собой на диван. Гарри пересел в кресло, второе занял Северус, уже спрятавший волшебную палочку – он был готов к любым сюрпризам от Малфоя.
Держи, Люциус, - Том подал ему фиал с успокаивающим. – Тебе не помешает, поверь мне.
Но как? – не став спорить, Люциус, предварительно принюхавшись к содержимому фиала, решительно опрокинул его в рот. Гарри тем временем магией переместил небольшой столик с напитками, холодными закусками и фруктами, установив его так, чтобы все имели возможность воспользоваться предлагаемым ассортиментом. Люциус оценил его предусмотрительность, благодарно кивнув, и сразу же подхватил хрустальный кувшин, наливая себе в стакан охлажденный сок, чтобы запить неприятный привкус во рту после зелья.
Думаю, это очевидно – я не погиб, как очень старается всех убедить Дамблдор, - ответил на вопрос Том. – Я попал в расставленную им ловушку, но сумел из нее выбраться.
Сжато рассказав настоящую историю о том, что случилось в доме Поттеров в Годриковой Лощине, Том сделал паузу, давая Люциусу время осознать услышанное. Он принял от Северуса бокал с вином и с удовольствием сделал несколько глотков.
Значит, Поттер не имеет никакого отношения к славе, которую ему приписывают, - уставившись на Гарри так, словно и не видел его, задумчиво произнес Люциус.
Много ты понимаешь. Авада Кедавра его так и не взяла, - заметил Северус, заступаясь за Гарри. – Заметь, выпущенная Дамблдором - весьма сильным колдуном. Так что Гарри по праву носит звание Мальчика-который-выжил.
Но никакого Темного Лорда он ведь не убивал, – стоял на своем Люциус уже, казалось, просто из чувства противоречия. Однако было видно, что прозвучавшие слова являлись продолжением какой-то мысли, настойчиво пытающейся завладеть его вниманием.
А вы на минутку не забыли, что я тоже в этой комнате нахожусь? – язвительное замечание Гарри, недовольного тем, что он стал предметом для обсуждения, заставило Люциуса извиниться за свои неуместные слова.
И как давно вы, мистер Поттер, знакомы с… - Люциус немного замешкался, не зная, будет ли уместным назвать Волдеморта Томом, как это было раньше.
Я давно знаком с Томом, - не стал конкретизировать Гарри, заодно разрешая трудность Люциуса. – И предупреждая логичный вопрос – я не собираюсь это афишировать даже после его открытого возвращения в магический мир. По крайней мере, в ближайшее время. Надеюсь, объяснять не нужно, чем вызвана подобная предосторожность и в некоторой степени необходимость.
Конечно. Том, я могу спросить? – можно было подумать, что Люциус специально отвлекся на короткий разговор с Гарри, чтобы собраться с мыслями.
Безусловно, - Том развернулся к собеседнику, положив руку на спинку дивана и продолжая в другой держать бокал, время от времени поднося его к лицу, чтобы вдохнуть волшебный аромат изысканного вина.
Почему ты так долго не давал о себе знать своим людям? – задавая вопрос, Люциус невольно бросил взгляд на Северуса, прикидывая, как давно тот в курсе того, что Том не погиб в восемьдесят первом.
Умеешь же ты задавать вопросы, - усмехнулся Том, - прямо как Абрахас. Пока душу не вывернешь наизнанку – не ответишь. «Своим людям» говоришь… Перед тем, как рассказать, что случилось после того как я покинул Годрикову Лощину, я хотел бы поблагодарить тебя, Люциус, за то, что ты отыскал лазейку, позволившую многим из наших соратников избежать заключения в Азкабан, - Том подтвердил свои слова полупоклоном. – Так вот… Как я сказал – антиаппарационный купол над домом Поттеров не давал мне особого выбора, и я использовал для перемещения оттуда древние чары. Не очень удачные для экстренного побега, потому что сущность волшебника с их помощью исчезает из точки отправления не мгновенно, как при аппарации. Сначала переносится тело, затем остатки магии и сознание. Все это занимает какую-то секунду-другую, но все же не моментально. Предназначенная мне Авада прошла сквозь мой, если можно так выразиться, магический и ментальный слепок тела и, скорее всего, попала в Гарри. Я уже переместился к тому моменту и не видел, поразило ли заклинание Гарри, однако его шрам утверждает о том, что это именно так. Но сейчас, Люциус, речь обо мне. После перемещения в защищенное место я потерял сознание. Авада Кедавра не убила меня, но все же причинила существенный вред, каким-то образом вступив во взаимодействие с моей магической составляющей. Слава Мерлину – только магической, не затронув разум, - Том сделал паузу, решая – нужно ли пояснять подробности? И пришел к выводу – что это просто необходимо, если он хочет добиться полного доверия, такого же, как было раньше. - В некотором роде пострадало мое магическое ядро – я потерял возможность постоянно и надежно контролировать свою магическую силу, уподобившись ребенку, который только-только начинает постигать колдовство. И это при моем-то потенциале, который, спасибо великой Магии, никуда не делся. Хотя в той ситуации подобное положение дел превращало мое состояние практически в катастрофу.