Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ)

Думаешь, Альбус тебе разрешит? – Сириус уже перебирал бумаги, поняв, что это не только отчет, но и еще какие-то расчеты.
Ты серьезно считаешь, что я буду его спрашивать? Не смеши меня. У меня есть возможность уходить из Хогвартса незаметно. Да и во время походов в Хогсмид я могу отлучиться на пару часов. Не бери в голову. Лучше вот скажи мне…
Над финансовыми планами и отчетами они засиделись далеко за полночь, и только тогда Сириус понял, что Гарри с самого начала собирался заночевать у него. Мысль о том, что крестник считает его дом в некоторой степени и своим, откликнулась теплом в его сердце. Это давало Сириусу надежду на то, что и он сам далеко не безразличен Гарри.
Сразу после завтрака Северус отправился в Малфой-мэнор, ему необходимо было уговорить Люциуса на встречу в охотничьем домике Блэков, по сути, не объясняя ни причины, ни необходимости подобной секретности. Гарри рано утром прислал Нага с сообщением, что договорился с Сириусом не только на сегодняшний вечер, но и на всякий случай на будущее. В своем послании Поттер пообещал к обеду вернуться домой – он планировал сходить в Гринготтс, чтобы отдать поверенному свои распоряжения на ближайшее время.
Том, оставшись в Певерелл-мэноре в одиночестве, не мог найти себе места – он нервничал. Последний раз он был в подобном состоянии, когда после четырехлетней разлуки наконец-то был готов открыться Северусу, встретиться с ним и признаться, что выжил, несмотря на все старания Дамблдора. Тогда он боялся, что родной человек может не простить ему такого долгого молчания – ведь Том издали следил за ним и знал, как тяжело Северус переживал его утрату. Однако в тот раз он зря волновался – его поняли, простили и даже не очень долго злились на него. Сейчас же ситуация была намного сложнее. Он мог услышать вполне закономерный вопрос: как он мог бросить своих соратников и не прийти им на помощь тогда – в восемьдесят первом? Все обстоятельства, которые раньше Том считал вполне обоснованными причинами для определенной линии поведения, теперь почему-то казались жалкими объяснениями.
Через час пустых треволнений Том выпил успокаивающее зелье, и недостойные нервирующие мысли постепенно сами собой уступили место собранности и сосредоточенности. Он не мог просто появиться из небытия перед бывшими соратниками с «пустыми руками». От него будут ожидать если и не немедленных шагов по исправлению создавшейся в магическом мире ситуации, то уж планов и предложений по организации их дальнейших действий – это наверняка. И хотя с подобными планами проблем не было, Том все же снова и снова рассматривал их с разных ракурсов, надеясь удостовериться, что им выбран лучший вариант из возможных.
Северус, успевший после визита к Малфою наведаться к себе домой и даже завершить приготовление парочки порций зелий для школьного больничного крыла, которые следовало передать мадам Помфри еще до начала занятий, вернулся в Певерелл-мэнор к обеду, почти одновременно с Гарри.
Я так понимаю – ты с Гринготтсом уже решил все вопросы, требующие твоего непосредственного внимания в ближайшее время? – поинтересовался Том у Гарри, стараясь отвлечься от мыслей, одолевающих его с самого утра. Он предложил провести время, остающееся до запланированного посещения охотничьего домика, на открытой террасе - было немного облачно, но тепло и безветренно, что располагало к отдыху на свежем воздухе.
Да, за остальным пока присмотрит Сириус, если понадобится. До занятий осталось мало времени, а столько еще нужно успеть, - Гарри немного устало вздохнул. – И зачем я поддался на уговоры Глазоварса и поспешил принять перстень главы рода? Тогда хоть немного меньше забот было бы, - безразличным голосом посетовал Гарри. Выглядело так, словно он просто хотел пожаловаться, хотя на самом деле уже полностью смирился с обстоятельствами.
Ты же сказал, что с Гринготтсом разобрался, - Северус, простоявший сегодня несколько часов за варкой зелий, с удовольствием вытянул уставшие ноги и, откинувшись на спинку дивана, чуть вопросительно поглядел на Гарри.
 
Да. Но, если не считать встречи с Люциусом, мне еще нужно разобраться с Дурслями, - пояснил Гарри.
А что с ними не так? – не переставал допытываться Северус.
Я думаю, что, наверное, было бы все же неплохо вернуть им возможность быть самими собой. Просто я наблюдал за Сириусом – он теперь другой, не такой, как раньше. Цельный, что ли? Может, это мне только кажется, оттого что я знаю о возврате ему полного контроля над собственным сознанием, но все же… - Гарри покусал губу, размышляя, как лучше выразить свою мысль. – Я не собираюсь больше возвращаться к Дурслям на очередные каникулы. Пусть они живут своей жизнью. Тетка уже сейчас иногда бросает на меня недоуменные взгляды. Нет – они не добрые и ласковые, но она в растерянности. Значит наши подозрения о том, что Дамблдор все же не погнушался внушить ей что-то в отношении меня, могут оказаться весьма состоятельными.
Ты решился все же поработать с ее сознанием? – уточнил Том, пытаясь понять, говорит ли Гарри о том, что ему нужна помощь с родственниками, или он готов сдать последний экзамен по менталистике.
Да. Только я не знаю, как это провернуть. Сириус сам решил, что ему нужно. Он волшебник и имел понятие о том, что с сознанием возможно работать. Да, теоретически это преследуется по закону, однако, если факт вмешательства и можно установить, то вот доказать, кто именно потрудился над сознанием – это уже вопрос гораздо более сложный. Так вот… - Гарри понял, что немного сбился с основной темы. – Я же не могу подойти к тетке и прямо ей заявить, что собираюсь вправить ей мозги? Даже намек на то, что раньше волшебники вмешивались в работу ее разума, и тот может вызвать у нее шок и истерику, если не что-либо похуже. И как в таком случае обеспечить зрительный контакт?
Петрификус Тоталус? – лениво предложил Северус. Он сейчас сидел с закрытыми глазами и, казалось, не сильно и прислушивался к словам Гарри, тогда как Том, напротив, был полон внимания.
Чтобы она от страха сошла с ума, а я застрял у нее в сознании? – Гарри покачал головой, не соглашаясь с таким вариантом. – Я и так заставляю себя смириться с тем, что мне предстоит практически насилие над разумом тетки, а ты еще и предлагаешь применить к ней принудительное обездвиживание в то время, когда она будет полностью осознавать все, что с ней происходит. Между прочим, в ее «голове» и вы оставили свои следы, которые я собираюсь подтереть.
Хочешь сказать, что не нужно было гасить ее пристальное внимание к тебе? Пусть бы продолжала активно шпынять тебя и унижать? – Северус от возмущения даже глаз приоткрыл, решив посмотреть на неблагодарного Поттера.
Ничего такого я не говорил, не утрируй. Я просто уточняю, что работы там может оказаться много, и времени для ее проведения тоже понадобится немало, - отмахнулся Гарри на обвинение в черствости.
Тогда отведи Петунью к Дракону. Он будет-с рад-с оказ-зать тебе ус-слугу. Его взгляд работает надежно и без сбоев. И статуей она будет ровно столько, сколько ты пожелаешь, - ехидно предложил Северус.
Одно другого не лучше, - Гарри с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться, представив состояние тетки, если бы ей пришлось увидеть василиска.
Есть зелье, блокирующее восприимчивость и… В общем, это практически подчиняющее зелье. Условно-разрешенное. Одно из немногих, действующих не только на волшебников, но и на магглов. Что-то вроде наркотика. Его иногда используют авроры для допроса магглов, на которых, как известно, Веритасерум не действует. У этого зелья имеется подходящая тебе особенность – подвергнувшийся его воздействию абсолютно не помнит деталей того, что происходило, пока зелье действовало на него, - ровным тоном сообщил Северус.
Отлично! Зачем же тогда предлагал Дракона и Петрификус? - возмущенно поинтересовался Гарри.
Петунья и ее пухлый муженек лучшего не заслуживают, - честно признался Северус.