Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ)

От бега уже покалывало в боку, а дыхание сбивалось, но тревога за друга не давала права остановиться и передохнуть. Уже почти добравшись до портрета Полной дамы, являющейся хранителем входа в апартаменты гриффиндорцев, Гарри вспомнил, что не знает пароля. И в это время он отчетливо услышал отклик Северуса на его зов через фибулы. В сознании появилось изображение зажженной свечи в знакомом Гарри канделябре – он стоял в спальне Северуса. Прежде, чем начать колотить по картине, к которой он уже подошел, Гарри сосредоточился на ментальном контакте, хоть это было не очень легко в его тревожном состоянии. Достав карту из кармана, он поднес ее почти к самым глазам, стараясь показать Северусу, что его заставило бегать по Хогвартсу ночью. Хорошо, что у входа в гостиную факультета факелы горели ярко, так же, как и днем. Правда, это не мешало Полной даме притворяться спящей. Надеясь, что Северус, если и не понял конкретно, что произошло, то догадался, что среди ночи будить его по пустякам Гарри не стал бы, он перевел взгляд на картину, преградившую ему проход к Рону.
Северус всегда спал очень чутко, особенно, если ночь он проводил не в Певерелл-мэноре. Иногда это становилось даже причиной его дурного настроения днем. Невыспавшийся Северус представлял собой весьма колючую версию обычного себя - вечно угрюмого и невыносимо язвительного. Он только уснул, когда в его сознании словно взорвался фейерверк – лавина тревоги, страха, переживания и досады вперемешку со злостью и азартом преследования. Первой мыслью Северуса, стоило ему открыть глаза, было: «Гарри в беде!» В сознании что-то мельтешило, не позволяя рассмотреть, что же произошло на самом деле?
Волшебная палочка привычно скользнула в руку, позже Северус даже не сможет вспомнить – которая из двух. Зажженная свеча разогнала мрак спальни, позволяя не спотыкаться, пока он будет натягивать на себя одежду. Но прежде, отыскав фибулу, он напоил ее кровью, чтобы дать Гарри знать, что его услышали, и закрепить ментальный контакт. Одевание не требовало внимания, будучи привычным действием, поэтому Северус полностью сосредоточился на послании от Гарри, которое наконец-то обрело некоторую определенность – Поттер бежал по лестнице. Судя по мелькающим в сознании деталям интерьера – он поднимался на гриффиндорскую башню.
Уже выходя из своих комнат, намереваясь последовать за Гарри, Северус отчетливо увидел перед собой карту Мародеров. Даже не присматриваясь к изображению, он понял, что, вероятнее всего, Гарри заметил на ней Питера Петтигрю. Затем, уже поднимаясь из подземелий, Северус принял немую просьбу Гарри, уставившегося на портрет Полной дамы, служащий дверью в гриффиндорские комнаты. Конечно, разумно было не подвергать Гарри опасности и заставить его дождаться, когда Северус сам доберется до него. Однако, зная Поттера, который мог от отчаяния просто уничтожить преграду на своем пути, если посчитает, что другого выхода нет, Северус не стал рисковать. Он, будучи Защитником Хогвартса, знал, как проникнуть в любое помещение замка, даже закрытое хитроумными чарами. По сути, перед ним двери открывались сами по себе, стоило ему только этого захотеть, но и тайные способы контроля за входами тоже были известны Северусу. Он остановился возле очередной картины, оказавшейся по пути его следования, и хорошенько осветил ее Люмосом, давая Гарри возможность рассмотреть, что ему следует сделать, чтобы попасть в гостиную. Северус указал пальцем на нижний правый угол картины и с удовольствием отметил, что Гарри повторяет его действия. Затем, отмерив вдоль стены вправо около фута, Северус показал, как нужно положить ладонь на стену и провернуть ее, касаясь камня только пальцами и запястьем. Он надеялся, что Гарри поймет, что действие следует подкрепить потоком собственной магии.
Долго ждать ответа от Северуса не пришлось. Гарри казалось, что они, благодаря фибулам, понимают друг друга не только без слов, но и без усилий, словно мыслят абсолютно одинаково. Это было очень приятное чувство. Отвлекаясь на связь с Северусом, Гарри немного успокоился, получив возможность собраться и взять себя в руки, а также он отдышался после пробежки, что тоже было хорошо, предполагая возможность скорой магической схватки со взрослым магом.
 
Северус посредством ментального контакта показал, как следует поступить, чтобы открыть вход в гостиную Гриффиндора, и Гарри сразу же повторил его действия. Когда у него ничего не получилось, он был готов стукнуться лбом о стену, признаваясь в своей глупости. Он же волшебник! Поэтому Гарри повторил действия, подсказанные Северусом, посылая поток магии следом за движением своей ладони по стене. Картина Полной дамы, так и не проснувшейся на своем магическом полотне, отодвинулась в сторону, открывая проход в гостиную Гриффиндора. Собственное чувство удовлетворения удавшейся попыткой было усилено одобрением Северуса – Гарри это ощутил очень отчетливо. Судя по мелькающим в сознании картинкам, Северус был уже довольно близко, ему оставалось только подняться на несколько этажей по лестнице. Но ожидать его Гарри не стал, ведь Рон был в опасности.
Гарри уже бывал в комнатах Гриффиндора, так же, как и Рон с Гермионой еще на первом курсе как-то приходили в слизеринскую гостиную. В принципе, подобное не запрещалось правилами Хогвартса – студенты могли посещать своих друзей с других факультетов в их гостиных, однако на практике такое случалось очень редко. Не снимая Мантии-невидимки, что обеспечивало помощь в виде фактора неожиданности, Гарри, предварительно взглянув на карту и убедившись, что ничего не изменилось, и Петтигрю все еще находится в спальне Рона, поднялся по лестнице, ведущей к комнатам мальчиков.
Стараясь не прислушиваться к громко бухающему в груди собственному сердцу и полностью отвлекаясь от ментальной связи с Северусом, чтобы не потерять контроля над событиями, Гарри, приготовив волшебную палочку, осторожно приоткрыл дверь. В комнате было почти темно, свет от магических факелов, закрепленных на стенах над тумбочками, стоящими между кроватями, чуть теплился. Беззвучно шагнув в комнату, Гарри осторожно осмотрелся – возле кровати Рона никого постороннего не было. Уже собравшись достать карту Мародеров, Гарри вдруг остановил свой взгляд на клетке с Коростой, стоящей на тумбочке возле изголовья кровати Рона – именно там, где карта все время показывала давно погибшего волшебника Питера Петтигрю. Осознание истины стало оглушающим ударом для Гарри. Крыса! Крыса – анимагическая форма колдуна Петтигрю по кличке Хвост!
В это время кто-то крепко сжал Гарри за плечи, отчего он дернулся, но от вскрика удержался. Резко оглянувшись и никого не увидев, он понял, что за его спиной стоит Северус, скрытый чарами невидимости. Гарри расслабился, почувствовав одобрительное похлопывание по плечу. А еще через пару минут, достаточных для того, чтобы отойти от шока, полученного в результате открытия, Северус тихонько потянул его за руку к выходу, одновременно прерывая действие фибул.
Всю дорогу до подземелий Гарри и Северус молчали, лишь соприкосновение переплетенных пальцев рук подтверждало их разумам, что они, невидимые, идут рядом. В своей гостиной Северус отменил чары, позволяя наконец-то себя рассмотреть, а Гарри сбросил Мантию-невидимку. Казалось, что никто из них не хотел начинать разговор, который однозначно не будет простым.
Я приготовлю чай, а ты попробуй связаться с Томом, - предложил Гарри, оттягивая обсуждение того, что они выяснили. - Вдруг он в Тайной комнате?
Нет, он дома. Но думаю, связь с ним нам пригодится. Хотя бы для того, чтобы не повторять всего еще раз, - согласился Северус, доставая из кармана Сквозное зеркало.
Он тоже был потрясен открытием. Выйдя из гриффиндорских комнат, Гарри специально раскрыл карту Мародеров, чтобы еще раз убедиться, что они не ошиблись в своих выводах. Метка с подписью «Питер Петтигрю» была на месте – между отметками с именами «Рон Уизли» и «Симус Финниган». Именно там, где стояла клетка с крысой, носящей отвратительную кличку – Короста.