Девятый. Компиляция. Книги 1-6 (СИ)
Хотя кое-что они все же мне оставили. Оглядевшись, заприметил ту самую курицу — глупая птица бродила возле колодца, время от времени что-то поклевывая. Мой вчерашний ужин состоял из поджаренных лягушек, сегодня на завтрак было то же самое с десертом из жимолости — после первой пробы ягод негативных симптомов не последовало, вот и решился.
С меня такой диеты хватит: этим вечерком полакомлюсь курятиной…
При моем приближении птица насторожилась и отошла в сторону, уступая дорогу. Но я подкорректировал курс, продолжая идти на сближение. Курица оказалась не столь уж безмозглой — быстро сложила два плюс два и с паническими воплями принялась спасаться от преследователя. Ну а я начал за ней гоняться, позабыв про все остальное, в том числе и про бдительность, — в очередной раз сглупил.
Когда мне после долгих и героических усилий удалось загнать паникующую птицу в угол между домом и сараем и я уже почувствовал во рту вкус хорошо прожаренной куриной грудки, за спиной лязгнули металлом и как-то нехорошо всхрапнули — почти как тот медведь перед атакой.
Голова тут же услужливо нарисовала хреновый образ: ко мне подкрадывается окровавленный топтыгин с железными когтями и титановыми клыками.
Похолодев, обернулся, инстинктивно отступая вслед за курицей, — все в ту же ловушку из стен. Черная лошадь с белым длинным пятном на голове — храпела, надеюсь, она. В седле — всадник: коренастый мордатый мужик с небрежно обрезанной бородой, топорщащейся над опущенным нижним забралом. Раз имеется забрало (даже два — они будто пасть образуют: даже зубы стилизованные имеются), то, само собой, есть и шлем — основательная железная полусфера. И вообще много чего имеется: сложное металлически-кожаное сооружение, прикрывающее все тело, кольчужная юбка из больших колец, свешивающаяся ниже, огромное толстое копье со зловещим крюком ниже наконечника, удерживаемое в вертикальном положении.
И очень недобрый взгляд, устремленный на меня.
Прикинув радиус поражения копья и свою тактически проигрышную позицию, я понял, что с этим «Конаном-варваром» надо обязательно подружиться (любая альтернатива нежелательна).
Подняв правую руку, я продемонстрировал раскрытую ладонь, улыбнулся — полный набор интернациональных жестов миролюбия. Сказать при этом ничего не сказал — все по тем же лингвистическим причинам.
«Конан» дружить не стал, зычно выкрикнул:
— Сюда все — гляньте, что я нашел.
Зрители появились очень быстро — еще парочка аналогично экипированных мужчин, таких же бородатых и мрачных. Я погрустнел еще больше — тут и так шансов не было, а уж с тремя…
Один, самый крупногабаритный из всей троицы, подъехав поближе, чуть свесился, взглянул мне в глаза, резко рявкнул:
— Кто ты будешь?
И что мне ему отвечать? «В этом кабаке подают свежее пиво»?
Пришлось промолчать — вместо слов продемонстрировал еще одну улыбку.
— Ишь… скалится еще, — сквозь зубы прошипел мужик, подав коня назад.
Похоже, улыбаюсь я как-то не так…
— Немой? Или?.. — как-то непонятно спросил тот, что меня нашел.
— Не ведаю — похоже, слышит хорошо, а немые редко ушами владеют. А для простых ходунов больно чист с виду — одежда недавно стиранная. А ну рубаху подними! — Это уже ко мне.
Мне ничего не оставалось, как подчиниться: закатал одежду под шею.
Первый присвистнул:
— Глянь, какой синячище на боку, и подпалины на шкуре свежие. Эй! Откуда у тебя это?! Цезер, он не отвечает ничего, да и на раны похожи на те, что у обращенных бывают.
— Надо его проверить, — ответил здоровяк (видимо, его зовут Цезер). — Хис, давай на воротах проверим. Ликсар, гони его следом.
Молчун направился к воротам (значит, Хис), тот, что меня застиг при ловле курицы, пнул древком копья в бок, заставляя идти туда же (получается, это Ликсар: знание — сила, и надо запоминать все).
Когда добрался до ворот, увидел настораживающую картину — Хис, остановившись под перекладиной проема, деловито, с явным знанием дела завязывал на конце веревки петлю. Диаметр петли бы характерным — как раз голова пролезет. Сомнений по поводу упомянутого до этого «испытания» теперь не было, и я начал лихорадочно думать, как бы выпутаться из этой не очень перспективной ситуации.
Насчет бежать — сразу пас: до леса добраться мне не дадут, лошади — твари быстрые. Шмыгнуть назад, в деревню, — это значит оказаться в ловушке частокола. Перелезть через него, конечно, можно, но не со всадниками за спиной: копьями подсадят.
Вот же гадство — на объекте меня почему-то не научили выкручиваться из таких переделок. Может, и правда стоило на месяц-другой задержаться? Глядишь, и получил бы так необходимые сейчас знания…
Захлопали крылья, на плечо приземлился Зеленый, тут же, не тратя времени, начал прилизывать перья на брюхе. В поведении окружающих мгновенно произошли существенные перемены: Хис, уже закидывающий второй конец веревки через проем, замер; Ликсар подал лошадь назад, явно не желая находиться рядом со мной; Цезер, вытаращившись на птицу, ошеломленно поинтересовался:
— Это твой попугай?!
Что будет, если отвечу «нет»? Я получу статус «человек без попугая». А человека без попугая они только что собирались вешать на воротах. Лучше уж скажу «да» — может, они передумают.
Или казнят более мучительным способом…
Я кивнул.
Тройка «конанов» издала дружный вздох, затем Хис, едва не уронив веревку, охнул:
— Да он, наверное, страж! Хотя больно уж молод — разве бывают такие стражи?!
Цезер недоверчиво уточнил:
— Ты — страж?
Врать так врать — опять кивнул, догадываясь, что ответ «нет» может завести наши отношения в невыгодную для меня стартовую позицию.
Всадники начали озираться друг на друга — они явно растерялись. Наконец тот, что Цезер (явно главный), приказал:
— Хис, посади его за спину — с нами поедет. Это точно нормальный — попугай на обращенного не сядет. И на дема тоже. Наверное… Уж не знаю, что с ним приключилось, но немых стражей не бывает. Надо к сэру Флорису отвезти — это он должен решать. Проверим Напу — и к нему быстрее.
* * *На лошади мне ездить доводилось два раза в жизни. Один раз в детстве — на пони; второй — на объекте. Разумеется, в бункер коня никто доставлять не стал: меня вывезли на какую-то подозрительную ферму, где почти целый день я учился запрягать разных четвероногих в телеги, седлал их, чистил. Ну и, само собой, катался. Кавалериста из меня, конечно, не сделали, но общее представление получил.
Спина Хиса воняла дубленой кожей и потом, седло скрипело под весом его туши и амуниции, лошадка неторопливо шагала по лесу вслед за Цезером. Оглядываясь, я каждый раз натыкался на колючий взгляд Ликсара — тот замыкал колонну, явно контролируя мое поведение.
А еще я заметил, что Хис очень странно косится на попугая — с явной опаской. Зеленому я был благодарен — он каким-то образом одним фактом своего появления избавил меня от намечающихся проблем. Но поведение всадника настораживало: похоже, мой птиц чем-то его напрягает. Пернатый столь небезобиден, что его боятся местные рыцари? Неужто я наконец обзавелся ценным бонусом, классикой жанра — миниатюрным смертоносным говорящим драконом с массой полезных опций? Не очень-то он похож на такое грозное существо… Надо будет этот вопрос прояснить, если переживу встречу с загадочным сэром Флорисом.
Впереди начало светлеть — подъезжали к опушке леса. Цезер, внезапно остановившись, поднял левую руку:
— Сэр страж, слезайте. Я вижу, в Напе действительно нелады — как бы драки не вышло. Идите следом — и не попадите под копыта, если дело до копий дойдет.
Чудненько — может, слинять под шумок? Хотя не стоит — с этими хоть какой-то контакт наладить удалось, другие могут опять за веревку взяться. И если говорящий птиц вовремя не появится, то…
Всадники между тем перегруппировались — встали в одну линию. Затем опустили копья и, пришпоривая лошадей, помчались к опушке. Я осторожно направился следом, сильно отстав.