Исход (СИ)

— Мы никаких вирусов на Землю не притащим?
— Хорошо, что напомнил, — поблагодарил я.
Вызванный через ментал Данил сначала долго ругался, потом сообщил, что, вроде бы, ничего опасного в анализах они не нашли. Есть незнакомые микроорганизмы, но людям они, по первоначальным проверкам, не опасны. Гарантии он не даёт, точно так же не готов сказать, во что пришлые мутируют в земной биосфере.
— Поздно дергаться, — спокойно заметил Монах, выслушав сообщение. — Аскет уже здесь. К тому же, вряд ли матушка-природа породила нечто худшее, чем закрытые биолаборатории. Мне недавно попался на глаза забавный доклад… Как думаете, кто разрабатывает смертельные вирусы под носителей «золотого гена»?
— Штатовцы?
— Все. Вообще — все.
«Золотым геном» в обиходе называлась комбинация генов, значительно повышавшая вероятность становления человека псионом. Вообще-то, генетика с псионикой напрямую не связана, просто статистика показывает, что те, у кого указанная комбинация есть, барьер десяти единиц пробивают чаще. Иными словами, инициируются в полноценных псионов.
— Ну а что ты хотел? — заметил я. — Нормальный шаг при угрозе тотальной войны. Укладывается в логику.
— Да, но всё-таки сознательно жертвовать семью процентами населения ради сомнительного преимущества как-то чересчур. Не говоря уже о том, что всегда существует риск утечки готового штамма. Психов хватает, сами знаете. Паладин, у тебя тут, кажется, недавно стреляли?
— Подъехали сектанты «Чистой расы» и шмальнули из тяжелого гранатомета. Установили его в кузове пикапа.
— Вот потому я и живу в монастыре. У нас таких происшествий не бывает.
— Да потому что вокруг твоего монастыря закрытая зона на сотню километров!
Сборы много времени не заняли. У Монаха имелся собранный рюкзак, который он прихватил с собой перед перемещением в Таунсвилл, а для меня Таггарт распахнул закрома склада. Пока он через секретаря отдавал указания на кухне, я подобрал себе камуфляжную форму, ботинки и набор необходимых в походе мелочей. Припасов решили брать, исходя из недели пребывания, больше вряд ли понадобится — мы или договоримся, или нас убьют. Ну или на подножный корм перейдём.
Лю с довольным видом наблюдал за беготнёй Паладина. Он-то всего лишь вызвал послушника и сообщил, что «вместе с уважаемым Аскетом отлучится на некоторое время по делам, посетить мир чужаков». Здоровенный парень с военной выправкой мускулом не дрогнул, хотя аура у него задрожала от потрясения. Поклонился, спросил, когда ждать уважаемого мастера. Всё. Таггарт, в противоположность ему, почти час заместителям указания раздавал.
— Закончил, — присел он наконец-то рядом. Пожаловался: — Всегда так. Перед отъездом постоянно какие-то срочные дела появляются. Как через ментал пойдём?
— Сначала я перейду в Амазонское Гнездо, вы идите ко мне. На всякий случай примите, — я сбросил им текущий слепок своего сознания.
Таггарт, ментат слабенький, закатил глаза, расшифровывая пакет. Монах недовольно цокнул языком.
— Ну ты и перекроил себя, Аскет…
— Зато жив остался. Я пошел, жду вас через пару минут.
Меня, вроде, колотило меньше.
Пока Монах и Паладин валялись на полу, приходя в себя после перехода и последующего отравления, я занимался установкой временного лагеря. Палатку раскидывать не стал — мы здесь не задержимся, ограничился заваркой чая и извлечением из недр рюкзака трех бомж-пакетов.
Китаец, как и следовало ожидать, оправился первым. Со стороны казалось, будто он по-прежнему лежит без сознания, но аура еле заметно изменилась, подавая признаки пассивного сканирования окружения.
— Чисто. Вблизи никого нет.
— Ох! — слегка демонстративно закряхтел Монах. — Не ожидал таких напрягов. Сколько меня ломало?
— Пятнадцать минут. Паладин, видишь, ещё не очнулся.
— А я ему говорил, что метаморфизм — штука полезная. Так нет, уперся в свои знаки!
Справедливости ради — не только знаки. Таггарт очень хорош в работе с грубой энергетикой, хотя совершенствованию физического тела мог бы уделять больше внимания.
 
— Можешь умыться, воды здесь достаточно.
— Правильная мысль.
Не обращая внимания на холод, Монах стащил с себя пропотевшую одежду и принялся обтираться. Организм, приспосабливаясь к обстановке, избавлялся от лишнего привычным путём, поэтому как минимум нижнее белье стоило сменить.
Скоро очнулся Паладин. Лю Вэй совершенно точно заметил, что метаморфизм помогает приспособиться к изменившейся внешне среде, в том числе к слегка отличающейся атмосфере. Воздух тут не ядовитый, но отличия от земного в составе есть.
Дорогу я помнил, поэтому не сомневался, что проблем с выходом на поверхность не возникнет. Получится ли вернуться, если идти всем троим? Положим, меня, за счет сидящего в сознании Исполнителя, чужаки не тронут, но другие люди для них не более чем объекты нападения. Или, правильнее сказать, испытания-исследования. Переживут ли Паладин и Монах это самое исследование — вопрос открытый. Поэтому перед тем, как отправиться в путь, мы сутки убили на изучение метода перехода из мира в мир. Я показывал, как ощущать пространство, мысленно вычленять нужный его сегмент, создавать структуру переноса… Коллеги матерились, получалось у них плохо.
К тому моменту, когда они начали понимать суть и сделали по переходу каждый, силенок у них не оставалось. Выглядели оба выжатыми, словно долго занимались чем-то очень тяжелым. Собственно, так оно и было. То, чему я их сейчас учил, частично создано нелюдью и не для человеческих мозгов предназначено, под это не существует базовых понятий и освоение приходится вести с нуля. Так что нагрузка очень большая, мои спутники быстро справились и хорошо держались.
Неудивительно, что нам, учителю и двум ученикам, потребовался отдых. Вышли на поверхность мы только на третий день прибытия.
— Куда теперь?
— Гнездо в той стороне, — указал я рукой. — Я хочу поймать кого-то из Младших и через него попробовать связаться с одним из Старших. Не знаю, существует ли более высокий уровень, но выйти сразу на него не получится.
— У них вообще какое устройство? — спросил Паладин. — Страны есть, общее правительство или ещё что?
— Ничего подобного. Зачем им правительство, если есть воля Господина? Тактически достижением поставленных задач занимается каждое Гнездо, при необходимости они объединяются под руководством одного из Старших. Амбиций у них нет, поэтому альянсы устойчивы и не разваливаются без веского повода.
— У нас так никогда не будет, — заключил Таггарт под смешок Монаха. — Ладно, идёмте.
Мир, природа Монаху и Паладину понравились. Человек может здесь жить, псион — тем более. Монах наскоро проверил воду, землю, растения и пришел к выводу, что отличия от земных очень незначительны и основание потенциальной колонии не столкнётся с особыми сложностями. Если исключить чужаков, разумеется. Обмен способов создания пространственных лакун на что-то полезное выглядит реальнее, чем разрешение местных хозяев жить рядом с ними.
Примерно через час мы наткнулись на примитивного низшего. На этот раз я не скрывал своё присутствие, поэтому тварь быстро заметила нашу группу и попыталась напасть. У неё, конечно, не получилось, мы быстро её спеленали и подошли поближе. От моих спутников повеяло недовольством — они на каком-то глубинном уровне надеялись, что я ошибаюсь и к нашим старым знакомым обитатели этого мира отношения не имеют. То есть мозги всё понимали, но червячок сомнения точил. Сейчас они видели, что сходство не случайно, отчего настроение у обоих ушло в минус. Не особо глубоко, всё-таки надежда была слабенькой.
Лично я попытался порыться у твари в сознании и, не сходя с места, связаться с контролирующим её существом более высокого ранга. Несмотря на возникшие сложности, приведшие к частичному переходу меня в состояние Исполнителя (пленный чужак мгновенно перестал порываться напасть на меня и полностью переключился на два других объекта), попытка не удалась. Низший, связанный с данным примитивом, только собирал информацию, на самостоятельные решения он был не способен. Я конечно, мог бы попробовать продолжать, но с высокой степенью вероятности тварюжка тогда прекратила бы функционировать, не выдержав нестандартной нагрузки. Проще следовать первоначальному плану и найти Младшего.