Без права выбора (СИ)

— Стас мне рассказал про ребенка. Я не хотела, чтобы так все случилось. Мне жаль...
— Ложь, – я взяла бокал с шампанским у проходящего мимо официанта. Сделала глоток и посмотрела на нее насмешливым взглядом. Меня начало трясти. – Все это наглая ложь. Нет у вас сожаления ни ко мне, ни к Стасу, ни к нашему ребенку. Не хочу ворошить прошлое и просто скажу – не дай бог ни одной матери пережить то, что испытала я. Не знаю о какой любви к Стасу вы говорили в прошлый раз, когда разбивали наш союз, но мне бы не хватило духу растоптать жизнь любимого ребенка и хоть как-то осуждать его выбор. Но всё, что ни делается, – к лучшему! Я бы не хотела остаток жизни прожить с мужчиной, который не может отпустить юбку матери!
— Катя! Что ты такое говоришь...       
С грохотом поставив бокал на стол, я направилась в сторону дамских комнат. Но остановилась в последний момент и сменила курс, заметив террасу с балконом. Захотелось немного подышать прохладным воздухом и прийти в себя. Туда, надеюсь, Инга Львовна за мной не пойдет? Оставаться в зале и слушать эти нелепые оправдания не желала, ведь прекрасно понимала, почему эта женщина говорила о сочувствии: лишь из-за того, что я сейчас с Родионовым, а он – влиятельный человек в городе. Но будь я одна, она бы посмеялась надо мной и унизила, обвинив во всех смертных грехах.
Вдохнув в легкие вечернюю прохладу, почувствовала себя лучше. Плевать на Стаса и его мать. Это всё в прошлом. Давно в прошлом, а я не хочу больше этих людей в своей жизни и жить этими воспоминаниями. Я их отпустила. А в зале сейчас остался человек, единственный после отца, интересовавший меня, о котором я искренне беспокоилась. И хотелось верить, что я тоже ему небезразлична.
— Мне нет дела до твоих проблем, где ты будешь брать деньги! Отмывай, продавай дурь, что хочешь делай, только чтобы через месяц вся сумма была у меня в офисе, – грубый мужской голос был пропитан злостью, несмотря на то, что оставался спокойным.
Я замерла на месте и, встретившись лицом к лицу с Агафоновым и незнакомым мужчиной, почувствовала, как по спине побежал холодок. Собеседник Агафонова был очень молод. Немногим старше Родионова. Но черты лица неприятные и суровые.
Марат, все это время следовавший за мной, приблизился и сжал мой локоть в предупреждающем жесте. Но я и так поняла, что оказалась в ненужном месте в ненужный час. Моя фишка по жизни?
Незнакомец нахмурил брови, заметив меня. Несколько секунд всматривался в мое лицо, после чего на его губах расползалась неприятная улыбка.
— Новая сучка Родионова? – мельком взглянул на Агафонова, и тот кивнул в ответ. – Интересно... – протянул он и направился ко мне. 
  
37
 
Катя                      
Теперь я понимала, почему Родионов был всегда собранным, сдержанным и отстраненным, словно происходящее вокруг его не касалось. Особенно это проявлялось на людях. С такими партнерами, хочешь не хочешь, придется держать ухо востро и прятать чувства и мысли за толстой броней. 
— Добрый вечер, – поздоровался Агафонов, усмехнувшись, но добра от этих двоих я не ждала. 
Вспомнив о наставлении Родионова меньше разговаривать и не давать себя никак скомпрометировать, я развернулась, собираясь покинуть террасу. Создавать своему покровителю дополнительных хлопот, впрочем, как и себе, в мои планы не входило. 
— Стоять, – пробасил незнакомец и остановил меня, схватив за плечо. От адреналина я задрожала, перед глазами потемнело. – В прошлый раз меня не было на презентации Родионова, мы не успели познакомиться. 
Марат заслонил меня собой, молча убрал с моих плеч руку незнакомца. Я не знала, кто был этот мужчина, но понимала, явно опасный человек, возможно, враг или конкурент Родионова. Чутье меня редко подводило. Только где оно было, когда направлялась сюда?
— Отойди, – раздался угрожающий голос незнакомца, но Марат даже не сдвинулся с места, за что получил мощный удар в живот и согнулся пополам. Дежа вю, ей богу…
В полутьме лицо незнакомого мужчины походило на оскал хищника: напряженные скулы, пылающие злостью глаза, подрагивающая нижняя губа.
 
— Я Рекрутов Олег Богданович, – представился мужчина и протянул ко мне руки, но не в приветственном жесте, а для того, чтобы снова коснуться плеч и провести грубыми и жесткими пальцами по коже.
Я отпрянула назад, смотря в страшные, холодные глаза серого оттенка, и наткнулась спиной на его охранника. Мной завладел ужас. Пульс подскочил, сильно закружилась голова.
— Это из-за нее он поднял столько шума в прошлый раз? – обернулся и посмотрел на Агафонова, который остался стоять в стороне.
— Да, – глухо отозвался тот.                             
Мне было неприятно общество этих людей, но и уйти не позволял охранник, отрезавший все пути к отступлению.
— Как думаешь, за эту сучку он сколько заплатит? – они разговаривали так, словно меня здесь не было. – Сколько тебе не хватает? – спросил Рекрутов у Агафонова, а у меня все похолодело внутри. – Долг за Игоря он погасил? Когда истекает срок? Вот телку его и пустим в расход, чтобы шевелился быстрее.
Мужские пальцы погладили мое лицо. Хищный оскал не сходил при этом с выразительных губ. Рекрутова можно было назвать симпатичным, но для меня внешность была отталкивающая и пугающая, а его прикосновения – вызывали отвращение.
— Давай, Егор, веди ее вниз. Будет сопротивляться и кричать, разрешаю подпортить это славное личико.
Неужели меня вот так в людном месте, считай, на глазах у Родионова похитят? Меня парализовало от страха, а воздух перестал поступать в легкие. Я искренне не понимала, как еще стояла на ногах, а не шлепнулась в обморок от напряжения, но, собрав волю в кулак, выдержала мужской взгляд.
— Привет, Олег, – услышала за спиной спокойный голос Родионова и почувствовала, как ослабли колени.
В ушах сильно шумело, и мне казалось, я вот-вот спикирую на пол. Неужели давить на него будут теперь через меня? Я повернулась к Родионову, рассматривая его лицо, но на том не было и тени замешательства. Он стоял в расслабленной позе, вложив руки в карманы брюк. На мгновение мне показалось, что он сейчас отдаст меня им и уйдет с террасы. Что если именно за этим он и оставил меня при себе? Его невесту убили, но он совершенно не переживал по этому поводу. Одной больше, одной меньше… Господи… А ведь он, и в самом деле, мог так поступить. Что я о нем знала? Что он был всегда уверен в себе и умел просчитывать свои ходы наперед? Потому и оставил меня для собственной подстраховки? И сюда привел затем, чтобы вот в таких спорных моментах, как этот, иметь преимущество и вводить врага в замешательство?
— Девушка пришла со мной в ресторан и вместе со мной его покинет. Целая и невредимая. Долг за Игоря ты получишь в срок. За нее я платить не буду, потому что ты и пальцем ее не тронешь. В противном случае солью все ваши схемы отмывки денег в нужные источники. Как тебе такая предвыборная кампания и перспектива проводить ее из тюрьмы? Много людей выберет жулика и вора?
Рекрутов хмыкнул и даже не сдвинулся с места, продолжая смотреть на меня.
— Сроки изменились, Дима. Мне нужны деньги. Если их не будет на следующей неделе… Ты ведь еще помнишь, как я решаю свои проблемы? Мне тогда даже трогать ее не нужно будет, сама приползет ко мне на коленях. Да, сладкая? — мужчина погладил меня по щеке, его палец скользнул к нижней губе и провел по контуру, а я прикрыла глаза от отвращения.
А в следующее мгновение мужчина взвыл от боли: Родионов выкрутил ему пальцы, послышался хруст и маты. Широко распахнув глаза, я наблюдала, как охранник, стоявший рядом со мной, достал оружие и направил дуло пистолета в голову Родионова. Марат сделал то же самое, устремив свою пушку в Рекрутова. Весь мир в эту секунду замер для меня в невыносимом напряжении, а звуки доносились, как эхо, ведь в ушах стояло гулкое сердцебиение.
— Иди в машину, Катя, – сказал Родионов ровным и спокойным голосом. – Марат, убери пистолет и проводи ее до машины, – приказал он.