Без права выбора (СИ)
В отличие от Марата Денис был немногословен. Да что там, он вообще не разговаривал со мной. И на все вопросы или просьбы утвердительно кивал головой. В целом, меня это устраивало. Я пыталась, как можно меньше думать о той аварии и вспоминать о встрече с Агафоновым. Может быть, именно поэтому у меня и был новый водитель?
Позвонив врачу и предупредив о том, что отменяю визит на сегодня, я прикрыла глаза и всю дорогу до дома думала о Родионове. Пока не поговорю с ним, продолжать дальнейшее обследование и лечение в этой клинике я не смогу.
Дома я приняла душ, переоделась и спустилась на ужин. Сил ни на что не было, даже пропускала второй день тренировок, хотя занятия очень отвлекали от бесконечного потока мыслей о мужчине. Не хотела думать и представлять, где он пропадал все дни и вечера, но эти картинки сами лезли в голову. Дима и раньше не баловал меня своим вниманием, но прежде я так не переживала из-за этого. Что вдруг стало не так? Почему все изменилось? Меня теперь даже не пугали черные ремни кобуры, которые постоянно обхватывали его плечи? Что, возможно, этот человек каким-либо образом был связан с криминалом и из-за него нам с отцом могли навредить?
Поужинав и обсудив с Татьяной свежие новости, я вернулась к себе в комнату и включила телевизор. Бесцельно щелкала каналы, пока не нашла фильм, который хоть немного увлек меня и избавил от мыслей о мужчине.
— Не спишь? – услышав, как открылась дверь, я сильно удивилась, увидев в такой поздний час Родионова в своей спальне. – Что смотришь? – спросил он, приблизившись ко мне.
Его, и в самом деле, интересовало кино, которое я смотрела? Мужчина выглядел уставшим и явно пришел сюда не за тем, чтобы разговаривать о фильмах. Не знаю, почему так реагировала на него, но сейчас я ощущала нечто сродни облегчению. Мне казалось, он никогда больше не переступит порог этой комнаты...
В свете последних событий не хотелось больше скрывать своих чувств от мужчины и того, что ждала его появления. Я была очень рада его визиту. Дима кивнул мне, чтобы подвинулась. Прилег рядом и устремил взгляд в телевизор, сложив руки за головой. На экране шла заставка, где заключенные в тяжелых условиях пытались жить, находя при этом силы не падать духом. Но, по мне, это выглядело печально как по эту, так и по ту сторону экрана.
— Этот фильм о человеке с огромной силой воли, который не теряет надежду и мечту сбежать из тюрьмы. Главный герой чем-то похож на фанатика. Устраивает побег за побегом, терпит неудачи, но пытается снова. Не ломается. Он одержим свободой… – тихо проговорила и мельком посмотрела на Диму.
— Я видел эту картину раньше. Мотылек... – протянул он.
— Понравилось? – Дима повернул голову и посмотрел на меня.
Неужели он проводил свободное время не только за бумажками, но и интересовался чем-то еще, помимо работы?
— Если бы этот фильм не был основан на реальных событиях, я бы решил, что его сюжет – очередная выдумка режиссеров. Хочешь поговорить о кино? – он приподнял одну бровь и слегка улыбнулся, а я подумала о том, что хочу его поцелуев.
— Думаю, ты пришел сюда не за этим.
И не ради секса, потому что начал бы свой визит не с разговоров.
— Инга, твой врач из клиники, звонила мне вечером. Сообщила, что в твоих анализах произошла серьезная путаница… – начал он и замолчал.
— Я собиралась рассказать об этом, но тебя все время не было дома. Мне не хотелось тревожить тебя или отвлекать от дел по таким мелочам.
— А еще ты отказываешься от лечения и не пришла сегодня на прием. В связи с чем?
Мне важно было продолжить обследование. Но… я погуглила, как дорого это стоило в той клинике. Достаточно того, что и так жила за счет мужчины, имела личного охранника и водителя, дизайнерскую одежду, а взамен разбитого телефона мне купили новую дорогую модель. Пусть и оставалась пленницей Родионова, но он не должен был все оплачивать. Это было неправильно…
— У меня нет денег на лечение в этой клинике, – честно ответила спустя непродолжительную паузу. – Давай будем реалистами. Ты держишь меня у себя, но не обязан ничего этого делать. Я читала про свои диагнозы в интернете. В них нет ничего ужасного. Но секс без защиты чреват последствиями. Если ты не планируешь стать отцом моего ребенка, то тебе будет лучше впредь предохраняться. Контрацептивы мне еще не подобрали. В случае наступления беременности я не позволю отвести себя на аборт, какие бы риски для меня она не несла. Своего ребенка я не смогу убить.
— В интернете читала о диагнозах? – спокойно уточнил после моего воинственного монолога.
— Я обязательно обращусь к гинекологу, но по месту жительства.
— Так все дело в деньгах? – усмехнулся, смотря на меня. – Я полагал, ты куда умнее, Катя, – мужчина тяжело вздохнул. – Ты в курсе, что Настю вечером забрала скорая? Дождемся теперь твоей госпитализации? Гордость и надуманные причины стоят того?
— Насте стало хуже? – удивилась я.
Но с кем тогда остался ее ребенок? Или Демида госпитализировали вместе с ней?
— Да, воспаление легких.
Родионов поднялся на ноги, а я ощутила внутри укол разочарования. Мне не хотелось, чтобы он уходил. Тем более на такой ноте, считая меня обидчивой, недалекой дурочкой. Это было не так.
— Прежде чем соглашаться на дальнейшее лечение в клинике, я посчитала необходимым обговорить это с тобой. Причина в том, что эти обследования дорогие, а у меня таких денег нет. И в ближайшее время не будет.
— Не вижу в этом никакой проблемы. Позвони Инге и запишись на новый прием. Если переживаешь за деньги, то мы найдем способ, как рассчитаться.
Родионов улыбнулся, и улыбка стала другой, чуть искренней. Он потянулся ко мне и поцеловал таким многообещающим поцелуем, что я у меня защемило в сердце. Раздвинул губы языком и вобрал в себя мой воздух, лишая рассудка.
— Только не сегодня. Я очень устал. Завтра у меня важная встреча в ресторане, – хрипло произнес он, выпуская из объятий. – Ты пойдешь вместе со мной. Агафонов там тоже будет. Возможно, тебя попытаются скомпрометировать, вывести на эмоции, но ты не должна вестись на эту провокацию. Держи себя в руках и побольше молчи. Договорились? – прошептал мужчина, уткнувшись носом в мою щеку.
— Тебе могут навредить из-за меня и моего отца? – он прищурился и заметно напрягся.
Выпрямился и смерил меня долгим взглядом.
— Нет, – коротко ответил, развернулся и вышел из комнаты.
Ну, а что, в принципе, я рассчитывала услышать? Он обманывал меня, щадя мою психику перед предстоящим выходом в свет?
В выходные дни я обычно любила проводить время в постели и отсыпалась за все ранние подъемы, которые были в течение рабочей недели. Но сегодня мне не спалось. Я встала на рассвете, привела себя в порядок и вышла из спальни, сразу услышав громкий плач ребенка, который доносился из гостиной. Мне всю ночь он мерещился. Получается, что это был не сон?
Я спустилась вниз и заметила няню, которую вызывали всю предыдущую неделю, чтобы посидеть с Демидом, пока Настя болела. Мальчик капризничал и плакал на руках женщины. Вспомнив слова Димы о госпитализации его сестры, я поняла почему так возмущался малыш. Он скучал по маме.
— Доброе утро, – поздоровалась с Ириной Анатольевной и ласково улыбнулась крохе. – Демид, ну что ты плачешь? Пойдешь ко мне? – протянула к нему руки, но он даже не взглянул на меня, продолжая плакать.
От его слез и криков все сжималось внутри. Могла представить, как скучала Настя по ребенку. А ведь еще вчера я видела ее утром в гостиной, перед тем как отправиться на работу, и ничто не указывало на ее плохое состояние и скорую госпитализацию.
— Ох, ну и ночка была у меня, – выдохнула женщина. – Он постоянно плакал! Какая же у них с матерью сильная связь… На моей практике такое бывает крайне редко. Тяжелый случай.
– Конечно, сильная, – взяла сына Насти на руки. – Мальчик очень привязан к матери, они почти не расставались. Уверена, она сейчас так же переживает, а он это чувствует. Да, мой хороший?