Мой сладкий грех (СИ)

Первыми досматривают тех, кто по виду угашенный. Обыскивают, светят в глаза специальным фонариком. У двоих находят пакетики с порошком и уводят на выход.
— Твою мать, мне говорили, что здесь наркоту продают, — говорит Родя, — я не верил.
— Весело погуляли… — сокрушается Стася.
Я присаживаюсь на угол диванчика и громко вздыхаю. Что за вечер такой? Уйди я на десять минут раньше, не сидела бы здесь сейчас.
Минут через двадцать до нас доходит очередь. Сначала досматривают парней, меня выворачивает, представляю, что меня тоже сейчас вот так будут лапать.
Стася кривится, пока ее обыскивают, выворачивает на стол содержимое сумочки, Антон бесится не меньше.
— Вы, девушка, — говорит мне человек в маске.
Встаю, он залезает в передние карманы джинсов, поворачивает меня, оттопыривает по очереди задние карманы и из одного из них достает такой же пакетик, как до этого нашли у двух парней. Поворачивает меня к себе.
— Что это? — держит двумя пальцами.
Шок пронзает меня с такой силой, что я теряю голос. Мои смотрят на меня с офигевшими лицами, немая сцена. Шатаясь от потрясения, пытаюсь удержаться в сознании. Мозг не находит ни одного ответа.
— Я с вами разговариваю! Что в пакете?
— Я не знаю, это не мое, — в ступоре произношу каким-то чужим голосом.
Он поворачивается на рядом стоящего сотрудника, подталкивает меня к нему.
— Пакуй!
  
Глава 23
 
Ника
Успокоиться и мыслить рационально получается только по истечении получаса, после того, как меня заталкивают с еще одной девушкой в клетку. В такую же клетку рядом отправляют шестерых парней. Не понимаю в какое отделение нас привезли, сколько мне здесь находиться, что делать. Утром, якобы всех ждет экспертиза, а потом нашу судьбу будет решать следователь.
Я сижу, обняв себя за плечи и пытаюсь оценить ситуацию. То, что этот пакетик мне подсунул Ярик, я поняла еще в машине по дороге сюда. Вот чем он собирался меня угостить. То, что в этом клубе такие пакетики продают наряду с выпивкой, только тайно, тоже поняла из рассказа Родиона, пока обыскивали других. Но почему среди всех этих людей оказалась я? Это просто какая-то насмешка судьбы. Папа, как назло, в поездке. Боже, какое же это клеймо на его репутацию! А Назар! Если пронюхает желтая пресса, да не только желтая, наши имена пронесут по всем изданиям, интернет взорвется аховой новостью. А как потом мне начинать работать с таким пятном в биографии. Боже, дай мне сил!
Был бы хоть Назар дома. Даже позвонить никому не могу, мою сумочку отобрали, вместе с телефоном.
В голову приходит один разговор, мы сидели в ресторане с Ильей, Полянским и его Аленой. Климов упомянул, что его родной дядя большой чин в МВД, решал ему какой-то скользкий вопрос. Если бы была возможность позвонить Назару, он, возможно бы смог подключить этого родственника. Этот вопрос нужно закрыть до утра, утром может уже быть поздно. Черт! Мне хочется волосы на себе рвать, это ж надо так влипнуть! Зачем я только пошла в этот клуб.
Собираюсь с мыслями и решаю хотя бы попробовать что-то предпринять, сидеть и бездействовать — можно сойти с ума. Зову дежурного, он злой, потому что разбудили.
— Чего тебе?
— Вы не могли бы дать мне на пять минут мой телефон? Я вас отблагодарю.
— Нет!
— Пожалуйста! Мне нужно сделать всего один звонок.
Он разворачивается и уходит. Мне хочется завыть от безысходности.
— Белая кожаная сумочка, в ней кошелек. Там наличными восемь тысяч, возьмите себе. Всего один звонок! — иду ва-банк.
Он, как будто, притормаживает, но все же заходит к себе в кабинку. Но минут через пять появляется, неся в руках мой мобильный. Пульс учащается мгновенно, кровь приливает к лицу, я подрываюсь и одним шагом оказываюсь у решетки.
— Три минуты, — дает мне телефон.
Упоротая девушка, сидящая позади на лавочке, смотрит в одну точку и никак не реагирует на происходящее. Дежурный стоит рядом.
Я хватаю телефон, набираю Назара, но слышу — «Абонент находится вне зоны действия сети». Нет! Набираю снова — то же самое.
 
— Один звонок, все, — издевается мой охранник.
— Я же не дозвонилась, человек не в сети. Еще один, прошу.
Не дожидаясь ответа, судорожно ищу в списке номер Климова, набираю. Гудки, долго, три, четыре, пять. Пожалуйста, пожалуйста, молю про себя.
— Алло! — прорезается в трубке заспанный голос.
— Илья, это Ника Калинина. У меня проблемы, я не могу дозвониться до Назара. — тараторю на нервах.
— Ты где? — оживает он, слышу нотки беспокойства.
— В полиции, не знаю в каком отделении.
— Твою мать! Что случилось?
— Мне подкинули наркотики.
— Бл*дь! Мне нужен номер участка.
— Я не знаю.
— Дай трубку дежурному.
— Вас просят к телефону, — передаю мужчине мобильный.
Он берет и уходит в свое логово.
— Слушаю. Да…
Дальше слышу только вибрации голоса, о чем разговаривают не разбираю.
Через час с небольшим дежурный идет открывать дверь по звонку телефона. За это время он принял еще два звонка, один из них, точно был от начальства, поскольку было четко слышно, как он обращался к звонившему по званию.
Илья заходит в помещение, и я чуть не прыгаю от радости, такого облегчения я не испытывала давно. Он улавливает меня взглядом, подходит почти к самой клетке.
— Привет.
— Привет, — признательным взглядом откликаюсь через решетку.
Дежурный открывает мне решетчатую дверь и выпускает наружу.
— Выходим.
Кидаюсь Климову на шею, готова задушить его из благодарности. Он обнимает в ответ.
— К тебе нормально относились?
— Да.
— Поехали домой.
Я выдыхаю, полицейский отдает мою сумочку, бегло проверяю наличие своих вещей, и мы выходим на улицу. Полной грудью вдыхаю ночной свежий воздух и понимаю, как я необычайно устала и потеряла свою реальность. Как будто с тех пор, как улетел Назар прошло несколько дней.
Илья открывает мне дверь своей машины, усаживаюсь. Он садится за руль, заводит.
— Тебя домой?
— Нет. Не хочу домой, отвези к Назару.
Меньше всего хочу сейчас, чтобы мама увидела меня. Мне хочется зарыться в дальний угол и проплакаться.
По дороге Климов принимает еще один звонок, разговаривает по моему вопросу.
— Хорошо, жду информацию, — говорит он.
У меня ничего не расспрашивает и я ему за это благодарна. Мне необходимо хоть немного прийти в себя.
— А где Назар? — спрашивает он, когда мы подъезжаем к дому.
— Он улетел в Москву, на встречу с промоутером. Должен утром прилететь. Я обещала его встретить, но машина осталась у дома родителей.
— Я встречу, скинешь время рейса.
— Спасибо… Зайдешь?
— Да, ты мне сейчас все подробно расскажешь. Потому что до утра нужно успеть замять дело так, как будто тебя там не было.
Заходим в дом, проходим на кухню.
— Дай мне ручку и листик, мне нужно будет информацию записать, в смс не хотят отправлять, чтобы не светиться. И кофе сделай, если не сложно.
Делаю кофе, даю, что просил и ухожу наверх. Хочу в душ, смыть всю дрянь, которая сегодня произошла со мной. Долго стою под струями горячей воды, вымываю голову, немного подсушиваю, накидываю халат и спускаюсь вниз.
После душа немного полегче. Кидаю смс Стасе и Кариму, что меня выпустили, подробности потом. Сна не предвидится, на часах 3.30, но мне кажется, что уже и нет смысла спать. Делаю себе кофе и сажусь напротив Ильи за барную стойку.
— Как тебя угораздило, как ты оказалась в этом клубе?
— Мусаев пригласил всех в честь своей победы.
— В этом клубе наркота главный товар. Там уже не первый рейд проходит. Их закрывали, но каждый раз заминают дело, переписывают на другого владельца и открываются под другим именем.
— Мы этого не знали.
— Как у тебя оказался пакет?
— Я там встретила Ярика, который был у вас на дне рождения Юли. Он был под дозой. Сначала он приставал ко мне на танцполе, Мусаев отбил, а потом перехватил у туалета. Я со Стасей была, пока она побежала звать ребят, он и сунул мне незаметно порошок в карман. Я только потом поняла.