Мой сладкий грех (СИ)

Мне так непривычно ощущать его своим обнаженным телом, чувствую его эрекцию. В животе разливается жаром безудержная потребность продолжения. Он берет меня на руки и несет на кровать, медленно опускает, отправляет свое полотенце на пол и ложится сверху.
Меня только от этого бросает в омут блаженства, а когда он шумно втягивает воздух возле моего уха и шепчет порочно:
— Моя одуряющая девочка, с первого взгляда тебя хочу.
Все гаснет, буря чувств сносит разум, и я превращаюсь в мягкую глину в его руках. Его поцелуи везде, его руки блуждают по телу, вызывая трепет, восторг, удовольствие, желание. Он лижет мой сосок, и это странным образом отдается томительным ощущением у меня между ног. Как же хорошо! Я подаюсь навстречу каждой ласке, стоны бесконечным потоком льются и смешиваются с его хрипами.
— Назар, это волшебно.
— Сахарная, вкусная…, — шепчет мне в губы и снова таранит мой рот, языки сплетаются, я захватываю рукой его волосы, вцепляюсь крепко, хочу быть еще ближе, хотя ближе уже некуда, хочу просочиться в него.
Движение руки по моему лобку к промежности вызывает у меня остановку дыхания, он проходится там пальцами, и меня пробивает мощными волнами нереальных ощущений.
— Ааах! Я сейчас сойду с ума.
— Сейчас нет, это будет позже, — слышу, как в бреду, голос Волкова.
Мне кажется, я уже в прострации, неужели будет еще сильнее?
И да, понимаю, что будет. Он вводит в меня палец, медленно, но уверенно, сам кайфует от этой картины, смотрит прямо туда. На какую-то долю секунды у меня проскакивает неловкость, но сразу растворяется в буре нахлынувших чувств. Он начинает двигаться во мне, сладкие спазмы запредельного удовольствия раскачивают меня, как на качелях, то вверх, то вниз.
— Боже, Назаар, ещее!
Он надавливает на клитор, а потом делает круговые движения. Меня просто убивает сила ощущения, чувствую, что ухожу во тьму, его палец находит какую-то точку, нажимает сильнее — шок, безумие, сладкая мука.
Еще нажим. Еще. И снова все по кругу.
Он добавляет второй палец, я влажная настолько, что он скользит беспрепятственно и входит все глубже. В какой-то момент убирает палец с клитора, наклоняется над моим ухом:
— А теперь можешь сойти с ума, — говорит негромко.
Придавливает зубами мой сосок, втягивает, его и снова нажимает на клитор круговыми движениями несколько раз, задевая ту самую точку.
Неожиданная волна поднимается где-то в глубине таза.
Взрыв! Еще взрыв! Искры, спазм.
Я кричу, и меня разносит фейерверком непередаваемых мощных эмоций.
Открываю глаза, возвращаюсь в действительность, ощущение слабости в теле и легкого головокружения не отпускает из пережитого состояния. Я все еще в шоке. Этим и пользуется Волков. Он снова целует и распаляет меня языком, спускается по шее, прикусывает ключицу. Боже, я снова завожусь.
Это был оргазм, всплывает в моей, отключенной от реальности голове, мысль. Он даже не входил в меня. Как такое возможно?
А потом я снова впадаю в прострацию, Назар целует мой живот, раздвигает мои ноги шире, снова ласкает складочки. Я извиваюсь, мне даже все равно, как это выглядит. Стоны, вздохи, его и мои набирают силу, уже просто не прекращаются. Он устраивается надо мной на локтях и медленно вводит в меня член. Я вздыхаю, на секунду-другую возвращается страх, а потом он резко вонзается до упора, и я чувствую жгучую боль.
— Ммм! — закусываю губу. Назар уже остановился, не двигается.
— Больно?
— Да, — выдыхаю и терплю. Шум в голове рассеивается и остается только эта острая неприятная боль, словно там образовалась рана.
— Расслабься, — просит Назар.
— Легко сказать, — набираю в грудь воздуха.
— Я не буду двигаться, расслабься, ты вся сжалась, Ника.
Заставляю себя расслабиться и меня немного отпускает. Он очень осторожно выходит из меня, чувствую облегчение и, как ни странно, пустоту. Я хочу, чтобы он вошел снова? Эта мысль меня пугает, но я понимаю, что я этого хочу.
— Почти прошло, продолжай, — говорю я.
Назар смотрит, не веря, но мой уверенный взгляд побеждает его сомнения. Он аккуратно входит, медленно, на максимум, еще раз убеждаясь, что преграды больше нет.
 
Легкие толчки вызывают во мне сначала дискомфорт, а потом мой организм отвечает нотками удовольствия. На инстинктах я начинаю двигать бедрами, Назар стонет и прикрывает глаза, ускоряет темп, подцепляет рукой меня за попу и притягивает ближе, двигается немного жестче.
Мне нравится. Мне хорошо.
По телу проходят разряды, и снова я ощущаю набежавшие, похожие на только что испытанные, ощущения. Неужели еще один оргазм?
И я отпускаю себя, расслабляюсь, хочу этого. Стоны слетают с моих губ и растворяются в его рычании. Назар рвано выкрикивает в такт своим толчкам, его лицо говорит о том, что он на грани. Интенсивность толчков набирает своего пика, он выходит и бурно кончает мне на живот, вслед за ним я срываюсь в бездну мощного повторного оргазма.
В блаженстве, Волков падает на спину и закрывает глаза. А я, как желейная, лежу без сил и не могу пошевелиться.
Но Назар сильнее сжимает мое бедро и притягивает к себе, пачкаясь еще и в свою сперму. Еще лучше! Наверное, это нормально между партнерами, но мне непривычно и дико.
— Придется тебя раскрепостить, Солнышко. Ты даже не представляешь, отчего люди получают в постели кайф, — говорит он загадочно, и мне становится не по себе.
Я, конечно, не пуританка, видела разные ролики, читала. Но некоторые вещи вызывали прямо отвращение. Если Назар это имеет ввиду, то даже не знаю, что и думать.
— Уже поздно, отвезешь меня домой?
— Отвезу.
  
Глава 11
 
Назар
— Слушай, я отвык уже от Богдановича по средам, еле дожил до конца тренировки, — говорит Серега.
Мы сидим в раздевалке после утренней тренировки.
— Ну ты сам маху дал. Нужно было дополнительную в другой день брать. Помнишь же, что по средам усиленная.
— Реально маху дал, Алена прилетает, а я, бл*дь, бобик сдох. Ты в аэропорт, кстати, едешь?
Откидываюсь спиной к стене, сам не знаю, как лучше поступить: встретить Карину и там расставить все точки или попросить Серегу забрать ее.
— Возможно, не смогу. Подвезешь Карину домой?
— Назар, что у вас происходит?
— Как раз ничего не происходит. Было и прошло.
Серый присвистывает.
— Истерика начнется прямо в аэропорту, — ржет, — что мне ей сказать?
— Я ей напишу.
— Новая на горизонте замаячила? Колись.
— Угу.
— Кто такая?
Некоторое время молчу, не знаю озвучивать или нет, но прихожу к тому, что все равно, станет явным.
— Калинина.
— Что? Ты что камикадзе?
— Похоже, да.
— Нах*р тебе эти проблемы? — недоумевает Серый.
— Я тоже вначале так подумал. Но решил не ограничивать общение, закончит ремонт, разойдемся в разные стороны и не вспомню. Не знаю, как затянуло. Очнулся, когда понял, что мы уже летим на полной скорости и поздно тормозить.
— Ошалеть! Реально запал?
— Запал…
— И попал… — обреченно констатирует Полянский.
Во второй половине дня заезжаю к Карине. Она кидается мне на шею, тараторит какую-то хрень, предлагает обед. Мне смешно, она и готовка понятия несовместимые, небось, принесла еду в контейнерах из ближайшего кафе.
— Карина, остановись, — опускаюсь на диван в гостиной, она садится рядом.
— Что-то случилось?
— Мы больше не будем вместе.
— Что? Почему? — ошарашено смотрит.
— Перегорело…
— Ты…ты меня неделю назад провожал, все было нормально… Это шутка, Назар? Шутка?
— Я что на клоуна похож?
— Но почему? — она пускает слезы.
Ну понеслась.
— Я не пришел объясняться. Я сообщаю, чтобы больше не было иллюзий.
— То есть, причину я не услышу? Это из-за нашего телефонного разговора, да? Прости, я помню, что ты не любишь ультиматумов. Я просто сорвалась. Мне, когда написали, что ты с ней на вечеринку приехал, у меня крышу сорвало. Назар!