Пари на дурнушку (СИ)

Валери оторопела от его слов. Она пораженно открыла рот и уставилась на него неморгающим взглядом. Говард не походил сам на себя. Он говорил как… как… как человек…
Но найти определение его личности она не успела, так как в столовой появился Роберт Вудс.
Повернувшись к нему, Валери покраснела, а Говард, как ни в чем не бывало, поприветствовал гостя, а затем предложил ей руку и сопроводил до стула.
  
Валери села на место и больше ни разу за весь завтрак не взглянула на Говарда. Ей было не по себе как от его присутствия, так и от своих внутренних противоречий. Говард будто стал менее виновным и более человечным. Но ведь это не так. Ведь ничего не изменилось! Он все еще участвовал в пари!
Валери засунула кусок мяса в рот и принялась с остервенением его жевать.
Во всем был виноват этот проклятый сон! Если бы не он, она бы не растерялась и не упала, а Говард бы не ринулся к ней и не начал ее целовать.
Вот до чего доводят неприличные сновидения! Теперь она должна противостоять даже им!
  
Глава 55
 
К доктору Уилкинсу Валери отправилась в компании отца и Говарда, который намеревался лично вести с ним дела.
Присутствие Говарда беспокоило Вал не так сильно, как предстоящая встреча с доктором в его клинике.
Ей вдруг вспомнились страшные истории о том, как в прошлом люди понятия не имели о микробах и инфекциях и всюду царила антисанитария. Медицина находилась на том уровне, когда один и тот же врач после констатации смерти больного мог идти и этими же грязными руками принимать роды у беременной женщины. Здесь не существовало множество современных лекарств, оборудования и инструментов.
Каким образом Уилкинс без рентгена собирался понять, что с ней? А если он скажет, что необходимо повторно ломать ногу? Или начнет лечить кровопусканием и пиявками? Он с легкостью мог покалечить ее еще сильнее. Потом она не то, что танцевать не сможет, но и ходить.
Беспокойство Валери росло по мере того, как коляска приближалась к больнице.
Вал сцепила пальцы в замок и напряженно молчала.
Болтовня Говарда с отцом нисколько не отвлекала ее от тревожных мыслей. Она искала пути отступления. Все, что она смогла придумать, так это посмотреть, в каком состоянии находилась клиника и ее комнаты. Соблюдает ли доктор Уилкинс правила гигиены, во что одет и как выглядит. А еще Вал ни в коем случае не разрешит ему себе что-нибудь ломать, резать или протыкать. Возможно, прежняя Валери была не так уж и глупа и правильно отказывалась от услуг врача. Кто знает, не станет ли ей хуже?
- Приехали, - как приговор прозвучало для Вал всего одно слово Говарда.
Она посмотрела в окно и увидела белое двухэтажное каменное здание. Хотя выглядело оно вполне прилично и добротно, но от одного его вида ей поплохело.
- Это больница доктора Уилкинса? - не своим голосом спросила Вал.
- Это его дом, - вышел Говард из кареты и протянул ей руку.
Валери на автомате вложила в его ладонь свою, оперлась на трость и сошла на мощеную улицу.
- А почему он принимает в своем доме? Он же самый лучший доктор во всем Лондоне. Разве не должен он принимать пациентов в больнице? Или он кого-то лечит подпольно?
Валери не могла скрыть охватившие ее недоверие и подозрительность. Уловил их и Говард.
- Насколько мне известно, ни одна больница не соответствует его требованиям. Он слишком щепетилен в вопросах чистоты. А лечебницу он может устроить и у себя дома.
Вал с надеждой взглянула на Говарда. Его слова вселили в нее некоторую уверенность. Может и в прошлом существовали понимающие и знающие люди.
- Тебе не о чем беспокоиться, дорогая, - поравнялся с Валери ее отец, только что покинувший коляску. - Из всех людей лишь ему я могу доверить тебя - мое самое ценное сокровище. Он обязательно поможет тебе.
Губы Вал тронула дрожащая улыбка. Ее сомнения все еще не рассеялись. Но назад пути тоже не было. В любом случае, если ей что-то не понравится, она всегда может уйти.
Внутри дом доктора Уилкинса был наполнен светом и уютом. Везде были расставлены огромные вазы с восточным орнаментом, с потолка свисали красные фонари, стены украшали изображения драконов, веера и иероглифы, а в воздухе витал запах пряных трав.
Валери представила, что на встречу им сейчас выйдет человек, облаченный в кимоно, уж больно все здесь было пропитано Азией.
Но увидела она крепкого мужчину лет пятидесяти, одетого по мужской моде Англии. Он был высок, широкоплеч, с серьезным лицом и, что немаловажно, умными глазами. Они казались Вал именно умными и от того сразу же внушили ей доверие.
За доктором следовала молодая китаянка.
Доктор Уилкинс тепло поприветствовал Говарда, Роберта Вудса и Валери. Он быстро пробежался по ней профессиональным взглядом, ненадолго задержался на трости, а затем представил гостям свою новоиспеченную жену и помощницу, миссис Уилкинс, с которой в прошлом месяце сочетался браком.
Приняв поздравления, Уилкинс проводил мужчин в гостиную, где предложил им чай и печенье, а его жена, обращаясь к Вал с сильным акцентом, попросила следовать за ней и увела ее в соседнюю комнату.
Валери быстро осмотрелась. Кабинет был довольно просторным и чистым. Вдоль стен стояло несколько шкафов, в центре распологался столик, накрытый белой тканью, а в другом конце комнаты за шторкой виднелась кушетка.
Жена доктора усадила Вал на стул и попросила немного подождать ее мужа, а сама принялась возиться за шторой.
Доктор Уилкинс пришел спустя несколько минут, уселся за стол и, ободряюще улыбнувшись, начал расспрашивать Валери о том, что ее беспокоило.
На вопросы о самочувствии и когда возникает боль она отвечала подробно, но ничего не могла рассказать о времени, когда получила травму и как это произошло. Поэтому был приглашен мистер Вудс, который обо всем поведал.
- Во время пожара одна из служанок разбудила Валери и вместе с ней бросилась к выходу. Они бежали по лестнице, ведущей на первый этаж, а вокруг все было охвачено огнем. Они почти добрались до главной двери, но, к несчастью, часть потолка уже успела прогореть и одна из горящих балок упала прямо на Валери, придавив ей ногу.
От страшных воспоминаний у Роберта сдавило горло. Он откашлялся и продолжил.
- Ее крик услышали слуги, которые были на улице. В это же время выбежала и служанка и позвала их на помощь. Несколько мужчин ринулись в дом и смогли вытащить мою бедную девочку. Я же пытался найти жену, которая, как выяснилось позже, побежала в комнату дочери. Выбраться из нее она уже не смогла. После той страшной ночи Валери получила сильный ожог, а в дальнейшем, постоянную боль в ноге.
- Так значит есть еще шрам от ожога, - отметил для себя Уилкинс.
- Его она стеснялась даже больше чем хромоты, поэтому никогда не соглашалась показывать ногу.
Роберт извиняюще посмотрел на Вал, словно просил у нее прощение, что открыл ее тайну чужому человек. Валери улыбнулась, смахнула слезу и крепко сжала его руку, показывая, что он все сделал правильно.
- Сколько лет было мисс Вудс, когда это случилось?
- Семь.
Боже! И на этого несчастного ребенка кто-то посмел заключить пари?!
Закончив с расспросами и проводив Роберта обратно в гостиную, миссис Уилкинс помогла Валери частично раздеться, полностью оголив больную ногу, уложила на кушетку и отошла в сторону, чтобы ее муж приступил к осмотру.
  
Глава 56
 
Если Роберт Вудс не скрывал своего волнения и открыто переживал за дочь, прохаживаясь по гостиной и разминая пальцы за спиной, то Говард делал это тайно. Одной рукой вцепившись в подлокотник дивана, он сидел и нервно дергал ногой.
  
Время тянулось неимоверно долго. Час в неизвестности был сравним с целой вечностью. Никто не выходил из кабинета и не сообщал, что с Валери.
Тишина и покой дома напоминали Говарду мертвую тишину, которая царила на кладбище. И хотя для его любимой не существовало никакой опасности, он переживал за нее и хотел для нее самого лучшего - чтобы она избавилась от боли. Его не смущала ее хромота, он будет любить ее любой, и даже если ей будет противопоказана беременность, он без сожаления примет это. Лишь бы она больше никогда не страдала.