Пари на дурнушку (СИ)

Роуз прошла к роялю, встала рядом с Самантой и заглянула в нотные листы.
Саманта так сильно напряглась, что буквально одеревенела. На лице прорезались скулы, а на шее выступили жилы.
- И кто же из вас поет партию влюбленных? - немного приподняв глаза, лукаво посмотрела Джипси на троицу у дивана.
- Все мы! - ответила Саманта довольно резко. - Нас ровно две пары, как вы могли заметить. Я пою с герцогом Солсбери, а Валери с Брендоном.
  
- Я все поняла, - усмехнулась Джипси и перевернула лист.
Она просмотрела все песни и отметила хороший вкус того, кто их выбрал.
Брендон тут же зарделся и как бы вскользь упомянул, что это он их подобрал.
Джипси села на стул и приготовилась слушать обе пары.
Валери не стеснялась петь перед Роуз. Ей было интересно узнать мнение о своих способностях из уст профессионала.
И она его услышала, но не совсем такое, какое ожидала.
Когда мелодия стихла, Джипси обвела всех задумчивым взглядом, что-то про себя прикинула, а потом заговорила:
- Вполне неплохо. У вас у всех прекрасные голоса, но они немного не сочетаются. Голосу мисс Вудс больше подходит голос герцога Солсбери, а голос мисс Нельсон раскроется с голосом брата. Так часто бывает, что у родственников они лучше всего интонируют. Вы все будете звучать лучше, если поменяетесь партнерами.
Снова установилась тишина.
Вся четверка переглянулась.
У Валери, как и у Саманты, на лице читались смешанные чувства. Никто из них ничего не хотел менять.
Но решение за всех принял Говард.
- Тогда нам нужно последовать совету мисс Роуз и спеть по-новому. Саманта с Брендоном исполнят первый куплет, а я с мисс Вудс второй.
Он направился к дивану, где она сидела, и встал перед Брендоном, открыто показывая другу, чтобы тот освободил место, которое теперь по праву принадлежало ему.
Брендону ничего не оставалось, как только подняться и прошествовать к сестре.
Говард сел рядом с Валери и довольный посмотрел на нее.
Она криво улыбнулась и отвела глаза. Листы с текстом песен в ее руках начали немного дрожать.
Спокойно, Валери, спокойно.
Пока Солсбери не знал о ее чувствах, она была в безопасности. Ей нужно спеть песню так, чтобы не слишком себя выдать.
Хм... Песню влюблённых... Песню, где все слова пропитаны признанием. То есть, она должна петь ему о любви и при этом не выглядеть натурально.
Валери чуть не застонала.
Вот зачем ей выпало такое испытание?!
- Мы готовы, - возвестил Солсбери, а затем подал знак Саманте, что можно начинать играть.
Та с грустным лицом кивнула и прикоснулась к клавишам.
  
Глава 27
 
Пока брат с сестрой пели первый куплет, Валери настраивалась на свой. Она не смотрела на Говарда, но чувствовала на себе его взгляд. Чувствовала и тепло его ноги, которая соприкасалась с ее ногой.
Она могла немного отсесть от него, но намеренно этого не делала, вырабатывая в себе иммунитет к его присутствию. Чтобы не реагировать на него, она должна привыкнуть к его близости.
И все было бы хорошо, если бы не закончился первый куплет и не начался второй.
Валери пришлось слегка повернуться и посмотреть на Говарда. В это же мгновение, исполняя свои слова, он накрыл ее руки ладонями, нежно обхватил их и приподнял. Он повторял за ней и Брендоном. Говард продолжал петь и сжимать ее кисти как что-то очень ценное и хрупкое. Его глаза смотрели прямо в душу Вал. Они были полны любви.
Это обескуражило ее и испугало. Она не хотела верить тому что видела.
«Только не радуйся», - уговаривала она себя. «Только не вздумай ответить ему таким же взглядом».
Но слова, которые Валери пришлось исполнять, противоречили ее разуму и вторили ее сердцу. Она озвучивала то, что сидело глубоко внутри нее, и что не хотела испытывать. Она невольно выдавала всем свой секрет. Оставалась надежда, что ей удавалось соблюсти баланс и не смотреть на Говарда слишком влюбленно.
Заканчивая петь куплет, Валери проклинала жар его рук и ответный жар своего тела.
Нет, ее выдавали не глаза, ее выдавали щеки!
Она стали пунцового цвета и горели ярче огня. Глаза можно было отвести, в крайнем случае, прикрыть, а как спрятать пылающее лицо?! Никак! Оно было на виду у всех!
Валери стойко терпела свой позор и продолжала петь третий куплет. Лишь сосредоточенность на тексте помогала ей хоть немного охлаждать внутренний пыл.
С окончанием песни она чувствовала себя как выжатый лимон. Она вырвала руки из ладоней Говарда и прижала их к себе, словно боясь, что он мог снова завладеть ими.
Говард заметил ее нервные, торопливые движения, и снисходительно улыбнулся.
- Так намного лучше, - одобрительно похлопала в ладони Джипси. - Теперь все голоса звучат гармонично.
- А вам не кажется, что брату с сестрой не совсем правильно изображать влюбленных? - вдруг опомнилась Саманта и обратилась к Роуз с претензией.
Но та даже бровью не повела.
- Это всего лишь роль. В театре часто можно увидеть, как родственники играют вместе. Лицедейство позволяет нам изображать то, что невозможно в реальной жизни. Но если вам неловко, у меня есть еще один вариант. Я могла бы занять ваше место и спеть с мистером Нельсоном.
- Нет! Я сама с ним спою! - категорично заявила Саманта и вернулась к нотам.
Слушая их разговор, Валери поняла, что нужно как можно скорее заканчивать с репетициями. И не только с этой, а вообще, со всеми.
- А что если уже сегодня вечером нам устроить концерт? Перед ужином мы проведем генеральную репетицию, а после я спою для гостей?
- Вы уверены, что хорошо запомнили все слова песен, мисс Вудс? - с обеспокоенным видом спросил Говард. Но Вал видела некоторое недовольство в его глазах.
- Уверена! Брендон мне обещал, что вся подготовка займет всего лишь пару-тройку дней. И он оказался прав. Я чувствую, что готова выступить.
- Что скажут остальные?
Саманта с Брендоном подтвердили, что затягивать больше не имеет смысла.
Говарду пришлось согласиться с общим мнением. Было решено, что за обедом он объявит о вечере, на котором гостей будет ждать приятное развлечение.
После всех договоренностей, Вал исполнила остальные песни, получила от Джипси дельные советы и собралась уже сбежать, как движением руки Говард остановил ее и, не дав ей подняться, сказал:
- Мисс Вудс, задержитесь ненадолго. У меня есть к вам важное дело. Оно не займет много времени.
Все обернулись и уставились на герцога. В глазах каждого стоял немой вопрос, а в глазах Саманты еще и немалое недоумение, что это за дело у него может быть к Валери.
Но так как никаких объяснений не последовало, первой свое место покинула Джипси.
Стоило ей подняться, как следом вскочил и Брендон и предложил ей руку, чтобы проводить к остальным гостям. В тот же миг Саманта обратилась к брату с просьбой и ей подать руку. Пришлось Брендону выполнить просьбу сестры, и, держа дам по обе стороны, оставить Вал и друга наедине.
Ожидая пояснений Солсбери, Валери задергала здоровой ногой. Она нервничала, и от того, что ей это не нравилось, нервничала еще больше.
- У меня есть для вас хорошая новость, моя милая мисс Вудс, - с чарующей улыбкой на губах, глубоким голосом проговорил Говард. Услышав "моя милая", Валери заерзала на диване. - Сегодня утром пришел ответ от доктора Уилкинса. Я хочу, чтобы вы прочитали письмо, а потом мы решим, что делать дальше.
Он полез во внутренний карман фрака и достал оттуда сложенный вчетверо лист.
Валери была рада появлению письма. Она могла отвлечься от созерцания Солсбери.
Схватившись за письмо как за спасательный круг, быстро развернула его и принялась читать.
  
Доктор Уилкинс писал, что случай мисс Вудс заинтересовал его. Он готов осмотреть ее, побеседовать с мистером Вудсом и попробовать выяснить причину перемежающейся боли в ноге, чтобы затем подобрать лечение. Дальше следовал день, в который он будет ждать ее, и адрес в Лондоне, куда ей следовало приехать.