Смертельная выдержка (ЛП)

Альберт встал передо мной, закрывая обзор.
— Как вы себя чувствуете? — спросил он.
— Как будто понятия не имею, что происходит. Почему она такая накаченная? — я указала на свою соперницу.
— Не волнуйтесь о Кайли. Вы сильная, Клей. Я видел ваши показатели.
Они знали лишь малую толику того, на что я была способна, и все должно было так и оставаться.
— Подождите. Та самая Кайли? — я выглянула из-за его спины. — Про нее вы упоминали во время моего исследования.
  
— Правда? И что я сказал?
— Что ее показатели были превосходными. — и теперь вижу почему. Я думала, что замечание доктора Эдмондса о том, что он не игрок, было небрежным замечанием, а не реальным отражением события. Мне следовало знать лучше.
Альберт схватил меня за руки и попытался привлечь мое внимание.
— Когда снова прозвенит колокол, вы выйдете на площадку и будете драться, пока все не закончится. Площадка защищена, так что драка ограничена ею, как и вы сами.
— Что можно считать окончанием?
Его лицо окаменело.
— Когда один из вас упадет и больше не встанет.
Я уставилась на него.
— Это не в стиле ММА. Это поединок насмерть.
— Это не смертельный поединок. Именно здесь мы, низшие существа, можем стать свидетелями ярости богов, когда они сражаются за господство.
— Зачем заморачиваться с эликсирами? Почему бы не драться по старинке?
— Потому что любой может организовать такое. Вы хоть представляете, сколько денег готовы заплатить зрители, чтобы увидеть драку богов?
— Но на самом деле это не так. Кайли не богиня. Вы жертвуете невинными жизнями ради развлечения.
Он приподнял бровь.
— Невинными? Никто из тех, кто выходит на ринг, не является невинными. Именно так вы и оказываетесь здесь в первую очередь.
— О, значит, они совершают ошибку или принимают неверное решение и, естественно, заслуживают смерти? Вы так считаете?
— Думаете, они позволили бы вам участвовать, не узнав сначала побольше?
— И что же такого плохого вы узнали обо мне, что я оказалась заслуживающей смерти ради развлечения?
— Ничего особенного, но я знаю, что ты не меняешь несколько школ и приемных семей, если ты образцовый ребенок.
От его ответа у меня перехватило дыхание.
— Вы понятия не имеете, почему я меняла школы столько раз. Между прочим, это не было проблемой дисциплинарного характера.
— Сейчас это неважно. Идите туда и выполните свои обязательства. Я в вас верю.
Мне потребовалось все свое самообладание, чтобы не сломать ему нос. К своему стыду я повелась на его дружеское отношение. История научила меня кое-чему большему.
— Трофеи достанутся победителю, — сказал он, небрежно отдавая честь.
Я протиснулась мимо Альберта и направилась к входу, отмеченному красным.
Рядом возник Гюнтер.
— Все хорошо? Ты выглядишь чертовски злой.
— Ты понимаешь, что происходит? — тихо спросила я.
— Будет бой. Один из вас выиграет. Деньги перейдут из рук в руки. Моя сестра останется жива. Ты получишь оплату. Это объясняет основные моменты?
— Не совсем.
Он наклонился ближе.
— А что?
— Оставайся рядом с Дасти. Если что-то пойдет не так, я хочу, чтобы ты забирал ее и убегал. Не жди меня.
— А как же Магнарелла?
— Он не твоя проблема.
— Будет, если ты нарушишь сделку.
Я уставилась на него с самым серьезным выражением лица.
— Послушай меня, Ган. Я постараюсь выполнить условия контракта ради Дасти, но есть вероятность, что все обернется плохо. Я не хочу, чтобы вы двое пострадали.
— Тогда позволь мне помочь. Это лицо не может испугать, но оно способно на кое-что другое.
Я погладила его по щеке.
— Я знаю, на что ты способен, и хочу, чтобы ты использовал это для спасения своей сестры.
Он отошел.
— Сломай ногу, Лорелея. Желательно своему противнику.
Я повернулась лицом к рингу. В голове у меня был вихрь идей. К сожалению, ни одна из них не приводила к тому, чтобы мы с Кайли покинули ринг невредимыми.
У меня внутри все сжалось, когда я заметила Наоми Смит на трибунах. Что здесь делала следователь Корпорации? Я дала ей то, что она хотела. Почему она не уехала из города?
Это были плохие новости.
Очень плохие.
Было уже слишком поздно отступать. Я должна была следовать плану и надеяться на лучшее. Если все пройдет гладко, Смит поверит так же, как и все остальные, что эликсир был источником моих сил.
Прозвучал второй колокол. Толпа разразилась криками и аплодисментами. Я вышла на ринг и почувствовала потрескивание магии, когда вокруг меня сомкнулся барьер.
Мы с моей соперницей улучили момент, чтобы внимательно рассмотреть друг друга. Снисходительный изгиб ее губ подсказал мне, что она довольна своими шансами. Я вернулась в старшую школу, где меня оценивали за столом крутых девчонок. Тогда меня это не смутило, и уж точно не смутило сейчас.
Я не хотела причинять ей боль.
Альберт свистнул, и поведение Кайли изменилось. Она расхаживала по клетке, как измученное животное, потерявшее связь с окружающим миром. Волосы у меня на затылке встали дыбом от этого, казалось бы, безобидного повторения. Я была заперта в клетке с измученным божеством.
Из этого не выйдет ничего хорошего.
Чем скорее я узнаю, с каким богом сражаюсь, тем скорее пойму, оправдана ли ее насмешка.
Ее рот приоткрылся, выпустив дыхание, горячее, чем ветер в пустыне. Была только одна богиня, которая ассоциировалась у меня с этим особым талантом.
Сехмет.
Кайли обладала силой египетской богини войны и болезни, богини, которая едва не уничтожила все человечество.
Потрясающе.
Я знала, на что способна Сехмет. Более важный вопрос заключался в том, знала ли это Кайли? Я больше всего надеялась, что она не так хорошо осведомлена о своих способностях, как я, и не воспользуется более мощными из них.
Защищенное пространство не позволило раскаленному воздуху вредить зрителям. Как плохо. Я бы с удовольствием посмотрела, как они разбегаются. Я была в ужасе от любого, кто считал это формой развлечения. Все было бы по-другому, если бы Магнарелла выбрал волонтеров, но вместо этого он воспользовался женщинами, оказавшимися в уязвимом положении. Я бы хотела, чтобы он стал игрушкой для богов.
Я взглянула на трибуны и увидела лебедя, сидящего рядом с Гюнтером. Дасти бы этого не пережила.
— Делайте что-нибудь! — закричал чей-то голос. Мужской, конечно.
Кайли отреагировала на требование, превратившись в огромную львицу с золотистой шерстью. Про этот вид силы она была в курсе.
Я отпрыгнула назад, насколько позволяла ограда. Я не хотела причинять вред Кайли, она не виновата в том, что столкнулась со мной. К тому же, если я не стану защищаться, она меня убьет.
Львица бросилась на меня. Я отскочила в сторону, надеясь, что Кайли врежется в ограждение и потеряет сознание.
Мне не повезло.
Львица оказалась достаточно проворна, чтобы повернуться прежде, чем попасть в ограждение. Ее тело развернулось ко мне с неожиданной скоростью. Она широко раскрыла рот и издала оглушительный рев.
Я пригнулась к мату, обдумывая варианты. К сожалению, этот мысленный эксперимент не занял много времени.
Львица направилась ко мне. Одна ее лапа была больше моей головы. Один хороший удар когтями — и прощай, голова.
Я прыгнула первой и залетела к ней на спину. Толпа пришла в неистовство.
— Ты не ожидала этого, да? — я резко ударила ее пятками по бокам.
Львица изогнулась и щелкнула челюстями. Мне доводилось ездить на норовистых мустангах — на этом настоял дедушка. Возможно, он и не ожидал такого развития событий, но, похоже, определенно знал, с какими трудностями я однажды столкнусь.
  
Львица упала на бок и начала перекатываться, зажав мою ногу между своим телом и ковриком. Я проигнорировала болезненный щелчок и сумела высвободить ногу.
Я поползла по коврику, смутно осознавая голоса за пределами ринга, призывающие моего бога выйти и поиграть. Я сопротивлялась.