Первый в фамилии (СИ)

Наставник специально ничего не рассказывал ни про семьи волшебников, ни даже про свою родню. Я должен был находиться только под ним и не помышлять о контактах с кем-либо ещё. И как вишенка на тортике — умереть вместе с наставником, сохранив его секреты. Кстати, Ленни кое-что подглядел, и без памяти Леонарда смог бы урвать кое-что полезное, если бы смог выжить.
Я, естественно, знаю больше — кое-что «вспомнил», кое-что домыслил. Кроме схрона в доме, имею представление про новый, почти пустой тайник в башне какого-то аристократа. А главное, точно представляю, как добраться до основного хранилища.
  
Дела родственные
После занятий направляюсь к себе, в мамин дом, а там уже готова служба поддержки — меня ждёт дедушка. Не только на тот маловероятный случай, что появится наставник, скорее в расчёте на других посетителей. Кое-кто знал о еженедельных визитах Леонарда, сейчас мог захотеть познакомиться с его учеником.
И точно! На противоположной стороне улицы стоит карета, и стоило подойти, как из неё вышла почтенная женщина.
— Леннар! Здравствуй! — поздоровалась она.
— Извините, госпожа. Не имею чести быть вам представлен, — вежливо отвечаю я.
— Я твоя тётя — Юдора Камбизет. Нам надо поговорить. Пригласишь меня в дом?
— Прошу прощения — нет. Мне дедушка запрещает знакомиться на улице и водить женщин домой.
Кстати, я прав по всем канонам — мало ли кто тебе представился! Это должен делать кто-то, кого ты знаешь, тем самым ручаясь за человека.
— Что ты говоришь⁈ Это просто неприлично!
— Извините, госпожа, — упорно не называю женщину «тётей» или по имени, — сейчас подъедет дядя Леонард, он сможет вас представить. А ведь я 16 лет не получал приглашения в дом Камбизетов и не понимаю — почему кого-то должен приглашать в свой?
— Я приехала сообщить, что Леонард погиб.
— И меня даже не пригласили на похороны наставника⁈
— Похорон не было — он сгинул в своей очередной экспедиции. Тело пока не нашли.
— То есть, наставника никто не видел мёртвым? Тогда я предпочту считать его живым. И попрошу вас не обременять меня непроверенными слухами. А сейчас, виноват, должен идти — меня ждёт дедушка Борден. Дела семейные, знаете ли.
Вежливо кланяюсь и ухожу. Дела семейные с дедушкой Борденом, в доме, им купленном в приданое моей матушке — хороший повод задуматься. Тем более что я жду приезда дяди Леонарда. И вообще, какие такие дела между дядей и дедушкой? И какие были раньше? Они же давно знакомы. Есть повод Камбизетам серьёзно задуматься.
Дед из окна видел сцену нашего разговора, но на помощь не спешил — я и без него справился. Эта линия обороны остаётся для будущих встреч.
Мы с ним немного поболтали, выпили чаю. Я подарил два зелья, найденных в отцовских вещах. На том и распрощались. Дед уехал, а я наконец-то открыл купленный сундучок.
Ничего такого — книги, тетради, несколько свитков. Действительно четыре тома с заклинаниями и рецептами алхимических зелий первых четырёх Кругов. Два справочника по определению описываемых зелий и пособие по организации лаборатории.
Стоят ли десяти дукатов? В магазине возьмут дороже, а за подержанные из первых рук — нормально.
Книги из одной серии, полностью дополняют друг друга и имеют одинаковые переплёты. Так и просятся поставить их на полку рядом. В пособии, в числе прочего, приведён типовой список ингредиентов, которые требуется иметь в наличии. Самое главное, есть раздел рассказывающий про способы уменьшения себестоимости готового продукта и вообще про оптимизацию расходов — ведь иначе не удастся выдержать ценовую конкуренцию с аналогичными мастерскими. Думаю, деньги потратил не зря, особенно, если надумаю торговать зельями.
В семи свитках тоже рецепты. На первый взгляд рангом сильно выше книжных, но про полезность и цену продажи надо будет узнавать. Сколько они стоят? Трудно сказать сразу. Сначала надо сварить и испытать готовый продукт, далее попытаться его продать.
Про тетради, без внимательного прочтения, сказать ничего нельзя. Вроде записи по разработке и приготовлению чего-то всякого разного.
В момент перелистывания записей подъехал дядя Норвин с портным. Мне привезли костюм для клуба. Формой не считается, но, по сути, тот же мундир, лишь с минимальными изменениями от человека к человеку. Знаки отличия вида службы и чина вышиты на обшлагах. У меня ничего такого нет, но кто имеет, отмечает награды на лацканах. К тому приложены рубаха, галстук с заколкой, перчатки и бальные туфли. Без такой одежды во многие места тебя просто не пустят. В тот клуб, куда я в воскресенье пойду гостем, уж точно.
В следующие дни ничего особенного не случалось. Ходил на занятия, продолжил разбор вещей, но кабинет наставника оставил на сладкое. Показал Прову книжку со списком реагентов, тот пообещал про них узнать. А во вторник, среду и в пятницу ходил в фехтовальную школу.
Зачем? Смотрел тренировочные поединки фехтовальщиков разных школ. Чуть разные гарды на клинках, чуть иные начальные стойки, а так… Ничего нового здесь не придумали. В основном колющие удары, против наших, большей частью, рубящих. Атаки встречаются контратаками, чётко определённые положения клинка, сразу видно штучное количество положений в защите — всё, как в итальянской школе. У некоторых, добавляются челночные перемещения вдоль прямой линии, глубокие выпады, перетекание из одной стойки в другую при малейшем изменении положения противника — типичная французская школа. И общая тенденция — работать одним клинком. Мало того, кинжал во второй руке многим непривычен и даже мешает.
У нас были написаны целые тома наставлений, как фехтовать против этих школ. Не то, что я слишком самоуверен, но свои шансы, даже против мастера, считаю высокими. И, надеюсь, сможет пригодиться пара старых заготовок.
Дуэль
В воскресенье, после двух пополудни, меня представили дворянину, который провёл в клуб, как личного гостя, и познакомил со своими приятелями. Стоим, разговариваем. Точнее, люди обсуждают высокую политику, а я молчу и слушаю.
Скоро появляется тройка слегка датых молодых дворян. Среди них моя цель — явный лидер и заводила этой компании. Меня предупредили, что его излюбленное развлечение — нападки на молодых новичков. Вот и сейчас, заметив незнакомца, он подходит совсем близко и, ни к кому не обращаясь, громко заявляет:
— Как-то здесь вонять стало! Наверное, кто-то лишний сюда пришёл!
— Точно! — соглашаюсь я. — Пока вы не подошли, тут так прекрасно пахло.
Скандалист не ожидал такого ответа и взревел:
— Да кто ты такой⁈
— Действительно, нас друг другу не представили. К счастью, наверное. Не хочу иметь столь дурнопахнущих знакомых.
— Я тебя вызываю!
Вызов сделан публично. В глазах окружающих я лишь колко ответил на слова подвыпившего нахала. Гершем Уотерхаус — дворянин, пригласивший меня сюда, вызвался стать секундантом. Не прошло и получаса, как условия были согласованы. Оружие — длинные мечи. Место — дуэлическая зала клуба. Время — сейчас. Так как повод поединка ничтожен, бой до первой крови, без магии и магических артефактов.
Дуэльные мечи нашлись при клубе. Острые, прекрасно сбалансированные. Хранящиеся специально для таких случаев. Поединки в клубе случаются не так редко, скорее даже часто, потому необходимое хранится для случая.
Нас поставили в центр зала на фехтовальную дорожку. По стенкам, чтобы не мешать дуэлянтам, встали зрители. Оказывается, у потолка, по периметру всего помещения пробиты затянутые сетчатыми шторами окна. Некоторые особы не желали показываться в столь неподобающем высоким особам месте, но, право же, любопытно!
  
Гонг! Салютуем друг другу. Второй сигнал! Начинаем сближаться. Скандалист идёт, следуя теории, приставным шагом, затем стремительно бросается вперёд, одновременно делая, ну очень глубокий выпад, нацеленный в живот, но меня в том месте уже нет. Противник очень быстр, но и я не смог не воспользоваться столь удобным случаем.