Флегморий - Красная (СИ)

Она чувствовала, как сущность расползается внутри — не подобно заразе, а словно новый слой кожи, впитывающий страх и сопротивление.
— Мы едины, — слова Воплощения Уныния вторглись в разум. — И мы должны сосуществовать в максимальном понимании.
Девушка хотела закричать и не смогла. Создание частично контролировало моторику и не отпускало ни на секунду. Оно демонстрировало непоколебимость хватки и ощущало значительную ментальную устойчивость сосуда.
  
Миг спустя пространство вокруг задрожало и рассыпалось на сотни цветастых блёсток, сливающихся в следующий эпизод.
Разочарование
Катя стояла перед открытой дверью жилища сводницы с глазами, в которых плавало отчаяние, ещё не успевшее загустеть в ненависть. Старуха прищурилась, корча и без того уродливую морду. В её взгляде не было ни жалости, ни любопытства. Только усталое раздражение.
— Не знаю, что у вас там случилось, и разбираться в этом не желаю, — от выдоха бабки несло едкой табачиной и кисловатым вином. — Да и клиент денег не перевёл. На связь не выходит. Так что… Иди-ка отсюда и поскорее, а то в администрацию шепну и тебе быстро объяснят, где твоё место.
Дверь захлопнулась. Резко и окончательно. Девушка застыла, будто её окатили леденящей водой. Она медленно разжала кулаки и обратила внимание на ладони с кровавыми следами от ногтей. Тленник внутри неё не молчал — хмыкал и проявлял откровенное недовольство. Тихо, глухо, зловеще. Ведь он не мог захватить тело Кати полностью — по крайней мере… Пока. В виду недавнего рождения и отсутствия конечной мощи.
Дозволение
Дождь безостановочно заливал Нижний Город, лишь усиливая вязкость уныния. Девушка стояла на краю крыши, чувствуя дуновение ветра, завывающего в ушах, словно хор потерянных душ.
— Видишь? — прошептало существо. Его голос струился по сознанию, как ментальная плесень, заполняющая каждый уголок. — Старая тварь отмахнулась от тебя, считая, что ты мусор… Но ты не должна страдать.
Катя не сказала ни слова. Только сжалась от злости. В какой-то момент она сдалась под натиском удушающей речи Воплощения и позволила ему действовать.
— А теперь… Я покажу тебе, на что МЫ способны…
Оно выскользнуло из неё на время. Не как дым или пар, а будто липкий, ненасытный фантом, оторвавшийся от тела и поползший в сторону лестничного пролёта, ведущего к квартире сводницы.
Принятие
Старуха сидела в кресле, уставившись в потолок. За окном стучал дождь, и тени от капель тянулись по штукатурке, наводя на мысли о конечности жизненного пути.
Тленник быстро добрался до двери. На мгновение его форма исказилась и бесшумно пролезла внутрь через замочную скважину. После — сущность бросилась на стену, чуть зацепив вазу на тумбе. Послышался звук, походящий на скрежет острия по стеклу. Бабка тут же перевела взгляд на выход из жилища, но никого не увидела.
Воплощение Уныния мигом рванулось вперёд — не по полу или воздуху, а по густому мраку, словно он был прямой дорогой, устремляющейся именно к ней. Создание Флегмория коснулось её височного разъёма и моментально проникло вглубь черепной коробки.
— Слишком мерзкие размышления даже для меня… — процедило существо.
И вдруг руки сводницы ухватились за голову. Старая завыла, ощутив нечто внутри. Закопошилась в тщетной попытке вытащить чип памяти, думая о психовирусах и рассчитывая, что это поможет избавиться от проблемы.
— Нет! НЕТ! ХВАТИТ! — её голос напоминал рёв помирающего зверя.
Добиться желаемого она не успела, внезапно застыла и начала непрестанно смеяться. Тихо и безумно. Пальцы старухи медленно потянулись к лицу и принялись рвать. Кожа отходила лоскутами, но бабка не кричала. Только хохотала по его указке — хрипло и прерывисто.
Жертва продолжала себя уродовать. Аккуратно и методично. Кровь текла, заливая блестящие бионические глаза, и когда сводница закончила, то быстро встала и разложила куски собственной плоти на подушке в форме цветка — символа Калиновки. Подстать гневным желаниям Кати, которая невольно наблюдала за всем из-за взаимосвязи с Воплощением. По итогу в сознании девушки что-то возникло. Не страх или отвращение. Скорее понимание того, насколько жутким монстром является Тленник.
Создание не могло долго находиться вне сосуда, поэтому вернулось к ней без промедления, просочившись сквозь поры кожи.
— Я сделал это для тебя, — его голос был мягким и невероятно ласковым. — Никто не может заставлять тебя страдать… Ни конченный наркоман, ни старая тварь, торгующая временем милых девочек…
Катя не ответила, размышляя о случившемся.
— Чувствуешь это? — продолжила сущность, обволакивая её сознание тёплой, липкой тьмой. — Теперь они оба принадлежат мне… Теперь мы вместе можем выстраивать этот проклятый мир в таком виде, который устроит нас обоих… Радуйся этому… Ведь тебе посчастливилось стать частью чего-то большего.
Сопротивление
Новый пласт видения сформировался после яркого всполоха. Девушка стояла на пороге квартиры сводницы и смотрела на детектива Волкова. Ей показалось, что в его глазах промелькнула усталость от бесконечных городских кошмаров.
— Кто ты? — голос Александра прозвучал глухо, будто из-под толщи воды.
Затем возникла очередная и внезапная смена места действия. Катю забросило на ближайшую улицу, в переулок, где неоновые вывески мерцали в непрекращающихся попытках завлечь клиентуру.
Девушка ощутила, как детектив вставил чип памяти старухи в свой доп-разъём, и увидела нечто — чего, казалось бы, не должно быть в принципе. Образы о нём вспыхнули в сознании, заливаясь мрачными красками прошлого.
Мужчина склоняется над её кроватью из детства, сжимая алое одеяло. Губы шевелятся, но речи не слышно. На полу — следы грязи, семейная фотография и… книжка про красную шапочку.
Катя вздрогнула.
Злачные места, тёмный проулок и неумолимая жестокость, сменяющаяся допросами. Лезвие, вгрызающееся в плоть преступников. Вечные поиски дочери.
Долей секунды спустя визуальная составляющая надламывается и девушка видит того же человека. Он явно выглядит старше, а его лицо истерзанно годами беготни за ниточками, которые так и не привели к ребёнку. Мужчина без перерыва бьёт кулаком в стену — до разрывов кожи. В стороне проносятся слова «Где ты?!». Для него это перестало быть вопросом, превратившись в заклинание или проклятие, а может и в молитву. В каком-то смысле.
Девушка подметила точное сходство с Волковым и, вжавшись в рекламный стенд, осознала родственную связь. Тленник не знал о видениях, но почувствовал новую жертву и приготовился к пополнению числа имитаций. Она поняла это сразу:
- Выбери другого…
— ЧТО? — взревело существо десятком голосов, слившихся в один вопль. — Моё влияние настигнет его с минуты на минуту! Назад дороги нет!
— Выбери другого или вообще ничего не получишь! — твёрдо произнесла Катя.
Создание уже начало вырываться наружу — чёрное, как смоль, с глазами, состоящими из жёлтого света.
— Единое целое! — прорычало Воплощение Уныния. — В противном случае… Я поглощу тебя!
И тогда… Девушка нащупала возможность давления — в вечном напряжении и утопая в неизмеримой ярости. Тленник не мог пересилить её сопротивление. Лишь дёргался в безуспешных попытках взять ситуацию под контроль.
Александр тем временем просматривал информацию о заказе, на который Катю отправила сводница. Дочь детектива переживала, что он, выполняя работу, найдёт только смерть. Она сконцентрировалась, словно стараясь связаться с ним — в надежде отпугнуть. В какой-то миг Волков ощутил лёгкое покалывание в височном разъёме и слова из файла замерцали, складываясь в короткую фразу:
  
— Не ищи меня, иначе умрёшь…
Сущность взвыла внутри неё — отвратно заклокотала, разрываясь между дичайшим желанием убить и бессилием перед непреодолимым сопротивлением. Тем не менее, кое-что монстр сделать успел. Повлиял на тоненькую связь Александра с микросхемой старухи. Чип мгновенно коротнул.