Щит Спэрроу (ЛП)

Подвозчик приехал прошлой ночью. Теперь, когда его товар был доставлен, он не станет задерживаться. Он приезжал ночью. Разгружался утром. И уезжал. Каждый раз. Поскольку до Эшмора был целый день пути, он мог вернуться до наступления темноты.
— Я бы хотела, чтобы вы взяли ту лошадь, которую так сильно любите, — прошептала Бриэль. — Тогда у вас, по крайней мере, будет путь назад.
  
— Я тоже.
Фрея была для меня утешением с тех пор, как я приехала в Трео. Она, безусловно, была моей любимой туранкой. Но местные жители, скорее всего, заметили бы ее исчезновение раньше моего. Я узнала, что лошади необходимы в жизни Туры. Черт, они, вероятно, снарядили бы поисковую группу, чтобы спасти Фрею, а меня оставили бы гнить.
Итак, мой план состоял в том, чтобы ехать в повозке с припасами.
Я спрячусь у всех на виду.
Мы с Бриэль свернули с общего двора, следуя по следам от двух колес, которые отмечали дорогу, по которой торговец припасами должен был уехать.
Мы убедились, что находимся достаточно далеко от домиков на деревьях и других зданий, чтобы нас никто не мог увидеть из общего зала. Затем, стоя в тени высокого дерева, мы ждали, пока не услышали стук колес.
Я расправила плечи, собираясь выйти на тропинку, когда Бриэль схватила меня за руку.
— Может быть, мне следовало пойти вместо вас?
— Нет. — Это была моя идея. Это была моя задача.
И я сомневалась, что они убьют меня, если поймают. Не тогда, когда я была Спэрроу.
Бриэль? Она была расходным материалом.
— Кроме того, уже слишком поздно менять планы. — Я махнула рукой на ее одежду. — А ты уже одета.
Она посмотрела на брюки и нахмурилась, поправляя пояс.
— Я не знаю, как вы их носите. Они такие обтягивающие.
— Привыкла. — Удивительно, как быстро я приспособилась к туранскому стилю. И как неудобно было снова надевать платье.
Я одернула длинные облегающие рукава своего серого платья, скучая по свободной тонкой ткани туник, которые носила в последнее время.
Бриэль была одета в тунику, ее каштановые волосы были заплетены в косу, перекинутую через плечо, так же, как я обычно носила свои. Сегодня она была настоящей принцессой.
— А вот и он. — Я стянула шарф с волос и вытащила шпильки, чтобы локоны рассыпались по плечам.
Привлекла бы женщина в шарфе внимание охранников сторожевой башни? Возможно. Но женщина с яркими, растрепанными волосами? Определенно. Я бы привлекла внимание. Без вопросов.
Но я рассчитывала на их любопытство, а не на подозрительность.
Сегодня я совсем не походила на принцессу Одессу Вульф, женщину, которая с тех пор, как приехала сюда, взяла за правило ездить верхом, бегать и проходить мимо каждой сторожевой башни в Трео.
И поскольку все оставили меня здесь в покое, я начала брать с собой на ежедневные прогулки арбалет.
Если никто не собирался обучать меня обращению с ножами, я вернусь к единственному оружию, которое казалось мне относительно простым. Я прищемила пальцы столько раз, что и не сосчитать, когда вставляла стрелу в тетиву, но в качестве мишени я использовала деревья. Конечно, деревья не двигались в отличие от монстров или врагов, но я промахивалась все реже и реже.
Охранники хмыкали все реже и реже.
Сегодня я совсем не была похожа на принцессу, которая помахала бы охранникам, стоящим наверху, прежде чем попытаться выстрелить в беспомощное дерево. На леди, которая приложила пальцы к губам и практиковалась в свисте, пока это, наконец, не сработало.
Тени, это был ужасный план, не так ли? Бриэль была уверена, что я не выберусь из леса. Вероятно, она была права.
Мне следовало потратить время на то, чтобы придумать более изощренный и правдоподобный план. Но что, если у меня больше не будет такого шанса? Что, если Страж, Тиллия или Завьер никогда больше не оставят меня одну? Что, если они отвезут меня в Эллдер и запрут за стенами крепости?
Это было оно. Это должно сработать.
— Готова? — спросила я Бриэль.
— Готова. — Она кивнула, затем выпрямила спину и, гордо задрав нос, вышла из тени дерева.
Она провела годы среди членов королевской семьи, наблюдая за нашим поведением и манерами. Она знала, как привлечь к себе внимание, словно сама была королевой.
Когда она подняла руку, мужчина немедленно остановил двух гнедых лошадей, запряженных в его повозку.
— Сэр.
— Да? — спросил он.
Она подошла к нему и достала из кармана брюк кошелек с монетами. В ее кошельке было достаточно золота, чтобы купить еще двух лошадей и повозку в три раза больше этой.
— Камеристку моей госпожи нужно подвезти до Эшмора. Мне нужны кое-какие вещи в течение недели, но она опасается отправляться в путешествие в одиночку. Можно ей поехать с вами?
Он окинул сумочку долгим, пристальным взглядом, прежде чем сделать то же самое со мной.
— Я вернусь в Трео только через семь дней.
Бриэль махнула свободной рукой.
— Ей нужен только билет до Эшмора. Обратно она доберется сама.
Его глаза сузились.
— Что вам нужно? Почему бы не попросить это у владельца вашего магазина?
— Это мое личное дело, — в голосе Бриэль послышались нотки, которые в устах Мэй звучали устрашающе, как угроза. Очевидно, она кое-чему научилась у моей сестры.
Мужчина нахмурился, и на мгновение я была уверена, что он откажет. Но затем он протянул руку, схватил сумочку и положил ее себе на колени.
— Садись.
Не. Может. Черт. Возьми. Быть.
Тени, это сработало.
Я бросилась к повозке, едва не споткнувшись о свои юбки, когда забиралась на сиденье и устраивалась рядом с мужчиной.
Он нахмурился, но пришпорил лошадей, и повозка покачнулась на ходу.
Мое сердце билось так сильно, что мне стало больно, когда я рискнула взглянуть на Бриэль. Либо я увижу ее через несколько дней. Либо я увижу ее через час, когда они притащат меня обратно после того, как поймают при попытке к бегству.
Кучер ничего не сказал, только сильнее натянул поводья, и повозка снова накренилась, когда мы набрали скорость.
Стук копыт заглушал звук моего прерывистого дыхания, вызванного паникой. Впереди я обозначила границу, нашла ближайшую сторожевую башню и устремила взгляд вперед.
Дыши.
Мое тело начало дрожать по мере того, как мы подходили все ближе и ближе.
В воздухе раздался свист.
Свист, который издают охранники, когда кто-то уходит, предупреждая остальных об уходе. Это был короткий, пронзительный сигнал.
В тот момент, когда я услышала, как он прозвучал среди деревьев, воздух вырвался из моих легких.
— Спасибо тебе, Дарья, — прошептала я.
— Что? — рявкнул мужчина.
— Ничего, — пробормотала я, поджимая губы, чтобы скрыть улыбку. Проторенная тропинка вела от деревьев к равнинам.
— Там, — пробормотал кучер, указывая вдаль. Это было единственное слово, которое он произнес с тех пор, как покинул Трео.
Я прищурилась, наблюдая, как темное пятно на горизонте медленно превращается в крыши и деревянные строения.
Эшмор.
Поездка казалась бесконечной. Сиденье повозки было неудобным, а от множества ухабов на дороге у меня стучали зубы. Мне было не по себе снова оказаться на открытом месте, без охраны. Я была открыта для нападения любого монстра.
Даже с ножами, пристегнутыми к бедрам под юбками, я всю дорогу прочесывала равнины в поисках хищников.
Путешествие было пугающим и захватывающим. Это был прыжок с обрыва. Это был прыжок веры.
Это была свобода.
А я была зависима.
Солнце клонилось к горизонту, и последний отрезок пути, казалось, занял несколько дней, но дорога, наконец, расширилась, когда мы приблизились к городу.
  
Кучер натянул поводья, переводя своих лошадей на шаг, когда мы подъехали к ряду деревянных домов.
Маленький мальчик в соломенной шляпе, игравший на лужайке, поднял голову. Его мать стояла в дверях, скрестив руки на груди, с нейтральным и оценивающим выражением лица, когда мы проезжали мимо.