Щит Спэрроу (ЛП)

Я поникла. Ну, это было уже что-то.
— Я не понимаю. Мэй должна была выйти за него замуж через три месяца. Почему бы просто не дождаться равноденствия? Зачем приводить их сюда сейчас?
— Я не могу ждать три месяца. Мы годами, десятилетиями пытались найти дорогу в Аллесарию. Исходя из всего, что мы можем предположить, столица находится глубоко в горах Туры. Если это так, то зимой дорога может оказаться непроходимой для армии. Я хотел, чтобы у Мэй было достаточно времени, чтобы найти способ проникнуть в город, и чтобы легион смог отправиться в путь до наступления снегов. В противном случае нам придется ждать до следующей весны. Если крукс начнет мигрировать раньше, чем предсказывают ученые, я упущу свой шанс.
  
— Шанс на что? На завоевание Туры?
Его челюсть напряглась.
— У них в этом городе есть то, что мне нужно.
— Что?
— Тебе не нужно знать подробности. Но мне нужно найти способ попасть в город до начала миграции. Это наш единственный шанс остановить круксов.
Время остановилось. Как и мое сердце.
Остановить круксов. Это возможно? Был ли на самом деле способ помешать монстрам уничтожить Каландру? Способ предотвратить ужасы, показанные в галерее замка?
— Как?
— Этого я не могу объяснить. Пока нет. Но ради блага нашего народа ты должна это сделать. Ты должна доверять мне. Найди мне дорогу в Аллесарию.
— Но договоры. Как насчет…
— Договоры могут быть нарушены, Одесса. Помни об этом.
Головокружение вернулось с удвоенной силой.
— Как? Это будет значить, что ты умрешь.
— Не обязательно.
О чем он говорит?
— Я не понимаю.
Он снова надел корону на голову.
— В этом нет необходимости.
Не имело значения, понимала ли я детали. Отец будет держать меня в неведении, если у него не будет другого выбора. Он будет говорить мне только то, что мне нужно знать, чтобы выполнять его приказы.
— Откуда ты знал, что принц Завьер приедет, когда нанимал их, чтобы убить мерроуилов? — спросила я.
Он вздохнул, явно раздраженный чередой моих вопросов, но все равно ответил.
— Из разных источников мы узнали, что он стал чаще путешествовать со своими рейнджерами. Это не было гарантией, но попробовать стоило. Когда мы узнали, что Страж и Верховный жрец были замечены со своей группой, я предположил, что Завьер тоже был среди них.
— Но ты не ожидал что они попросят призовую невесту?
— Это было… неожиданно.
Я снова потерла виски, боль вернулась, когда я попыталась осмыслить этот разговор.
— Так значит, ты нанял туранцев убить мерроуилов и привез их сюда, чтобы они могли получить плату, зная, что Завьер, скорее всего, последует за ними, и все это в надежде, что принц согласится, что ли? Достаточно одного взгляда на Мэй, чтобы отчаянно влюбиться и потребовать, чтобы они поженились на несколько месяцев раньше, чем планировалось?
Отец усмехнулся.
Глупая я. Я и забыла, что отец не верил в любовь.
— Я надеялся, что он согласится перенести дату свадьбы, — сказал он. — Если бы он приехал сюда, я смог бы убедить его жениться на ней раньше под предлогом укрепления наших торговых путей. Мы усердно работали над созданием запасов, готовясь к круксам. Тура уже два года страдает от засухи. Их урожая недостаточно, чтобы прокормить их во время миграции. Я надеялся ускорить свадьбу в обмен на увеличение поставок зерна. Тогда Мэй могла бы отправиться с ними в плавание этим летом. У нее было бы больше времени, чтобы побольше узнать об Аллесарии.
— Что, если бы принц не приехал? Что, если бы он не захотел перенести свадьбу?
— В худшем случае, они забрали бы наше золото в качестве оплаты, и она вышла бы замуж за Завьера в день равноденствия.
Но не это было худшим вариантом. Я была худшим вариантом.
— Почему он выбрал меня?
Между бровями отца пролегла морщинка.
— Я не знаю.
— Он подозревает, что Мэй может стать шпионкой?
— Он был бы дураком, если бы не делал этого. Не секрет, что каждое королевство Каландры интересуется местонахождением Аллесарии. Но это единственная возможность, в которой они не могут нам отказать.
Возможность, которая появилась только с этим браком.
— Я не думал, что он полностью откажется от Мэй, — сказал отец. — Это была ошибка в моем плане.
Планы, интриги — вот как работал его мозг. Он никому не доверял. Он ожидал предательства. И редко бывал удивлен.
Губы Мэй скривились.
— Нам не следовало втягивать ее в это.
— Наверное, ты права, — пробормотал он.
Но сегодня не было причин исключать меня. Я была принцессой-пустышкой, которая довольствовалась тем, что сливалась со стенами и стояла на шаг позади своей сестры. Я была незначительной старшей дочерью отца, рожденной от его покойной жены. Я уже была помолвлена с его генералом и никоим образом не могла соперничать с Мэй по красоте или обаянию.
Ни у кого в моей семье не было причин подозревать, что я привлеку внимание принца Завьера.
У меня задрожали руки.
— Я не шпион. Я не воин. И уж точно не убийца. Я не могу этого сделать. — В последний раз, когда я держала в руках меч, мастер оружия отправил меня в лазарет, потому что я порезала себе ладонь.
— Ты сделаешь это, — приказал отец. — Повтори мои приказы.
Я с трудом сглотнула.
— Я должна найти дорогу к Аллесарии. Затем я должна узнать о способностях Стража. И если у меня будет шанс, ты хочешь, чтобы я убила его.
Другого человека.
Он просил меня отнять чью-то жизнь.
— Да. — Облегчение отца было ощутимым. — Ты можешь это сделать. Ты должна это сделать. А потом я отвезу тебя домой.
Невозможно. Когда я уплыву из Куэнтиса, я сомневалась, что когда-нибудь вернусь.
Особенно если — когда — туранцы поймут, что я шпион.
Или, когда Страж убьет меня первым.
— Ты должна доверять мне, — прошептал отец. Он поцеловал меня в лоб, затем встал и кивнул Марго. — Подготовь ее.
К свадьбе. Которая состоится сегодня вечером.
  
Шесть
 
Рычание Марго наполнило мои покои.
— Принеси. Мне. Синее.
— Простите, ваше величество. — Щеки Бриэль раскраснелись, на висках выступили капельки пота, покрывшие ее каштановые волосы. В ее медовых глазах над вздернутым носиком читалась паника, когда она в пятый раз бросилась к шкафу, чтобы поменять три серых платья, которые держала в руках, на три других серых платья.
Последние четыре часа Бриэль носилась по замку, беспрекословно выполняя все резкие команды моей мачехи. Но как найти синее платье в моем гардеробе? Невозможно. Мы обе это знали. Бриэль была слишком милой, чтобы противостоять Марго.
Если бы Джоселин была здесь, она бы с самого начала сказала Марго, что у меня нет ничего синего. Но Джоселин отправили в аптеку за противозачаточным чаем, который мы могли бы взять с собой в дорогу.
С тех пор как мы покинули тронный зал, Марго делала все в точности так, как велел отец. С помощью Бриэль и Джоселин она подготавливала меня как к свадьбе, так и к переезду через весь континент.
Может, у меня и не было платья традиционного свадебного оттенка, но в остальном они превратили меня в невесту.
Все, что было сделано для Мэй утром, они сделали для меня сегодня днем. В моей ванной комнате была приготовлена обжигающе горячая ванна — возможно, я не смогу оправдать экстравагантное золотое покрытие замка моего деда, но внутренняя сантехника мне определенно нравилась. Моя кожа была отшелушена, смазана маслом и надушена.
В мои волосы была вплетена зелень. Бриэль заплела их в замысловатое переплетение толстых кос, которые ниспадали мне на спину. Джоселин припудрила мне щеки персиковыми румянами и подкрасила губы в розовый цвет. Веки были с мерцанием, а ресницы подведены тушью. На обоих запястьях красовались браслеты, а золотые манжеты с цветочным узором свисали вдоль ушных раковин.
  
В свои двадцать три года я никогда не выглядела так прекрасно. Больше похожа на принцессу. И все же каждый раз, когда я ловила свое отражение в зеркале, меня охватывал такой ужас перед тем, что должно было произойти, что мне приходилось снова отворачиваться.