Интуиция (СИ)
Сейчас в стеклянной стране было спокойно. Лишь в нескольких потревоженных шарах летали снежинки. Здесь можно было увидеть всё: от лесной сказки, до Эйфелевой башни. Забавные фигурки животных, ангелов и Санта-Клаусов. Я взяла тот, в котором под снегом стояли знакомые очертания небоскрёбов.
- Отличный рождественский сувенир, - прокомментировала продавщица.
- Спасибо. Я просто смотрю.
- Нет проблем.
Потеряв ко мне интерес, она отошла к другим покупателям.
Я поставила шар на место и потянулась за другим, более традиционным: рождественская оленья упряжка с крошечным Сантой в крошечных санях мчалась над заснеженной деревушкой.
Краем глаза я увидела, как к нему тянется рука в чёрной перчатке. Вскинув голову, я снова встретилась взглядом с уже знакомыми серыми глазами. Теперь они смотрели чуть насмешливо.
- Второй раз наши вкусы совпали. Занятно, вы не находите?
Что-то изменилось. Вот прямо сию секунду.
Может это лучики морщинок, побежавшие у него из глаз, или ямочки на щеках, появившиеся, когда он улыбнулся, но больше мне не хотелось бежать. Наоборот: я ответила на улыбку и испытала необычайный прилив радости. А ещё вдохновения.
- Я уступила вам ёлку, вы должны уступить мне шар.
- Да, так будет честно, - согласился он и убрал руку.
Я взяла шар и легонько его встряхнула. На деревеньку обрушилась снежная буря.
- Он музыкальный, - сообщил молодой человек показывая мне на маленький рычажок у его основания. Я нажала на него и услышала знакомую мелодию «Украшайте залы».
- Я вернулся за ним, но вы были первая, так что… - он развёл руки.
Я смотрела, как искрится снег в шаре, как, успокаиваясь, он ложиться на маленькие зелёные ёлочки.
- Знаете, на кармическом уровне это откровенный обман. Мне не нужна ёлка. Я не собиралась её покупать. Так что вот, - я протянула ему шар.
Молодой человек с искренним удивлением посмотрел на меня, но шар не взял.
- Вы не любите Рождество?
- Отчего же, очень люблю. Просто мне некуда ставить ёлку.
- Странно, - засмеялся он. - На бродяжку вы не похожи. Остаётся одно – маленькая квартира?
Теперь пришла моя очередь улыбнуться.
- Если не придираться к словам, то, скорее, первое, чем второе.
- Значит, всё-таки бродяжка?
- В определённом смысле, да.
У него было такое недоуменное выражение лица, что я расхохоталась.
- Ничего криминального, не волнуйтесь, - я похлопала парня по руке. - Просто мой дом на другом конце страны.
- О!
- Вы покупаете этот шар?
Мы оба вздрогнули.
Круглое лицо продавщицы немедленно расплылось в улыбке, когда она узнала моего собеседника.
- Всё-таки вернулись? Хорошо. Вашим ребятишкам этот шар очень понравился. Я его специально решила придержать, и если бы эта девушка не оказалась вашей женой, ни за что бы ей его не продала.
- Я не…
Немного оттолкнув меня назад, мужчина взял из моих рук шар и протянул его продавщице.
- Большое спасибо. Мы берём его.
Пока она занималась оформлением нашей покупки, он занимал её разговором. Я же, переминаясь с ноги на ногу, пыталась понять, отчего мне стало так тепло и радостно, когда меня назвали его женой.
- Ну вот, - заговорила я, когда мы отошли от прилавка. - Карму себе мы всё-таки подпортили. Не надо было ей врать.
- А мы и не врали, - ответил молодой человек. - Мы просто не сказали правду. Тем более, это совершенно неважно – шар-то у нас! - Он протянул мне нарядный пакет и снова улыбнулся. - Счастливого Рождества.
- Нет-нет-нет, - замахала я руками. - Раз он понравился вашим детям, теперь я его точно не могу принять.
- Во-первых, детей у меня нет, - начал он.
- Вот только не начинайте! Я видела, как вы играли с ними.
- Во-первых, детей у меня нет, - повторил он, настойчиво вкладывая мне в руки пакет. - А во-вторых, мои племянники и думать забыли о каком-то шаре, когда их мать пообещала им пирожное и шоколадный коктейль. Кстати, как вы относитесь к шоколадному коктейлю?
Я обалдело уставилась на него, пытаясь справиться со свалившимся на меня потоком информации.
- Так что насчёт коктейля? - На его щеках снова заиграли весёлые ямочки.
Поморгав несколько секунд, я вышла и ступора.
- Ну, я даже не знаю…
- Соглашайтесь. Недалеко есть одно место, там делают потрясающие шоколадные коктейли.
- Я предпочитаю кофе.
- Отлично, - кивнул он. - Я тоже.
Его звали Марк. Ему было двадцать восемь. У него действительно не было детей, но был старший брат и племянники. Он писал статьи «для одного скучного экономического журнала» и сейчас работал над своей первой книгой. Собирая для неё материал, он провёл достаточно много времени в поездках по всему свету, и мы нашли много общего в наших впечатлениях о Европе.
За беседой и кофе время пролетело незаметно. Мы договорились встретиться на другой день за завтраком. Марк посадил меня в такси и на прощание поцеловал руку.
Всю дорогу я ощущала на коже прикосновение его тёплых губ.
И пока следующим утром я не увидела его, размашистым шагом входящим в маленькое кафе неподалёку от моей гостиницы, сердце опасливо сжималось: что если он мне всего лишь приснился?
Как же с ним было легко! Мы много смеялись. Я делилась своими впечатлениями о Нью-Йорке, говорила о фильмах, об «Интуиции», а Марк убеждал меня, что я попала под влияние массовой культуры.
- Сердце города вовсе не Манхэттен, - говорил он. - Оно внутри каждого нью-йоркера. Это часы, настроенные на особый ритм. Мы всё время спешим, всё время говорим по телефону. Мы не ждём зелёного сигнала светофора, и в такси никогда не заморачиваемся с точным адресом. Просто называем нужный отрезок улицы.
Его родные жили на Лонг-Айленде, «чёртовом краю света». Сам он снимал небольшую студию недалеко от Центрального вокзала.
Марк много рассказывал о городе, показывал свои любимые места. Нью-Йорк в одночасье перестал быть для меня чужим. Я видела его глазами идущего рядом со мной молодого человека и влюблялась в него. В их обоих.
К вечеру второго дня мне казалось, что я знаю Марка всю жизнь. Тогда же он впервые меня поцеловал. В канун отъезда Марк отвёл меня на матч «Рейнджерсов», и я окончательно поняла, что пропала.