Интуиция (СИ)

Пройдя дальше по Сорок второй, я завернула за угол и оказалась в Брайант-парке. И снова неповторимая рождественская атмосфера: гирлянды на деревьях, детский смех, горячий яблочный сидр и крохотное имбирное печенье в бумажных пакетиках. И конечно каток с венчающей его раскидистой елью – обязательная атрибутика всех Нью-Йоркских парков. Очень захотелось покататься, но рождественская ярмарка, раскинувшаяся возле катка, привлекала меня гораздо больше.
Впервые я увидела их у волшебных шаров со снегом. На прилавке разыгралась настоящая снежная буря. Двое ребятишек с восторгом прыгали вокруг отца, который, взяв шар, встряхивал его и, вернув на место, сразу брал другой. Дети визжали, мужчина смеялся, а пожилая темнокожая женщина-продавец, не сдерживая улыбки, внимательно следила за каждым его движением. Маленькое представление собрало зрителей, и я тоже решила понаблюдать за троицей.
- Давай ещё, ещё! - дружно требовали дети.
На вид им было лет по пять. Одетые в яркие тёплые пуховички, они синхронно шмыгали носами и поправляли шапки, когда те съезжали на глаза. Это были близнецы – мальчик и девочка. Переведя взгляд на их отца, я заметила, что он довольно симпатичен и выглядит моложе, чем казалось на первый взгляд. И вообще, все трое были очень похожи. Ребятишкам действительно повезло с папой. Понаблюдав некоторое время за троицей, я двинулась дальше.
Проходя по рядам и рассматривая сувениры, я неожиданно для себя оказалась в еловом лесу. Деревья были воткнуты в аккуратные кучки снега, образующие ровные ряды. На месте продавцов я бы обязательно соорудила из них лабиринт.
Я любовалась пушистыми елями - сравнивая, прицениваясь, - и, сама того не замечая, начала выбирать деревце по своему вкусу. Разной формы и разной пушистости, высокие и карликовые, канадские и альпийские - у меня закружилась голова от их многообразия.
Сняв перчатку, я погладила стройную ёлочку, в мигающем свете гирлянд отливающую голубым. Иголки были мягкими. Захотелось ощутить их аромат и, собрав несколько веточек в охапку, я потянулась к ней. Концы иголок крошечными льдинками приятно покалывали кончик носа.
Внезапно ёлочка дёрнулась сначала от меня, потом верх. Охнув, я выпустила ветки из рук и полетела вслед за ними в темноту прохода. Раздался чей-то сдавленный возглас, и машинально я рванула назад. Не удержавшись на ногах, я со всего размаху влетела попой в следующий ряд ёлок, и меня немедленно накрыло целой лавиной снега, скопившегося на их ветках. От всей души я громко выругалась. Не менее цветастые ругательства, сказанные мужским голосом, раздались из соседнего прохода.
Теперь ёлочные иголки не казались мягкими. Без особого желания мой нос заполнился их ароматом. Иголки были везде: вперемешку со снегом они лезли в нос, в рот и за шиворот. Вязаная шапка съехала на нос, и я, как слепая муха, барахталась в холодной колючей паутине.
 Внезапно кто-то схватил подмышки и рванул вверх.
- Спасибо, - сдавленно пискнула я, всё ещё продолжая отплёвываться.
- С вами всё в порядке?
- Пока не знаю.
Я лихорадочно отряхивалась. Мужчина кинулся мне помогать, но после нескольких пасов чёрных кожаных перчаток я его оттолкнула.
- Не трогайте меня!
- Простите, я не думал, что в соседнем проходе кто-то есть. Я потянул ёлку, а вы вынырнули вслед за ней. И не успел я ничего сделать, как вы занырнули обратно.
Эти его «вынырнули и занырнули» произвели на меня по истине магическое воздействие. Сначала тихонько, а затем громче и громче я начала хохотать. От смеха у меня одновременно заболели щёки и бок. Я слышала, что мужчина тоже смеётся. Не в силах справиться с собой, я начала заваливаться на бок. Он подхватил меня под руку, одновременно подтягивая с глаз наползшую на них шапку. Я взглянула на него, но от выступивших на глазах слёз мало что удалось разглядеть. Он был высок, темноволос и одет во что-то очень мягкое. А ещё от него приятно пахло, и этот факт отчего-то ещё больше меня развеселил.
 
Наконец, взяв себя в руки, я сорвала с головы шапку и хорошенько её встряхнула. Несколько прядей, выбившихся из спрятанного под шапкой хвоста, упали на лицо. Я не успела отреагировать, как рука, обтянутая чёрной перчаткой, потянулась убрать их.
- Ого!
Этот возглас заставил меня поднять голову, и с удивлением я обнаружила перед собой молодого человека из киоска со снежными шарами.
- Ого, что?
Глаза скользнули по его лицу, отмечая идеально прямо нос, высокие скулы, немного крупноватый рот и тёмную щетину на подбородке, которая, впрочем, нисколько его не портила. Из-под тёмных бровей на меня с восхищением смотрели серебристо-серые глаза. Их выражение привело меня в трепет.
Он улыбнулся и отступил на шаг.
- Простите, это вырвалось непроизвольно.
- Прощаю. И всё-таки?
- Вы красивы, как ангел.
Он сказал это очень буднично. Будто сообщил который час. Я ни на секунду в это не поверила, но, тем не менее, смутилась. Почувствовав, что начала краснеть, я немедленно завозилась с шапкой. Натянув её на голову, я предприняла попытку его обойти.
Молодой человек был словно стена.
- Если вам нравится эта ёлка, берите. Я найду другую.
Наверное, стоило объяснить, что ёлки меня не интересуют или что-то вроде того. Может, я просто могла вежливо отказаться или как-то посмеяться над всей ситуацией. Хотя, над ней я уже смеялась, и теперь это выглядело бы по-идиотски. Вместо этого, пробормотав нечто невразумительное, я рванула в противоположную от него сторону и, лишь оказавшись у ворот парка, пришла в себя.
Он застал меня врасплох. Это издалека мужчина показался милым, вблизи же от него у меня просто захватило дух. Я никогда не была падка на мужскую красоту. Максимум, что замечала, это мускулы у парней, играющих за университетскую сборную. Но не буду лукавить: я скорее выберу Джонни Дэппа, чем того же Джона Кьюсака. Но чтобы забыть обо всём и убежать с ним на край света – тут надо хорошенько подумать. Но сейчас… Даже того, что я увидела, вполне хватило бы, чтобы краем света я не обошлась.
Конечно, у меня были романы – нельзя сказать, что в этом плане я была неискушённая. Но никто из моих бойфрендов не смотрел на меня с таким восхищением. Даже при первой встрече. Даже Джейк, с которым я встречалась больше года на втором курсе, и который стал моим первым мужчиной. Может, когда парни вырастают, они специально учатся этому взгляду? Может, когда девушка начинает правильно на него реагировать, она становится настоящей женщиной? Как нелегко было в этом признаться, своим поступком я вернулась на стадию зародыша.
 
Дойдя до катка, я вспомнила, что так ничего и не купила. Пришлось возвращаться.
Первым мне попался на глаза тот самый прилавок с волшебными шарами. Да, это был бы идеальный подарок – напоминание о собственной глупости. Я фыркнула, но, тем не менее, подошла ближе.