"Фантастика 2023-116". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Выявить мага в темном Совете, который помог Лэшелу сбежать, официальным путем оказалось невозможно, и я была уже готова махнуть на него рукой. Лэшел был прав, и наверняка в Совете многие предпочли бы, чтобы меня отправили на тот свет, и потому выдавать виновного вампирам они не спешили. На тот момент я испытывала такую опустошенность, связанную со смертью Грейсона, что мне по большому счету было уже все равно, что будет с тем магом. Адриан, казалось, со мной согласился, но через несколько недель до Бэллимора докатились слухи о загадочной гибели одного перспективного темного магистра, который в недалеком будущем мог стать архимагом. Адриан категорически отрицал свою причастность к данной смерти, обставленной так, что обвинить вампиров было невозможно, но мне и так было понятно, кто стоял за ней на самом деле.
Смерть Грейсона оказалась тяжелым ударом для моих друзей. Похороны мастера прошли в Лорене, и на них собралось так много народу, чего сам циничный эльф точно не мог бы ожидать. Пришли несколько эльфов из рода Рианор — ближайшие родственники мастера — но по большей части с ним прибыли проститься его бывшие ученики. Такого количества наемников и наемных убийц одновременно Лорен, наверное, никогда не видел: здесь были и эльфы, темные и светлые, и вампиры, и люди, и сидхе. Не было никаких стычек и драк, словно все представители разных рас и магических сторон на время заключили перемирие. Вся эта пестрая толпа людей и нелюдей, включая нас с Адрианом, пришла на похороны в серых куртках с разноцветными полосами, даже Адриан откопал где-то свою куртку с коричневой полосой. Родственники Грейсона заметно сторонились этой мрачной серой толпы и старались держаться особняком. Были здесь и все мои друзья, и Люций. Увидев его в тот день, я тихо присвистнула — на высшем вампире была куртка с черной полосой, а это означало, что Люций прошел обучение в Госфорде до конца и получил звание мастера. Попадались и просто знакомые лица — ученики Госфорда, с которыми я познакомилась во время своей учебы. В частности, вампир Селен, который когда-то вел занятия у моей группы. От него-то я и узнала, что никто не собирался заменять Грейсона на его посту по той простой причине, что ни у кого не получилось бы обучать учеников так, как это делал мастер, и потому Госфордская школа боевых искусств после смерти своего основателя была закрыта. Это решение, хоть и тяжелое, было совершенно закономерным, и у меня бы язык не повернулся его оспорить. Госфорд без Грейсона — это не Госфорд, и сама мысль, что кто-то мог занять его место, казалась мне кощунственной.
Закрытие школы означало еще одно — в скором времени наши с друзьями пути должны были окончательно разойтись. Мое место теперь было в Бэллиморе рядом с Адрианом. Оттилия и Кейн тоже оставались в столице, причем Кейн предложил архивампиру услуги мага-артефактника, и тот согласился взять его на службу. Свадьба Оттилии и Кейна была назначена на начало весны, и меня уже осчастливили новостью, что я буду свидетельницей. Теперь Оттилия на пару с Катериной составляли список гостей, подбирали фасон свадебного платья, обсуждали меню, а мужская половина семьи фон Некер и Кейн старались пораньше сбегать из дома на службу и попозже возвращаться, чтобы предприимчивые дамы не втянули и их в предсвадебные хлопоты.
Фрост и Бьянка теперь были помолвлены. Светлый эльф познакомился с графиней Лидией и произвел на нее самое положительное впечатление, хотя на первых порах обезображенное лицо будущего зятя ее слегка пугало. А вот родня ни Фроста, ни его светлоэльфийской невесты выбор наследника рода категорически не одобрила, и плевать им было на его внешность — не от чистой любви, а исключительно из корыстных соображений. Но Фрост от души высказал им все, что думает об их договорных браках, и поставил родственников перед фактом: или они принимают Бьянку, или он с прорицательницей сочетается браком в Аркадии, и родственники все равно ее принимают, поскольку светлый эльф был давно не мальчик и мог принимать решения самостоятельно. Сама Бьянка, осознав, что всю оставшуюся жизнь ей теперь придется провести среди надменных светлых эльфов, поначалу здорово струхнула, но потом проявила несвойственные ей коварство и хитрость. На торжественном ужине она непринужденно сообщила, что графиня Лидия прикладывает сейчас все усилия, чтобы после свадьбы титул графа Харди достался Фросту, и в этом случае им вдвоем не будет никакой нужды жить в Хиллсборо. Расставаться с эльфом навсегда родня не пожелала и скрепя сердце согласилась на эту свадьбу. Графиня Лидия, конечно, была расстроена из-за предстоящей разлуки с дочерью, но понимала, что рано или поздно это должно было произойти, и теперь она, кажется, всерьез планировала познакомиться с культурой светлых эльфов, время от времени навещая дочь и зятя.
 
Надя благополучно отбыла в пансион, и раз в несколько дней мы с ней общались при помощи разговорных амулетов. Сестра обживалась, знакомилась с другими девушками и была довольна и общением с вампирами, и отношением к ней. Очень осторожно она расспросила меня о том, намерена ли я и в дальнейшем держать ее присутствие в Вереантере в тайне, на что я неопределенно проворчала что-то в ответ. Я еще не придумала, как объяснить присутствие валенсийской принцессы в Бэллиморе другим странам и, в первую очередь, отцу и мачехе. Пусть Надя пока спокойно поживет инкогнито, хотя бы до совершеннолетия, а там посмотрим. К тому же у меня закрадывалось смутное подозрение, что свадебная лихорадка могла в скором времени затронуть и Надю. По крайней мере, мне не удавалось никак иначе объяснить, почему Александр фон Некер каждую неделю навещал ее в пансионе. И хотя сам Александр, несмотря на то, что мы много времени теперь проводили вместе и нашли общий язык, не спешил откровенничать и просить у меня руки Нади, не одной мне было понятно, что здесь дело нечисто. Оттилия первая в свойственной ей прямолинейной манере вслух заявила, что мы с ней рискуем в скором времени породниться, если ее брат женится на моей сестре. Что ж, поживем — увидим.
Дирк, как и большинство учеников Госфорда, стал наемником. До конца обучения ему оставалось еще долго, но уже полученных навыков, а также скорости, ловкости и остроты зрения, доставшихся от отца-эльфа, оказалось достаточно, чтобы преуспеть на этом поприще.
Гарт собирался последовать его примеру, но сначала решил наведаться на противоположный конец материка, в горы, где жил его клан перевертышей, проведать родных. Путешествие должно было занять неопределенный срок: до нужной горной местности еще надо было добраться, да и сколько он пробудет дома, Гарт не мог сказать заранее. Сопровождать его неожиданно вызвался Эр, которого больше всех удручала перспектива возвращения домой, и, едва услышав о планах Гарта, немедленно напросился ему в попутчики: мол, темным эльфам так мало известно о перевертышах, а тут выпал такой шанс расширить свой кругозор. Нам всем было понятно, что Эр просто искал повод подольше не возвращаться в Лорен, и Гарт сразу согласился взять его с собой.
Люций остался во дворце в качестве моего телохранителя. Нарцисса, даже вернув титул, продолжала свою целительскую деятельность. Но я слышала, что сейчас она еще активно руководила восстановлением старого имения Эртано и планировала в скором времени перебраться в господский дом. Как я вскоре узнала, пожалованный ей титул и частично возвращенное состояние должны были перейти от Нарциссы к ее детям, в то время как сам Люций претендовать на них не мог. Как-то раз Люций, когда мне его удалось вызвать на откровенный разговор, признался, что лучшего развития событий он и представить бы не мог. Мол, сестра действительно это заслужила после всего, через что ей пришлось пройти по его вине, а самого Люция вполне устраивало его положение.
Тариону удалось вернуть детей целыми и невредимыми, Натаниэль благополучно оправилась после нападения Лэнгстона, и семья Каэйри счастливо вернулась в Лорен. Впервые увидев двух юных темных эльфов — мальчика помладше и девочку постарше, причем Мариэль была невероятно похожа на Натаниэль и, следовательно, на меня, — я окончательно утвердилась в правильности принятого тогда решения спасти их. Я бы не простила себе, если бы Лэнгстон убил их только для того, чтобы добраться до меня. Вот их родители у меня никаких положительных чувств не вызывали, и на прощанье я пожелала Натаниэль позабыть о моем существовании и никогда о себе не напоминать. Мое пожелание они восприняли со всей серьезностью: даже на моей коронации, куда приехало посольство темных эльфов во главе с королевской четой, их не было.