"Фантастика 2023-116". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
И что дальше? Арлион Этари был безответно влюблен в вампиршу, а во время войны начал убивать и своих и чужих. Можно ли как-то связать эти два факта? Если да, то что могло произойти? Она его отвергла окончательно, и он обезумел?
Нет, это явный перебор.
У меня было странное ощущение, словно я упускаю что-то из виду. Вроде бьется какая-то мысль, которую стоит только ухватить, и все встанет на свои места, а не получается. Что-то ведь точно не так, какая-то мелочь остается… И еще моя твердая уверенность, что я видела эту вампиршу раньше…
Зима в этом году началась точно по расписанию. За какую-то неделю весь Адэр занесло снегом, так что к числу наказаний и отработок студентов добавилась уборка снега с территории академии. Одно хорошо — закончились бесконечные дожди, да и сильные морозы пока не ударили. Мы с Кейном продолжали наши ежедневные утренние тренировки. Сражаться по колено в снегу было не очень удобно, но мы рассудили, что так даже лучше — усложнение задачи поможет нам поработать над скоростью и ловкостью движений. В Госфорде Грейсон прибегал к подобной методике, только в теплое время года вместо снега он использовал канавы с жидкой грязью, здорово мешавшей движениям.
Как и предсказывал Кейн, в середине холодного сезона у нас выдалась свободная от занятий неделя. Но, посовещавшись с друзьями, мы не поехали в Госфорд. На коллективном обсуждении было решено, что нам лучше не покидать академию без лишней надобности, пока где-то в приграничных городах орудует архимаг-убийца. И не важно, что он не убивает людей — мы с ребятами однажды уже перешли ему дорогу, и не стоило лишний раз подставляться под удар. Я прекрасно осознавала, что, проучившись полгода на боевом факультете, я действительно узнала много нового и подтянула свои знания в разных областях магии, но не была настолько самоуверенна, чтобы думать, будто этого будет достаточно для противостояния архимагу.
Так что каникулы провели в академии. За это время мы с Кейном и Бьянкой, которая, кажется, твердо вознамерилась помочь нам, почти не вылезали из библиотеки, надеясь найти какую-нибудь полезную информацию, но, по сути, потратили время впустую. Пока ребята изучали биографию Раннулфа Тассела и его научные труды, я еще пыталась узнать что-нибудь об Арлионе Этари, но и эти поиски зашли в тупик. Кроме рассказов о новых пытках и убийствах, которые он совершил, я не нашла ничего такого, о чем не знала бы раньше.
Даже сны об Арлионе и вампирше и те прекратились. Память рода Этари молчала и не спешила делиться со мной новыми воспоминаниями, и в итоге мне оставалось только дальше строить догадки.
Наши магистры тоже недалеко продвинулись в поисках архимага и его подручных. Конечно, они не делились с нами своими соображениями и мыслями, но, думаю, если бы им удалось отыскать их, они бы уже давно сделали хоть что-то, чтобы их остановить.
С началом учебы походы в библиотеку пришлось сократить. Занятия шли своим чередом, с одногруппниками я по-прежнему общалась мало. Периодически мы с Кейном и Бьянкой становились свидетелями стычек темных и светлых, но сами в них больше не участвовали. Если честно, я не понимала, почему светлые и темные не могут ужиться друг с другом, и была абсолютно уверена, что все эти конфликты происходят исключительно из-за человеческой глупости. Мы с Бьянкой прекрасно сосуществовали вместе в одной комнате, и нашему общению не мешали никакие предрассудки. Про нашу дружбу с Кейном я вообще молчу… В общем, мы просто учились дальше и мало внимания уделяли налаживанию отношений с однокурсниками. Зима прошла для нас довольно спокойно, но нас с Кейном не оставляло мрачное предчувствие, что это лишь затишье перед бурей, а прямо перед нами маячит гроза, которой не избежать.
Гром грянул в самом конце зимы. До обеда у моей группы была двойная «Защитная магия» с Лэшелом, на которой мы продолжали изучать основы ментальной магии. Умением передавать друг другу свои эмоции более или менее овладели все, теперь же задача усложнилась, и мы учились транслировать соседу не свои настоящие чувства. Это было по-настоящему сложно, и, хотя мы уже вторую неделю только этим и занимались, до сих пор никто не мог похвастаться успехами. Впрочем, Лэшел нисколько не был этому удивлен и пояснил, что мало кому из студентов удается выполнить это задание с первого раза. По его словам, ментальная магия легко дается только тем, кто с рождения имеет предрасположенность к ней. На нашем факультете в этом году таких одаренных не было, и поэтому каждый старался, как мог.
Посреди занятия дверь в аудиторию без стука распахнулась, и вошел Вортон. Магистр был мрачен, брови сдвинуты, а губы плотно сжаты. Сразу сообразив, что декан не в духе, мы замолчали и сели прямо за столами. Но Вортон не обратил на нас никакого внимания, а с порога обратился к Лэшелу, который в тот момент объяснял что-то Нику:
— В кабинет Кириана, немедленно. Студенты, ваше занятие на сегодня окончено. Можете быть свободны.
Лэшелу даже в голову не пришло задавать вопросы. Магистр, на глазах становясь собранным и сосредоточенным, коротко кивнул — коготь мантара в серьге качнулся, — и оба стремительно вышли в коридор. Все произошло так быстро, что мы не начали сразу собирать свои вещи, а некоторое время сидели в полнейшем изумлении на своих местах.
— Как вы думаете, что могло случиться? — осторожно спросила Кадма, нарушая тишину.
— Понятия не имею, — пробормотал Ник.
Олаф решительно поднялся.
— Пошли в столовую, — предложил он. — Сейчас будет обед, выясним, может, не у нас одних занятие сорвалось. А если нам повезет еще больше, кто-нибудь будет знать, что произошло.
Остальные идею одобрили, мы быстро собрались и вышли из аудитории. Когда спустились на первый этаж и перешли в главный корпус, нам навстречу попалась группа возбужденно переговаривающихся некромантов, хотя до конца занятия оставалось еще около получаса.
— О! — удивился один из студентов в черном балахоне, заметив нас. — У вас тоже преподаватель сбежал с середины урока?
— Точно, — отозвался Олаф. — Вам, кстати, не объяснили, с чего вдруг?
Некромант с досадой махнул рукой.
— Какое там! У нас Танатос читал лекцию, вдруг оборвал себя на полуслове и вылетел из аудитории!
У меня противно заныло под ложечкой. Мы с Кейном уже один раз были свидетелями, как магистры побросали свои дела и срочно собрались на совещание. Хель, неужели снова? Когда же это наконец-то закончится? Сколько Раннулфу нужно жертв, чтобы он успокоился и перестал резать темных?!
И что теперь делать? Бежать в кабинет к ректору? Ага, так меня туда и пустят! В прошлый раз магистры нас выслушали, потому что нам с Кейном было известно то, о чем не знали они. В этот раз они сразу отправят меня к демону. И уж точно не будут отвечать на мои вопросы!
До столовой мы дошли вместе с некромантами, но, когда до нее оставалось буквально несколько метров, я ощутила, как нагрелся карман, в котором лежал подарок Кейна. Так, учитывая, что с ребятами мы обычно общаемся по вечерам, рискну предположить, что им уже что-то известно. Замедлив шаг, я дождалась, пока одногруппники и некроманты пройдут вперед, а затем развернулась и бегом поспешила в общежитие. Доставать зеркало прямо в коридоре я не стала, поскольку мне были не нужны свидетели моих разговоров с друзьями. Еще у меня мелькнула мысль, что в общежитии Кейну будет легче найти меня.
Пролетая по пустым коридорам, я лишь один раз натолкнулась на очередную группу горячо обсуждавших что-то между собой студентов, освободившихся раньше обычного времени, — на этот раз это были стихийники. Увидев, что они все были светлыми, я на всякий случай обошла их по широкой дуге и побежала дальше, домчалась до жилого крыла и поднялась на свой этаж. Плотно закрывая за собой дверь комнаты, я одновременно вытащила горячее зеркало и открыла его.
— Где тебя носит? — с нескрываемым раздражением осведомилась Оттилия, едва увидела меня. — Мы ждем уже минут десять!