"Фантастика 2023-116". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Дож Контарини, известный своей расчетливостью и мудростью, неожиданно откликнулся на просьбу Диогена. Впрочем, скорее всего, это было не проявлением благородства – хотя кто наверняка может знать истинные мотивы его поступков? – а следствием тонкого расчета и оправданного риска. Как бы то ни было, в январе 1069 года небольшая венецианская флотилия неожиданно атаковала блокировавшие город драккары норманнов. Связав их боем, боевые галеры позволили войти в гавань малому каравану торговых судов с оружием, провиантом и незначительным контингентом наемников из далматских славян. Правда, очухавшиеся норманны отогнали дерзких налетчиков и блокировали экипажи торговых судов в Бари – тем самым пополнив ими число защитников города.
Дож сделал первый шаг, и поспешивший вернуться в столицу Диоген принялся уговаривать Евдокию уже формально подтвердить сложившийся союз. Тем более что когда до Константинополя дошел слух о храбрости венецианских моряков, простой народ и стратиоты горячо поддержали идею союза с Республикой Святого Марка.
Однако в столице всем правил не народ, а императрица и ее приближенные. Василисса была женщиной умной и волевой и первый натиск супруга, уверяющего ее в необходимости принять помощь от Контарини, отразила с ледяным спокойствием, подробно аргументируя свою позицию.
Как оказалось, Республика Святого Марка уже очень давно пользовалась значительными торговыми привилегиями в ущерб ромейским купцам. Так, еще император Василий Второй в семь раз снизил пошлины на венецианские товары и в два раза – пошлины на заходящие в столицу корабли. А кроме того, позволил венецианцам напрямую обращаться к великому логофету – одному из высших сановных лиц империи – для решения своих вопросов. Но, в свою очередь, республиканцы обещали предоставить любое количество судов для переброски войск в ту же Апулию!
Это был очень сильный аргумент – ведь союзники по-прежнему пользовались предоставленными им льготами, что позволило венецианцам взять под контроль торговлю с Востоком! Фактически крайне дорогостоящие пряности и шелка, а также сахар и благовония попадали в германские и франкские земли именно через республику, принося ей огромные прибыли.
Однако трезво поразмыслив, Роман вновь вернулся к обсуждению с женой вопроса противостояния Гвискару. Да, выходило, что дож обязан предоставить ему корабли для переброски войск в Апулию. Транспортные корабли. Но не боевой флот, который смог бы прикрыть перевозку ромейской армии или прорвать блокаду Бари. И потом, император прибыл в столицу в сопровождении лишь тагмы стратилатов. А сколько людей он мог реально погрузить на корабли, не оголяя азиатские фемы? Чуть более четырех сотен клибанофоров и три тысячи топороносцев-варягов. Прочие гвардейские тагмы было просто необходимо оставить в Константинополе, да и числом они никогда не превосходили полутора тысяч человек.
Нет, все равно выходило, что не так уж и мало сил для переброски в Италию, особенно учитывая их боеспособность – вот только хватило бы их для победы над норманнами? Последние, кстати, тоже воины весьма свирепые и умелые, и действия наемников де Байоля только убедили базилевса в справедливости данного суждения. Так что для окончательной победы венецианские галеры были просто необходимы – небольшие, юркие галеи и мощные хеландии, копированные с ромейских дромонов. Но главное – их отлично обученные и храбрые экипажи!
Эти мысли он озвучил Евдокии, но та уперлась, даже не желая слышать доводов супруга. Уж лучше потерять один город, чем поставить империю в полную зависимость от венецианской торговли! Что же, это был справедливый аргумент, с которым император даже не пытался спорить, но желание дать бой норманнам и изгнать их из Апулии никуда не ушло. Бессонную ночь Роман провел в размышлениях, но в конце концов сумел найти выход из сложившейся ситуации!
Венецианцы держались за торговлю с Востоком, но нашествие агарян прервало многие торговые маршруты, ведущие с далекого Востока в азиатские фемы империи. Теперь они сменили направление на север, проходя через земли аланов и русов архонта Ростислава, требующего нынче именовать себя кесарем. Он взял под контроль все ромейские порты и крепости на побережье Таврии, и хотя он не мешал торговле, но свой интерес соблюдал крепко и быстро обогащался. При этом никаких беспошлинных соглашений с венецианцами он не заключал, что здорово мешало их торговле.
У Диогена более не было собственного флота, способного воздать русам и разбойникам-касогам за нападения на Халдию и гибель ромейских моряков. А вот у дожа он был! И после всех раздумий Роман решился на следующее предложение: в обмен на военную помощь против норманнов он передаст в управление венецианцам Херсон и Сугдею с правом беспошлинного прохода проливов и сохранением торговых привилегий уже для собственных купцов в Русском море. К слову, Евдокия, узнав о конечном решении мужа, была очень удивлена и в то же время обрадована столь удачному дипломатическому ходу. Ибо, по сути, Роман отдавал дожу то, чем уже не владел и что не имел сил вернуть.
Доменико согласился не сразу, условия нового соглашения явно не удовлетворяли его изначальному запросу. И то, что он уже ввязался в войну, на деле ничего не значило: заключит дож с Гвискаром тайное соглашение, и следующей же ночью венецианцы, усилившие гарнизон Бари, тайно откроют городские ворота. Такое уже не раз было, такое еще не раз будет, и базилевс ясно осознавал риск предательства союзников. Потому и старался найти условия, какие могли несколько уравновесить полную отмену торговых пошлин.
Но, с другой стороны, терять из-за собственного вероломства уже имеющиеся льготы республиканцам было не с руки, а порты Таврии, коими завершались пешие торговые маршруты с Востока, оставались лакомым кусочком, даже несмотря на неизбежность столкновения с русами Таматархи. В конце концов, у дожа хватает кораблей и смелых моряков.
Наконец переговоры были завершены. Дож предоставил сорок судов для перевозки воинов и лошадей и тридцать боевых кораблей для морского сражения. Из них полтора десятка юрких галей, десяток крепких хеладний и еще пять громоздких гурабов – судов, на палубе которых установлено до десяти камнеметных машин. Это судно впервые построили арабы, а сражающиеся с ними на море венецианцы решили его копировать, в отличие от византийцев: на вооружении у последних появился «греческий огонь». К слову, император приказал предоставить союзникам снаряды с секретной зажигательной смесью. Для себя же он велел срубить на столичных верфях хотя бы один боеспособный дромон – и с этой задачей ромейские корабельщики сумели справиться! На императорский флагман сифонофоры для распыления огнеметной смеси установили и на носу, и по обоим бортам, и даже на корме судна. Экипаж же его составила сотня лучших гвардейцев-варягов и столько же отборных токсотов – достаточно, чтобы отразить абордаж трех, а то и четырех норманнских драккаров.
И вот сейчас этот флот приближается к Бари.
Корабли норманнов появились внезапно, будто тени, проступившие из мрака береговой полосы. С запозданием защелкали тетивы скорпионов на юрких галеях, засвистели канаты катапульт, отправляя в полет камни и снаряды с «греческим огнем». Но в первом залпе большинство их, сделав в небе огненно-дымный росчерк, упало в море. Попасть по узким драккарам оказалось не так-то просто! Особенно учитывая, что противник атакует грамотно, не кучкуясь, а растянув фронт и обхватывая венецианскую эскадру с флангов. Тем не менее вскоре на глазах императора последовательно вспыхнул огонь на трех судах врага.
Однако же как их много! Базилевс сбился со счета, с волнением наблюдая за тем, как постепенно сближаются обе флотилии, – и ему очень не понравилось, что Гвискару удается задуманный им маневр. Свои корабли норманн построил вогнутым полукругом, «чашей». И если до следующих встречным курсом драккаров, которых на деле не так и много – штук тридцать от силы, – катапульты не добивают, то на флангах вражеские суда уже опасно приблизились к построению венецианцев. Навскидку их порядка двадцати на каждом крыле – а ведь чтобы катапульты могли их достать, экипажам галей и хеландий необходимо развернуть корабли! Чего они пока просто не успевают сделать…