Концессия. Дилогия (СИ)
– Гонишь!
– Зуб даю, Проф! Единственное условие – не появляться до обеденного перерыва. Якобы в это время ты по текучке работаешь, а я тебя отвлекать от дела стану.
– Ну, в этом он прав…
– Можно подумать, после обеда я отвлекать не стану! – закончил мысль Вова, проигнорировав мой комментарий. – А знаешь, что он ещё мне заявил?
– Понятия не имею, – помотал я головой, – а удивляться уже устал.
– Короче, он сказал, что я на тебя положительно влияю! Прикинь, Проф?! Чтобы я, и положительно?!
– Естественно! – хмыкнул я. – Влияешь, и ещё как! В плане положить на работу! Н‑да… погорячился Игараси‑сама, не иначе…
– Я так подозреваю, меня старина Мик сосватал, – выдвинул вполне жизнеспособную версию Вова. – Галлахер который. Мы с ним когда‑то неплохо ладили…
– Так, ну‑ка, стоп! А он к тебе не подкатывал, часом? Ну, за последнюю пару недель?
– Э‑э‑э… ну да, было дело, пересеклись в баре, потрещали за прошлое… а что?
– Поздравляю, Вов, тебя взяли на «карандаш»! И мы теперь с тобой окончательно в одной лодке. Так что если вдруг на дно, то исключительно вместе.
– Ой, да ладно тебе! – отмахнулся напарник. – Ты лучше расскажи, что за байда?! Понятно, что будка, но дырка в крыше за каким?!
– Во‑первых, не дырка, а отверстие! – строго поправил я Вову. – Во‑вторых, не просто отверстие, а посадочное место.
– Под что?
– Под во‑о‑он ту хрень! – не мудрствуя лукаво, ткнул я пальцем. – Видишь?
– Только хлам, – покачал головой Вова. – Зато целую кучу.
– Смотри внимательнее! Вон та, круглая!
– Да тут половина хлама если не круглая, то овальная… или просто изогнутая!
– Вов, блин! Вон, натурально круг, из трубы квадратного сечения!
– А‑а‑а!.. Вижу… а что это?
– Давай сюда, – протянул я руку.
– Сейчас… ф‑фух!
– Да не прикидывайся, он лёгкий! – не повёлся я. Подхватил «подарочек», заволок на крышу «будки»… и нанизал на собственную тушку, как хула‑хуп. – Ага… вроде подходит…
– Проф, ты чего это? – прифигел напарник.
– Теперь вторую давай, она там, рядом, – велел я. – Вот спасибочки… и чтоб ты знал, мой недалёкий друг, это будет поворотный круг под пулемётную турель.
– Чего?! – полезли у Вовы глаза на лоб. – Так ты пулемётное гнездо мастрячишь, что ли?!
– Ага.
– Э‑э‑э… стесняюсь спросить, Профессор… а не стрёмно, вот так‑то? Совсем, блин, без палева!
– А от кого прятаться? – хмыкнул я, не прекращая возиться с заготовками. Место под установку я уже вырезал, да и крепёж почти смонтировал, осталось только окончательно затянуть болты. Что, согласитесь, без примерки не совсем рационально. – Я ж по заказу Галлахера работаю.
– Чё, он вот так прямо заявился и сказал: Профессор, дорогой, хочу пулемётное гнездо в траке?!
– Нет, конечно… просто увидел «будку», и, что называется, загорелся идеей. Правда, он про откидной люк и стрелковую ячейку поначалу говорил…
– Ага, а ты не утерпел и мысль развил, – закончил за меня напарник. – Узнаю друга Олежу.
– А ты‑то чего выделываешься? – возмутился я. – Нормально же получилось, как раз под нашу задачу!
– А Игараси что сказал?
– А Игараси абсолютно похрен, – признался я. – Я ведь уже этих модулей штук пятнадцать нарисовал, в 3Д, все дела… ну и с какого‑то надо же было начинать? Вот я и взялся за самый простой – «будку». А где «будка», там и пулемётное гнездо. С поворотной турелью, тумбой под ноги и подвесной системой на ремнях и растяжках! Вот!
– И что, уже всё готово? – не поверил Вова.
– Практически… можешь, кстати, сам залезть и глянуть.
– А… как? – растерялся напарник. – В смысле, хоть лесенку бы какую присобачил!
– Сзади лезь, через штатную дверцу, – пояснил я. – Но учти, внутри тесновато. Это прототип на основе грузового фургона, так что, сам понимаешь… – развёл я руками.
– Угу, – хмыкнул Вова изнутри «будки». – Вот это тут эхо! И дребезжит что‑то…
– Говорю же – прототип!
– Всё, всё, Проф, уймись! И подвинься! Или хотя бы пузо втяни!
Да чтоб его! Это надо же додуматься, вторым в лаз втиснуться!
– Вов, блин!
– Потерпишь, Проф! – не повёлся тот. – Хм… а ничего… обзор есть… так ты говоришь, здесь пулемёт будет?
– Ага. Вот сюда шкворень присобачу, с хомутом на эксцентрике, и можно будет разные стволы за цевьё зажимать. Три степени свободы, между прочим! Вверх‑вниз, вправо‑влево, плюс вот этот верхний круг по нижнему будет на роликах поворачиваться.
– То есть сектор полных триста шестьдесят градусов?! – восхитился Вова.
– Угу.
– Осталось только определиться, из чего стрелять будем, – мечтательно закатил глаза мой напарник.
– Так определились же вроде? – напомнил я.
– Ты про ту трещётку? – пренебрежительно отмахнулся Вова. – Не, Проф, для боевой машины тот ручник не катит. Он, если честно, и в пехотном отделении так себе. Хотя что я тебе рассказываю, сам же всё знаешь!
И тут Вова, несомненно, прав. Помните, я хвастался, что освоил производство стволов из модифицированного «мускусом» титана? Так вот, пистолетными я отнюдь не ограничился, попробовал кое‑что ещё, разве что не в таких количествах. И ведь даже получилось, но… всему виной мой неугомонный напарник. Больше двух недель назад, когда он кайфовал после очередной «вахты», я вывез его на стрельбище и продемонстрировал результаты многочасовых ночных бдений, а именно, три образца автоматического оружия: реплики старого русского АК‑104, не менее старого американского М‑4 и чуть более свежего (лет на пятнадцать, ага) ручника РПК‑16. Естественно, все в пластиковом обвесе. Думал, Вова впечатлится и прослезится на радостях. И таки да, он впечатлился. И даже прослезился, но не от радости, а от разочарования. Знаете, почему? Вес ему не понравился! Представляете?! Вес! Я‑то, грешным делом, думал, что чем легче, тем лучше, а оно вон как оказалось! Видите ли, чем меньше вес, тем сильнее чувствуется отдача, и тем хуже меткость! А как по мне, нормально всё! Впрочем, на это Вова без тени сомнения заявил, что мне просто не с чем сравнивать. Я попытался было спорить, дескать, это же не под полноценный винтовочный 7,62, а под малоимпульсный 5,56, но был безжалостно поднят на смех. Пришлось много думать, но в конце концов я нашёл решение. На мой взгляд, довольно простое и изящное. Но это на мой, у Вовы может быть совсем другое мнение… эксперт хренов.
– Так, Вов, ну‑ка, пошёл отсюда! – просипел я, заколебавшись стоять, втянув живот. – Мне работать надо.
– Мля‑а‑а‑а‑а! – поддержал меня Сигизмунд, и не подумавший свалить с крыши при приближении моего напарника.
– Молчи, животное! – рыкнул Вова, но, нарвавшись на многообещающий кошачий взгляд, предпочёл сложить руки по швам и «стечь» в «будку». И уже оттуда пробубнил: – Вот и приходи к вам в гости! Один рычит, второй фырчит! О, а это что?
– Если то, о чём я думаю, то шкворень.
– Ого! А ещё чё есть?
– Есть. Метнись в пассажирский модуль, глянь в рундуке.
– Щас…
– А ты проследи, чтобы он чего не натворил, – велел я Зигги.
– Мля‑а‑а!
– Давай‑давай! – подтолкнул я его в откляченный зад. – А то знаю я твоё «будет сделано»!
– Фр‑р‑р‑р!..
– Проф, это же совсем другое дело!!! – восхищённо рявкнул Вова из пассажирского модуля. И, не рассчитав, на радостях вписался затылком в дверную раму: – М‑мать!.. Но ведь красава же, Проф!
– Рад, что угодил, Вольдемар.
– Угодил, угодил… это же тот самый, ты только фурнитуру переделал? – выпростался‑таки из модуля мой напарник, баюкая в руках ручной пулемёт с разложенными сошками и примкнутым «бубном» на сто патронов. – Или я ошибаюсь?
– Не только фурнитуру, ещё ствол удлинил чуток, – объяснил я. – Рукоятка управления огнём, приклад, цевьё – местное «железное» дерево, массив, а не просто шпон. На трёхкоординатном станке точить пришлось. Знал бы ты, сколько времени убил! И сколько электричества он сожрал!
– А где планки для крепления всякого? – заинтересовался Вова.