Концессия. Дилогия (СИ)

Закончив, наконец, с плёнкой, снова взялся за бочку – ну а чего время тянуть? На сей раз я действовал уже менее осмотрительно, потому что а фигли ей будет, она ж крепкая?! То есть попросту завалил на бок, да и покатил, подталкивая ногами. Поочерёдно, то левой, то правой, чтобы траекторию подправлять по ходу дела. И знаете что? Тара экзекуцию пережила с честью – пластик оказался настолько устойчивым к механическим воздействиям, что на нём ни единой царапины не появилось. Хотя чему я удивляюсь? Если эту бочку три десятка каменных слизняков на протяжении двух недель мурыжили, и она выжила, то у меня вообще шансов ноль. Кстати, теперь, после того как слил добрый литр содержимого, кое‑какие подвижки внутри ощущались, но очень слабые. Тэ‑эк‑с, вроде докатил… теперь снова на попа, и в нишу затолкать…
– Мля‑а‑а‑а‑у‑а‑а‑у‑а‑а‑а!..
– М‑мать! – подпрыгнул я от неожиданности. – Зигги, задрал пугать! И вообще, изыди, жывотное!
– Мля‑а‑а‑а‑а!.. У‑а‑а‑а!..
Ого! И почему мне кажется, что кошак меня о чём‑то предупредить пытается? Что там, с той стороны кучи, могло такого произойти? И вообще, сам‑то котяра где?!
Ага, вон он, на крыше водительской кабины трака. Замахнул на самую верхотуру, спину выгнул, хвост распушил и орёт благим матом:
– Мля‑у‑а‑у‑а‑у‑а!!! Фш‑ш‑ш‑ш!!!
Так, это «ж‑ж‑ж» неспроста… и дробовика под рукой нет… впрочем, а нахрена он мне? Что‑то такое, с чем можно только ружбайкой управиться, до нашего ангара по определению не доберётся, гораздо раньше на ноль помножат. Разве что‑нибудь тяжёлое прихватить? Не, ничего хоть сколько‑то сподручного рядом нету. Так что хрен с ним.
– Мля‑а‑а‑а‑а‑а!!! – надрывался тем временем Сигизмунд, вздыбив ещё и загривок.
Чёрт, похоже, аккуратнее надо… вот так, осторожненько…
– М‑мать!!! Зигги, откуда это  взялось?! – вздрогнул я, сначала уловив краем глаза непонятное копошение на том месте, где стряхивал плёнку, а потом и полностью сфокусировавшись на…
Да мать мою женщину! Это ж самый натуральный каменный слизняк! Вернее, слизнячок – всего лишь с тапок размером. Но уже вполне себе функциональный: тут тебе и основное тело, и «шерстистые» тентакли, пока ещё неуверенно ощупывающие пространство вокруг. О‑хре‑неть!..
– Мля‑а‑а!!!
– Вижу!
Ага, на голос навёлся… или ещё на что‑то. Например, тепловое излучение. Кто знает, что за органы чувств у этих долбаных монстров?! Я даже когда в поедаемой фуре сидел, ничего такого у его взрослых собратьев не разглядел. А тут, блин… хотя на первый взгляд милота, как и любой мелкий детёныш.
– Мля‑а‑а‑а!
– Да не торгую я лицом! – отрявкнулся я. – Вижу! Вот же ж мать твою!
Надо сказать, для крайне неприятного удивления причина нашлась вполне весомая – прямо у нас на глазах слизёныш принялся втягивать в себя титановые опилки, медленно, но верно прибавляя в размерах. Ну и что с ним делать? Откуда он взялся вопрос в данный момент десятый, тут бы с другой проблемой разобраться… попробовать раздавить? А чего я теряю? Правильно, ничего…
– Да чтоб тебя!
– Ф‑фыр‑ш‑ш‑ш!
– Да понял уже!
Как нетрудно догадаться, попытка механического воздействия тупым твёрдым предметом результата не принесла. По крайней мере, ожидаемого. Когда я попытался придавить слизёныша подошвой, тот сначала вроде бы как сжался, зашуршал недовольно, а потом вдруг раздался в стороны и навалился на мою стопу со всех сторон этаким «шерстистым» носком. Хорошо, бахилы всё ещё на ногах были, так что отделался лёгким испугом. А мелкий слизняк обзавёлся первым в своей жизни трофеем. Который, впрочем, ему ни в одно место не упёрся.
– Зигги, что делать?! Не дай бог в кучу заползёт! Не достанем ведь!
– Мля‑а‑а‑а‑а!!!
– Знаю, что умный, но ничего в голову не приходит! Хотя…
Точно! И Рауль с Ли, и Вова говорили, что слизняка можно электричеством убить. А у меня как раз под рукой вулканизатор, у которого даже провода обрывать не надо – там «крокодильчики». А мощности даже на небольшую электрическую дугу хватит… если, конечно, аккумулятор не издохнет в самый ответственный момент. Ладно, всё равно больше ничего не остаётся…
 
– Зигги, следи за тварью!
– Мля‑ак!
Вулканизатор, вулканизатор… да куда ж я его бросил?! Есть! Нагревательный элемент к дьяволу, мощность на максимум, замкнуть «крокодильчики» напрямую чиркающим движением… ого, сколько искр! Должно хватить…
– Мля‑а‑а‑у‑у‑у‑у!!!
– Иду!
Ага, почти утёк уже под здоровенный обломок пластиковой панели… а вот хрен тебе! Ну‑ка, интересно, ты ток проводишь?..
Как незамедлительно выяснилось, проводит. Вот только на такую мощность не рассчитан. Ампераж я задрал на возможный максимум, и слизёныш при первом же прикосновении «крокодильчиков» уподобился плавкому предохранителю под перегрузом. То бишь попросту начал плавиться от точек контакта к периферии, и довольно быстро.
– О‑фи‑геть!.. Зигги, ты это видишь?!
– Мля‑а‑а‑а!
– Да сам в шоке, блин! Это ж титановые опилки, как так‑то?!
– Ф‑фыр‑ш‑ш‑ш‑с‑с‑с!
– Ага, готов! Вроде бы…
Волна расплавления докатилась до самых кончиков тентаклей, и слизёныш как‑то одномоментно рассыпался в прах. Вот только что действовал, как единый организм, и вдруг он уже кучка опилок с характерным контуром. А ещё… такое ощущение, что с этих самых опилок что‑то испаряется…
– Зигги, как думаешь, готов?
– Мля‑а‑а‑у!
– Ну да, этим тварям доверять нельзя… давай‑ка подождём… оп‑па, опять лезет! Да ну нафиг!!!
Опилки в середине кучки праха и впрямь снова зашевелились, и я получил уникальную возможность наблюдать процесс… ну, пусть будет самозарождения каменного слизня. И знаете, что самое любопытное? На миг мне показалось, что несколько опилок блеснули «нефтяной» плёнкой…
На этот раз я точно знал, что делать, и до крайности доводить ситуацию не стал, снова воспользовавшись раскуроченным вулканизатором не по назначению. А потом, буквально через пару минут, ещё раз. К счастью, последний. Да и слизёныш получился совсем мелкий, с таракана. Не «пруссака», конечно, а мадагаскарского, в пол‑ладони размером.
– Ф‑фух! – облегчённо выдохнул я, смахнув пот со лба. – Справились, а, Зигги?
Кот, к моему удивлению, спрыгнул с крыши трака и принялся тереться башкой о мою штанину:
– Пр‑р‑р‑р… фр‑р‑р‑р…
– Верил в меня, говоришь? Ну, спасибо!..
– Мля‑а‑а!
– О да, я такой! Ладно, Сигизмунд, нервы нервами, а время тянуть не… оп‑па! А это что такое?
Видимо, посмотрел под нужным углом, потому и заметил изменение цвета титановой болванки – едва различимое, но вполне реальное. У меня на это дело глаз намётанный, за последние месяцы я с титаном и его сплавами столько работал, что теперь мог по цвету примерный состав определить… за исключением данного конкретного обрезка круглой в поперечном сечении болванки. Любопытно… а с другими обломками как дело обстоит? Да ладно!..
– Зигги, бди!
– Мля‑а‑а?..
– Сейчас вернусь, пакеты для образцов нужны!..
И хрен с ним, с Игараси – опоздаю, значит, опоздаю. Тут такое намечается, что мама не горюй!..
Мэйнпорт, 10.08.23 г. ООК, вечер 
– Привет, Профессор! – от души хлопнул меня по плечу Вова. – Что‑то ты сегодня раненько! Обычно это я тебя в баре встречаю!
– Всё когда‑нибудь случается в первый раз, – страдальчески сморщился я.
– Эй, а чего это тебя так перекосило?! – изумился напарник. – Как правило, ты рад меня видеть…
– Не обращай внимания, плечо потянул, – отмахнулся я.
– Ого! – Вова устроился на своём любимом месте, то есть лицом к входу, немного поёрзал и запустил загребущую лапу в тарелку с чесночными сухариками: – Пивас ещё не заказывал?
– Тебе – нет.
– А сам, гляжу, уже кружечку прикончил? И не стыдно?
– Ничуть. Это анестезия.
– Фига себе! Ну‑ка, выкладывай: опять на Зика с компашкой нарвался?
– Нет, на Игараси. Опоздал позавчера на тренировку, вот он и лютовал.