Концессия. Дилогия (СИ)

Впрочем, с этой задачей я справился за считанные мгновения – к чему куда‑то тащиться, если прямо здесь, в нескольких шагах от трака, красуется здоровенная куча разнокалиберного мусора? Тут тебе и корпусные детали из пластика, и части подвески, и арматура… всё, вплоть до металлических опилок и стружки. Ну да, точно. Это же наше стандартное место для сборки отходов из мастерской металлообработки, то есть моей вотчины. Я даже собственноручно сюда пару раз таскал опилки из мусоросборника трехкоординатного станка с ЧПУ. И не думаю, что тот же Люпе, которому чаще всего и приходилось прибираться в мастерской, ходил куда‑то ещё. В общем, норм местечко. И даже удобная ниша есть, под аркой из пары листов обшивки и остатков несущей рамы трака. Можно будет туда бочку засунуть, прикрыть той же самой рогожкой да сверху мусора накидать…
С подготовкой остальных материалов и принадлежностей справился минут за двадцать – пока в кладовку с электрическим хламом наведался, пока аккумулятор для вулканизатора подыскал… ну и прочее в том же духе. В химлаборатории всё оказалось ещё проще – доступ есть, примерное расположение знаю, бутылёчки вместе с запаивающей приблудой нашёл без проблем, да и бахилы с респиратором тоже. Дольше возился с одноразовыми перчатками и «пончо», но это уже непосредственно на месте действия, после того, как расстелил плёнку и перетащил на неё бочку.
Отступил чуток назад, полюбовался на незамысловатую тару в мусорном ореоле, и довольно ухмыльнулся: пока всё строго по плану. Даже если сколько‑то и расплещу, ничего страшного, всё равно на плёнку попадёт. А с неё в крайнем случае и просто стряхнуть можно, пусть «мускус» в пол впитывается, не жалко. Главное, чтобы он в бочке не под давлением был… что сильно вряд ли.
Ну что, начнём, благословясь?..
– Мля‑а‑а‑а‑у‑у‑у! Пр‑р‑р‑фр‑р‑р…
– Зигги, мать твою кошку! – аж подпрыгнул я от неожиданности. – Ты чего здесь?!
– Мля‑а‑а!..
– Выпустить забыли?! Ух они нам! – посочувствовал я котяре. – Погоди немного, с делами разгребусь и выпущу.
– Мля‑а‑а?..
– Сейчас занят, уж извини, браток! – развёл я руками. – И это, под ногами не путайся пока.
– Мля‑а‑а.
– Вот‑вот, а лучше вообще на трак запрыгни!
– Мля‑а‑а‑а‑а!!!
– Вот представь себе, не офигел! Ну‑ка, пулей!
– Мля‑а…
– Вот там и сиди! Смотреть можно!
Ф‑фух, вроде с этой проблемой разобрался. Но каков Сигизмунд! Мне иногда кажется, что он это специально. Приколы у него такие. Шуточки. Но, надо отдать кошаку должное, если я действительно был чем‑то занят, под руку он не лез. Различал, где хиханьки‑хаханьки, а где реальная опасность.
– Тэ‑э‑эк‑с, есть контакт… больше не меньше, не плавится, и ладно…
Импровизированное «шило», а на деле щуп от термодатчика, нагрелся за считанные мгновения, хоть я, признаться, и сомневался в этом. Всё же и сила тока не та, и напряжение не самое большое, да и материал щупа довольно теплоёмкий… тут впору было задуматься об индукционном нагреве. Но нет, и вулканизатора хватило, главное, что «крокодильчики» удачно подцепил. Хотя держать неудобно, да. Пришлось плоскогубцы из мультитула заюзать. Ну а дальше дело техники: встать сбоку, чтобы в случае чего струя стороной прошла, и недрогнувшей рукой вонзить раскалённое «шило» в пластик…
Уж не знаю, почему, но мне казалось, что стенка у бочки должна быть довольно толстой – с сантиметр как минимум. Но, судя по той лёгкости, с какой моё импровизированное «шило» проткнуло её насквозь, там в лучшем случае миллиметра три, если не меньше. Странно, конечно, почему тогда стенки не «играли» при нажатиях… наверное, пластик достаточно твёрдый. Не суть. Главное, что получилось. Ну и ещё один нюанс: то, что стенка пробита, я понял по еле заметными струйкам чего‑то… чего‑то, в общем. Какое‑то вещество, некая субстанция, и впрямь весьма похожая на радужную нефтяную плёнку на поверхности воды, если смотреть под определённым углом. И, что самое характерное, эти струйки протянулись до полиэтиленовой подложки за какие‑то пару мгновений, пока я данным феноменом любовался. Мало того, ещё и лужица под бочкой начала разрастаться весьма быстрыми темпами… хм, пожалуй, нечего ворон ловить, тут надо действовать максимально шустро, почти как при ловле мелких насекомых.
 
Собственно, так я и поступил – подставил под «шило» бутылёк и решительно выдернул раскалённый стержень из отверстия в бочке. Как и следовало ожидать, в первый момент хлестанула струйка, почти как из пробитой артерии, но очень быстро напор ослабел, и мне удалось перенаправить струю в мелкую тару. Относительно мелкую, конечно же – я выбрал бутыли на четверть литра, то есть самые ёмкие из доступных. Числом три, ага. Можно было бы и четыре, но… пока суть да дело, ещё примерно с четверть литра уйдёт в потери с утечками. Так что лучше не рисковать. Недостачу одного литра можно списать на погрешности при заполнении бочки, а вот больше уже труднее будет объяснить. Так что не зарываемся, дорогой товарищ Олег, не зарываемся. И новый бутылёк подставляем как можно быстрее, да. Теперь последний… есть! Ф‑фух, можно и прикрывать лавочку…
Полипропиленовый стерженёк и впрямь сел в отверстие, как влитой, превратив довольно тугую струю в пару тянущихся по стенке «ниточек». И расплавился очень быстро, как я и предполагал, стоило только приложить к тугому боку тары нагреватель вулканизатора. Основная проблема тут не передержать, чтобы вместо маленькой аккуратной дырочки не получить здоровенную оплавленную дырень. Но и с этой задачей я справился, сориентировавшись по тем самым «ниточкам» – как только те прервались, так и убрал приблуду. Визуальный контроль показал, что протечки и впрямь прекратились – об этом свидетельствовали «обрезанные» концы «ниточек», скатившиеся по стенке в лужицу на подстилке. Вырубив вулканизатор, я столь же оперативно запаял все три бутылька, убедился в их герметичности, перевернув горлышками вниз, и с огромным облегчением попятился от бочки, уже через пару шагов сойдя с полиэтиленовой плёнки.
Добычу вместе с вулканизатором я держал в охапке, а потому волей‑неволей смотрел вниз, под ноги. И только лишь по этой причине успел заметить, как мельчайшие капельки «мускуса», скопившиеся на бахилах, скатились по складкам на пол… и моментально впитались и в напольное покрытие, и в случайно оказавшиеся на их пути металлические опилки. Хм… очень интересно. Понятно, что толком не рассмотрел, слишком уж всё мелкое, но… у меня же есть здоровенный кусок плёнки с обширной лужей «мускуса». Хотя куда правильнее будет назвать лужу вторым слоем той же плёнки, настолько она тонкая.
Ладно, сначала нужно позаботиться о добыче, а потом уж буду думать об экспериментах. Окрылённый этой мыслью, я в темпе вальса смотался к траку, засунул бутыльки  в багажную нишу под сиденьем пассажирской кабины – вряд ли здесь кто‑то додумается искать, слишком уж очевидный ход – да и вернулся к бочке. Вообще, с нычкой я решил не извращаться, по той простой причине, что никто пока не в курсе нашего приключения. А раз никто не знает, что у нас есть крупная партия «мускуса», то никто и с обыском не нагрянет. Кроме, разве что, Зика с напарником. Но этих второй раз в ангар уже не пустят, бригадир Хесус не дурак повторно на одни и те же грабли наступать. Так что и напрягаться лишний раз ни к чему. Плюс мне уже бежать пора… вот сейчас, как и предполагал, затолкаю бочку в кучу мусора, плёнку сверху накину, и давай бог ноги. Даже домой забегать не стану, в додзё есть всё необходимое для тренировки.
План надёж… э‑э‑э, кх‑м… ну, вы поняли. Не стал даже заморачиваться со сбруей, поскольку на её изготовление уйдёт больше времени, чем на кантование вручную. Тут всего и надо‑то, что повалить бочку на бок да аккуратно докатить до места назначения. Разве что плёнку предварительно стряхнуть, чтобы не палить нычку. Так, собственно, и поступил – даже не озаботившись заваливанием тары, прямо как была, на днище, сдвинул в сторону, освободив тем самым подложку, да так и оставил стоять. А вот с плёнкой повозился: и целиком стряхнул, не сворачивая, и потом ещё, аккуратно сложив стопочкой, подержал на весу, чтобы весь «мускус» до последней капли стёк на пол. А поскольку просто так стоять и ждать было скучно, попытался изобразить сначала тонкой струйкой, а потом и каплями нечто вроде буддийской мандалы. Причём действовал с размахом – окропил и пол, и слой опилок, и даже какие‑то куски арматуры и титановых болванок. При этом не уставал удивляться, насколько быстро «мускус» впитывался в любую поверхность… ну, практически любую. Пластик он не особо жаловал, хотя и здесь можно было выделить целую градацию: в какие‑то куски пластмассы он въедался, на каких‑то задерживался на несколько секунд, а потом скатывался на пол, а на каких‑то – вернее, одном конкретном – так с скопился лужицей. Пришлось ловким пинком перевернуть неподатливый обломок, дабы не оставить улик.