Всё, что нужно для счастья (СИ)
- Хочешь, я ещё поищу?
- Где? Ночь на дворе, - начало десятого. И не темно вовсе, но я, похоже, сдалась. Реалистка же: их в городе-то месяцами ищут, каждый фонарный столб завешивая объявлениями, а тут глушь. Волки, козлы да шмели... - Всё, Макс, больше я своего пса не увижу.
Попал ко мне и даже до года не дотянул. Ногти ему так стричь и не научилась, чесать забывала, к собственному месту так и не приучила, хорошо хоть голодом не морила. Вот и с Сонькой так будет, увидите. Сама она, конечно, вряд ли сбежит, но если говорить начистоту я ничем Некрасова не лучше. Как я сказала? Ни хрена хорошего ей не дам.
- Я позвоню Новикову, - Максим лезет в карман и достаёт мобильный, а я понять не могу о ком речь идёт. - Однокласснику. Скажу, что приехать не смогу. Задержимся здесь на пару дней, найдём твоего Барбоса и уже тогда поедем дальше.
Вот оно как... Неужели и правда сделает?
- Не надо, - накрываю его руку своей и, слабо улыбнувшись, заглядываю в глаза. Устал он, и от дороги, и от Сонькиной болтовни, и от моего лая. Кажется, даже постарел, хотя всего-то тридцатка.
- Спасибо, Макс, но ничего отменять не нужно. Я хочу Соню матери вернуть. Она хоть и гулёна, но явно лучше меня. А пёс... Оставлю свой номер Галине. Если Макс объявится Петя с Ваней его пока у себя подержат.
Они мальчишки хорошие. Шебутные, драчливые, но под конец наших поисков так по-мужски меня утешали. Как Некрасов сейчас, разве что не так смело обнимали за плечи.
- Так что едем уже, нечего зря время терять, - хочу встать, но тяжёлая рука пригвождает меня к месту, силой удерживая мою голову на своей груди. Он устраивает свой подбородок на моей макушке и ласково поглаживает предплечье, заставляя разомлеть от такой неожиданной нежности.
- Ничего страшного не случится, если мы здесь заночуем. Сонька уже зевает, а сидя в кресле не отдохнёшь.
- Так, а спать где?
- У нас! - мы с Некрасовым вздрагиваем, осознав, что всё это время были здесь не одни, и синхронно поворачиваемся, едва не ударяясь лбами. - Галка вам в сарайке постелила. На сене спать будете, романтика! Только чтоб не курить, а то спалите мне амбар к чертям, и потом поминай как вас звали.
- Так мы не курим, - первым отмирает мой бывший муж и уже с благодарностью пожимает натруженную ладонь. - Спасибо, Антип Петрович. Я в долгу не останусь.
- Так, конечно, не останешься, у меня же тут не ночлежка для бездомных. И ты это, тачку то свою лучше сюда пригони, а то бросил прям у дороги. У нас тут дураков хватает - на гайки её разберут. А ты девка сопли утри. Развела тут мокроту!
Долго уговаривать Макса не приходится. Он провожает нас с Сонькой до сельской "гостиницы" и скрывается с глаз, оставляя в одиночку бороться с комарами. Безуспешно, надо сказать. Их всех мы не переловим даже к утру, а судя по надоедливому писку, оно для нас настанет нескоро. Да и как тут уснёшь на сухой траве?
- Я вам постельное принесла. Нужно одеяло бросить, а то солома будет бока колоть. Сонечка, а тебе я с Алёнкой постелила. Ничего же, если ваша девочка с внучкой моей переночует? - Галина Антоновна, как сказочная фея, появляется из ниоткуда и передаёт мне тяжёлую стопку белых простыней, как-то уж слишком странно на меня поглядывая.
Быть может, если бы судьба пса не занимала все мои мысли, я бы даже насторожилась, но станете вы уделять внимание таким мелочам, когда вашего верного хвостатого товарища, возможно, прямо сейчас доедает стая волков?
Киваю на её предложение, ведь в доме насекомых наверняка в разы меньше, и помогаю добродушной хозяйке бросить нам вместо матраса местами прохудившееся одеяло. Ну вот, жизнь всё же заставила меня ещё раз оказаться с Некрасовым в одной постели!
- Сын мой, Толька, частенько здесь с невесткой ночуют. Они сами в городе живут, час езды на машине. И вот, почти каждое лето у нас. Вы-то сами откуда? - женщина замирает, ухватив наволочку за уголки, и, услышав название города, вновь возвращается к делу. Лихо её натягивает и метко бросает нарядную подушку к "изголовью" кровати из сена. - Нет, не слышала никогда. Я ж дальше нашей деревни нигде и не была. Здесь родилась, здесь и помру.
Как мой Макс... Он вот тоже найдёт здесь свою смерть. Если, конечно, его не приютит кто-то из местных, не устояв перед тоскливым взглядом миндалевидных глаз. А они кого угодно могут обаять.
- А муж у вас какой понимающий, - я беззвучно оплакиваю свою животину, а моя новая знакомая никак не замолчит. Уже и постель расстелена, откуда-то сверху теперь свисает импровизированный балдахин из жёлтой марли, а на одном из перевёрнутых пустых ящиков дымится спирать от комаров. Разве не время уходить?
- Чудо, а не мужчина, - нет же, лучше всякую ерунду городить! - Мой ни в жизнь не пошёл бы в лес собаку искать. Кота бедного и того грозится в тазу утопить - он ему вечно в тапки сыт.
- А так и не скажешь... О Борьке Антип Петрович хорошо заботится, - материт, конечно, но кто в наше время этим не грешит?
- Так это и понятно: Борька у нас кормилец. К нам вся деревня своих коз на случку приводит. Деньги, конечно, смешные, зато и своё стадо постепенно растёт. Уже четыре козочки у меня. Утром вас молочком угощу.
Бывает же... Тощий, грязный, еле держится на своих тонких ножках, а, оказывается, первый парень на деревне. Я выдавливаю из себя улыбку, и принимаюсь молиться, чтобы Галина Антоновна поскорее вспомнила о внуках. Я полежать хочу. И немного пореветь, пока Некрасов не вернулся.
- Ты, деточка, не смейся, но сарайчик этот не простой, - а вот стоит старушке промолвить подобную глупость, усталость с меня тут же слетает. Распахиваю глаза, теперь не на шутку взволновавшись, что доверила этой милой женщине Веркину дочку, и даже делаю шаг назад. К двери, ведущей подальше от этого "непростого" амбара. - Всех моих внучат тут заделали. Вот и вы с мужем время зря не теряйте. С племянницей нянчится это, конечно, хорошо, да и против собак я ничего не имею, но в твоём возрасте и о своих подумать нужно...
Что за бред? С чего она, вообще, решила, что мне это необходимо?
- Да не красней ты, дело-то молодое. И так на меня не смотри: не первая ты с такой проблемой ко мне приезжаешь. И всем я помогаю: травки завариваю, заговоры шепчу, советую к озеру прогуляться. Оно у нас тоже, знаешь ли...
- Волшебное? - насмешливо выгибаю бровь, а Галина Антоновна хмурится. Интересно, почему? Сама несёт какую-то ересь, а на меня смотрит, как на дуру!
- Не веришь, значит? Дело твоё. Я же как лучше хотела.
Знаю я таких вот старушек. Их хлебом не корми, дай прочитать лекцию о продолжении рода! А надо мне это или нет - дело последнее. Зыркает чёрными глазами, кусая обведённую морщинами губу, и наверняка думает про себя: до чего бесполезная баба! Может, поэтому Толька её и умотал с женой в столицу? Она небось их насильно в этом амбаре запирает, пока очередного внучка не заделают.
- Ладно, пойду я. Ребятам ещё чайку заварю, на травках, чтоб спалось лучше, - бросает мне напоследок Галина Антоновна, а меня так и подмывает её обогнать и утащить Соньку подальше. Похоже, первое впечатление обманчиво... Делаю несколько шагов вслед за этой странной личностью, а старушка бросает через спину.
- Да не бойся ты так. Всё с твоей племянницей будет хорошо, отдохнёте и завтра дальше поедете.
Я б поспорила... Но сил нет.
Не знаю, правда ли эта Галина Антоновна местная ведьма, но на одном обмане я её всё же поймала: от брошенного на стог одеяла никакого толку. Верчусь уже минут двадцать, в надежде, что эта чёртова солома примнётся и перестанет колоть мне ляжки, а ей хоть бы что. Может, на пол перелечь? И плевать, что комары загрызут...
- Не спишь? - Макс отодвигает полог и плюхается рядом, теперь устало растирая лицо ладонями. Его вот, похоже, колючки мало заботят. - Сонька где?
- В доме. Хотя я уже жалею, что позволила ей там ночевать, - и сама переворачиваюсь на спину, с удивлением отмечая, что спустя четверть часа всё же смогла нормально улечься, и делюсь с ним своим открытием. - Странные они, хоть убей.