Всё, что нужно для счастья (СИ)
- Ну, Вася! Я думал серьёзное что-то! - у меня сердце от ужаса сбивается с ритма, а он с облегчением выдыхает! Ещё и глаза закатывает, словно найти пса в этой чаще плёвое дело!
- А что, по-твоему, это ерунда? Я говорю: МОЙ ПЁС УБЕЖАЛ!
- Да куда он денется? Наверняка прыгает где-то поблизос...
- Поблизости? - перебиваю, запуская трясущиеся пальцы в волосы, и присаживаюсь на корточки, боясь свалиться замертво. - Джеки - охотничья порода! Да его при всём желании не догонишь! А тут ещё трасса...
Вот и пришло время разреветься. В голос, и в перерывах между всхлипами, как попугай, повторять собачью кличку. Я безответственная! Меня к живым существам на пушечный выстрел подпускать нельзя...
- Кончай уже ныть! Искать нужно, пока он в самую глубь леса не убежал. Сонька, хватай свою тётку и идите в сторону деревни, а я пока тут поищу.
Где "тут" я даже не спрашиваю. Не дожидаясь, пока послушная малышка коснётся моего плеча, срываюсь с места и, подгоняя её, иду к мужику, до сих пор не поборовшему упёртое животное. Здесь же люди живут, может, кто-то видел моего терьера? Он же миниатюрный, породный - такие в сельских глубинках редкость.
- Здравствуйте, - торможу рядом с сухоньким стариком, а он от неожиданности на месте подскакивает. Хватается за сердце и хмурит кустистые брови.
- Ну, здрасьте. Вы, что ли, орали?
- Я, - киваю и принимаюсь махать на козла, отчего он тут же пятится к своему владельцу. Не дурак, чувствует, что я дама нервная, а уж в нынешних обстоятельствах и вовсе прибить могу. - У меня пёс убежал. Вы, случайно, не видели? Он небольшой, белый с рыжими пятнами...
- Белый? Нет, не видел. Я тут уже минут пять с Борькой воюю. Мёдом ему, что ли, здесь намазано? - мужичок поправляет восьмиклинку на голове и разворачивается на пятках, довольный, что наевшийся до отвала Боря, наконец, созрел, чтобы вернуться в отчий дом. - Может, в деревню подался? Куру или порося унюхал... У нас тут у каждого своё хозяйство.
- Может, - подталкиваю Соньку, и вместе с ней плетусь за местным жителем. А то, чего доброго, и сама потеряюсь - я и не на такое способна. - А можно мы с вами пойдём? Боюсь дорогу не найти...
- А чего тут искать, вон тропинка. Но коли такая пугливая, шуруй за мной. Борька смотрю тебя побаивается... Ты из Денисовки, что ли?
- Нет, - вступает Сонька, теперь поравнявшись с козлом и периодически поглаживая его по спине. - Мы с папой и тётей Васей в Москву едем. Я в туалет захотела, вот и остановились. А пёс - бац, и смылся от нас. Наверное за зайцем погнался!
- А почему нет? У нас этого добра навалом. Рыба вяленная, кстати, не интересует? Или сало домашнее? Я обычно в город на продажу вожу, но вам со скидкой свежак продам.
- Фу, рыба... - Сонька кривится.
- Не откажусь, - быстро киваю я, разглядывая окружающую нас природу. - Можно и без скидки, вы только помогите мне собаку найти. Вы же в деревне наверняка всех знаете.
- А то. Седьмой десяток разменял. Я не то что людей, я каждую шавку ещё щенком помню. Их, кстати, у нас здесь немало, так что поторопись, пока они твою болонку первыми не нашли. Разорвут...
Какой чуткий, однако, мужчина! Я, мазнув, ладошкой по щеке стираю слезу, а он плоский живот почёсывает и философствует:
- Животное оно всегда на волю рвётся. Вон на Борьку моего посмотри - вроде козёл, бестолковый, а всё в поле бежит. А почему? Потому что вольный воздух опьянеет! В прошлом году у меня так баран помер: жена ворота не закрыла он и побрел в сторону леса...
- Потерялся?
- Волки задрали. Их у нас нет-нет, да тоже встретить можно...
Так и идём: я беззвучно оплакиваю пса, а он травит деревенские байки. Когда доходим до его избушки я близка к сердечному приступу... Зато Соня не робеет и вслед за нашим провожатым проходит за скрипучую калитку. Наверное, это уж слишком нагло с нашей стороны, но я кроме этого деда и его четвероногого друга больше никого здесь не знаю.
- Да не робей, заходи, коли уж увязалась. Я сейчас своих оболтусов позову. Петька! - орёт на весь двор и серая кошка, пригревшаяся на ступеньках от ужаса распушает хвост. - Мать, где наши головорезы? Тут одной дамочке помощь нужна!
Мать в ситцевом жёлтом переднике тут же высовывает голову из летней кухни. С интересом осматривает нас с ребёнком и протерев руки, тянет свою сморщенную ладонь для приветствия.
- Здравствуйте! Галина Антоновна.
- Вася, - мне бы улыбнуться, но я впервые столкнулась с такой потерей. Уже и любимые туфли, не жаль (а Макс их разорвал в клочья), ни круглую сумму, что я отдала заводчику за этого оболтуса. Жаль лишь его, ведь в лесной части любимый холистик ему никто не насыпет, не почешет за ухом и не обработает от клещей. А их здесь наверняка немало... - А это Соня, моя племянница. Мы здесь проездом...
- Голодные поди? У меня борщ как раз закипает! - слышу и дёргаю Соньку за хвостик прежде, чем она успевает фыркнуть. Негоже это отказывать радушным хозяевам! Старик уже вон своих головорезов из дома вытащил. Одного за ухо (ему лет двенадцать) , другого за ворот рубашки ( он лет восьми отраду). Стоят теперь, разглядывая нас зелёными глазами, и конопатые носы морщат.
- Вот тебе девка два обалдуя в помощь. Внуки мои. Сын с невесткой в Столицу на заработки подались, так мы их теперь с Галкой рОстим. Они тебе что угодно найдут.
Правда? Потому что доверия этот пионеротряд не внушает. Сонька и та напряглась, когда старший смачно так на землю харкнул.
- Чё искать-то?
- Дворнягу, - опережает меня хозяин и, наконец, отпускает бедолаг. А они и рады, тут же принимаются друг друга локтями пихать. - Щас вам задницы надеру! Бегом обулись и пошли по деревне, вдруг видел кто?
- А что нам за это будет?
Господи, да что угодно! У меня с собой налички не больше тысячи, но если понадобится, у Некрасова перезайму. Только хочу посулить им богатство, как Галина Ивановна с укоризной бросает в рыжие моськи.
- Ну что за негодники! Девушка друга потеряла, места себе не находит, а они торгуются! Делайте как дед велит, а то я сама вас ремнём отхожу! А вы, Василиса, давайте к столу проходите. Устали -поди?
- Немного, - и вовсе не от дороги, а от запустившего в меня свои щупальца страха. - Но я бы лучше с мальчишками пошла. Можно, Соня пока у вас побудет?
Ведь женщина вроде приятная. Один в один баба Зоя, и пахнет от неё так же - сдобой. Она не перечит, сообщая, что с минуты на минуту их младшая внучка проснётся, и ведёт Веркину дочь к умывальнику. А я за местными сыщиками еле поспеваю.
- Что за пёс хоть? Чихуахуа? - они ржут, как кони, а я гадаю: что за стереотипы? Если блондинка, то обязательно держит мочалку вместо собаки?
- Джек Рассел терьер, - и чтоб точно поняли, - как в фильме "Маска".
- Мы такой фильм не смотрели!
Ну точно! Мелкие же совсем... Да я и сама грешна - тридцатка, а только от прохожих об этой комедии и слышала. Хорошо хоть на телефоне полно его фоток, детей же нет, кого ещё снимать? Сую мальчишкам свой смартфон и пока они обсуждают Макса гадаю: нашёл его Некрасов или нет? Тут домов двадцать, пока все обойдём солнце сядет.
Всё. Больше я не думаю ни о Верке, ни о бабе Зое, которая могла бы пролить свет на её исчезновение. Даже ответственность за Сонькину жизнь больше меня не тяготить. Ей весь вечер Галина Антоновна занимается: и обедом накормила, и ужином, и вместе с Алёнкой (семилетней девчушкой) ещё и в бане попарила. У племянницы до сих пор щеки красные.
- Ладно, не раскисай, - Некрасов садится рядом со мной на ступеньки, ведущие в ухоженный домик, и закидывает руку на мои плечи. Ещё утром я бы воспротивилась, а сейчас настолько устала, что просто устраиваю щеку на его груди. Так теплее. Я три часа слонялась по деревне, пугая старожилов своими криками. Их сторожевые псы лаяли, а мой наверняка уже где-то далеко.