Развод со зверем (СИ)

— Ладно.
— Кстати, еду в город. Могу я тебя подвезти?
— Нет, спасибо, — я глянула на часы и вернула взгляд на Азизова. — Успеваю на автобус.
Алан выглядел, как кот, обожравшийся сметаной — морда довольная, и ничуть ему не стыдно. Нет, как руководителя Азизова можно понять. Но мне это не нужно. Куда же я так влипла, что теперь не выпутаться? Черт…
  
28
 
***
— Отличное вино, — улыбнулась Оксана, выуживая бутылку из пакета. — Еще не забыл, какое я люблю…
Я поморщился, глядя на город. Вид отсюда был захватывающий. Оксана жила в одной из башен Москва-Сити и любила высоту. Я смутно помнил, что квартира досталась ей от одного из бывших мужей, но никогда не интересовался подробностями ее личной жизни. Несколько ночей, проведенных вместе, на давали мне повода, да и не было никакого желания. А вот у Оксаны желания были…
Мы познакомились, когда я оперировал в одной из ее клиник. Она мне нравилась, как умная и принципиальная бизнес-леди. Под ее руководством было спокойно работать, а передовые технологии, которые она постоянно внедряла, обеспечили меня хорошим опытом. После нее мне было несложно устроиться в Канаде.
В ее клинике я и встретил когда-то Лизу — молодого талантливого ординатора, а потом и успешного кардиохирурга…
...с фатальной патологией сердца. 
— Ярослав, я слышала о Лизе. И о твоем брате. Соболезную.
Я обернулся к Оксане. Она стояла в шаге и протягивала мне бокал. Одета по-домашнему в спортивный костюм, будто и не собиралась меня соблазнять. Светлые волосы собраны в небрежный хвост на макушке… Помнит все мои слабости.
— Мы никуда не идем? — невинно поинтересовался я.
— Ты же не любишь никуда выходить. Поэтому я заказала ужин домой.
Я усмехнулся и взял бокал:
— Спасибо.
Оксана улыбнулась.
— Шикарно выглядишь несмотря ни на что, — улыбнулась она и направилась в зону кухни.
Я последовал за ней:
— Расскажи, как дела.
— В той части, которая будет интересна тебе — хочу тебя к себе в новый филиал грудной хирургии за любые деньги.
— А в другой части? — усмехнулся я, усаживаясь за барную стойку.
— Князев, — обернулась она от шкафа, — на тебя сейчас накинутся все, кто узнает о твоем возвращении. Это раз. А второе — я знаю, что Азизов с Суржевым связали тебя договором за донорское сердце вне очереди для Лизы.
Повисла тишина, в которой я озаботился тем, чтобы разжать пальцы, пока не раскрошил ими тонкую ножку бокала.
— От злости ничего не изменится, — на удивление ровно отозвался я.
— Я могу разорвать договор, — серьезно заявила она. — Любой. Только скажи, и я помогу тебе. И нет, мне ничего не нужно взамен. Я просто хочу воздать этим козлам, которые были когда-то твоими друзьями.
С моих губ сорвался восхищенный смешок, и я поднял бокал:
— За тебя.
— Князев, — закатила она глаза и направилась к стойке, — ты же знаешь, что я серьезно.
— Знаю.
— Почему же позволяешь им так поступать с тобой?
— Потому что мне дерьмово, Оксана. Очень. Я ни капли не оправился от потери. И у меня нет желания думать о жизни, которую ты предлагаешь. Как-то так.
Она вздохнула, сложив руки на стойке передо мной, и захотелось потянуться к ее ладоням и накрыть своими в знак благодарности и чего-то еще важного, что когда-то было между нами. Я не чувствовал себя сегодня одиноким, но надежд решил не давать. Ни себе, ни ей. 
— Ладно, — кивнула она. — Но просто знай, что одно твое слово, и я встану Азизову поперек горла.
— Я подумаю об этом, — улыбнулся я ей.
Ее взгляд наполнился сочувствием. Может, это именно то, что мне было нужно сейчас? Но зверь нервно дернулся внутри, и я сделал большой глоток вина.
— Слушай, а для другого талантливого кардиохирурга у тебя не найдется вакансии?
— М? — склонила она голову заинтересовано. — Если ты рекомендуешь, то оторву с руками и ногами. Твое здоровье.
Она стукнула своим бокалом о мой, и я, наконец, почувствовал, что меня немного отпустило. А, может, это новое предложение для Лары так подняло настроение? Ну не дура же Моль продолжать работать с таким деспотом, как я, если ей предложить стоящий вариант. Может, это тот самый шанс, чтобы спровадить ее по хорошему? 
  
— Азизов нанял мне ассистентку. Безупречный послужной, и в операционной она очень хороша… — Наверное, я слишком затянул с паузой, мысленно погружаясь в захватывающие моменты сегодняшней операции. По крайней мере, Оксана уже загадочно кривила губы, когда я опомнился и продолжил: — Но люди сломали ей карьеру за то, что не прогнулась под какого-то похотливого козла. Оклеветали, выдали черную метку, и теперь она работает консультирующим врачом где-то…
— Я так понимаю, не хочешь, чтобы Азизов ее утилизировал, как многих других, — покачала она головой, поморщившись. — Возьму, конечно.
  
29
 
— Документы, адаптация — все предоставлю. Адаптировать ее желательно, потому что клиентов среди других рас в моих клиниках достаточно. А вот крутых врачей по эту сторону не хватает.
— Без адаптации, — отрицательно покачал я головой. — Я бы не хотел испытывать ее на прочность.
— Хорошо, поняла, — понимающе кивнула она.
— Спасибо.
Когда доставили еду, Оксана накрыла на стол, не позволив мне помочь.
— Я знаю, Князев, что вы — очень крепкие мужики, — расставляла она тарелки на стол, — но бьюсь об заклад, тебя сейчас некому ни ужином накормить, ни даже встретить дома из пекла. Поэтому сядь и отдыхай. Расслабься. Выпей еще вина.
Она включила приятную музыку и приглушенную подсветку, погрузившую гостиную в полумрак. Мне он не мешал, а Оксана, видимо, привыкла после замужества за оборотнем. Она не спеша рассказывала мне о том, что изменилось после моего отъезда из страны — кто и где теперь заправляет, какие клиники закрылись, а какие наоборот расширились, кого поддерживают Высшие, а кто и сам крутится без проблем.
— С Азизовым многие не желают общаться, — многозначительно подчеркнула она.
Звучало, конечно, так себе. Значило ли это, что и со мной потом не будут работать? А мне было дело? Пока что нет. Я мог уехать заграницу после окончания контракта. Если меня не порвет медведь на предстоявшей операции…
— Ты не хуже меня знаешь, что на месте Азизова мечтают быть многие, — заметил я с усмешкой.
— К сожалению. Но все же — он настолько беспринципно ведет свой кровавый бизнес, что мне даже думать страшно о том, что там происходит. А ты будь осторожен.
— Буду. И еще я буду кофе.
Оксана вздохнула и направилась к кофеварке, а я проследил за ней, беззастенчиво рассматривая ее изгибы. Она тоже невысокая, но фигура у нее более сочная, тело мягкое, податливое. И вся она соткана из дипломатических договоренностей и компромиссов. А Лара… она не просто хорошо бьет, она еще и упругая вся и крепкая… Что? О чем я думаю? Сравниваю Оксану с Ларой? Я моргнул, хмурясь, и отвел взгляд. Стоило расслабиться, и в голову уже пробрались звериные инстинкты.
— Расскажи, как твои племянники? — обернулась Оксана от кофеварки. — Кстати, очень жаль, что Игорь работает только на людей…
— Да, он в этом вопросе принципиален. — И я снова пригубил вина. — Хорошо у них все. Андрей вырастил прекрасных сыновей.
— Я знаю, что тебе пришлось делать пересадку его сердца. — Она поставила передо мной чашку и села за стол, изучающе глядя мне в лицо. — Тебе досталось... Но ты этого не заслуживаешь, Яр.
— Все ты обо мне знаешь, — грустно улыбнулся я, ощущая себя вновь пустым до глухого звона в голосе.
— Ты мне дорог, — обворожительно улыбнулась Оксана, но я ей не ответил на улыбку. И она поняла все правильно. — Ярослав, я…
— Прости, — вставил я смущенно.
— Я не собиралась тащить тебя в постель, успокойся. Ты мне дорог. И ты мне ничего за это не должен. Понял?