Безумный

— Эм, это прозвучит странно, но кто-нибудь оставил здесь что-нибудь для меня?
— Вы Лукас? — спросила она с надеждой в голосе. Он кивнул. — Это оставили для вас.
Он нахмурился в замешательстве, когда она протянула ему крошечный контейнер, в котором лежали наушники Августа. Когда он обхватил его рукой, его охватила волна тепла. Они стояли в старой квартире Лукаса. Август рассказывает ему, почему он не носит наушники рядом с ним.
«Я хочу запомнить все, что ты мне скажешь»
Они вместе ложатся в постель, вместе встают, вместе обнимаются после этого.
— Это тоже для вас.
Лукас моргнул глазами, выныривая из очередного воспоминания, и увидел, что девушка держит в руках потрясающий букет цветов в буйстве красок. Лукас улыбнулся.
— О, спасибо.
Он должен был пойти в старую квартиру? Она располагалась этажом выше. Он поднялся по лестнице по две ступени за раз, с облегчением обнаружив, что то, что он искал, приклеено к двери. Записка с надписью ПРИСОЕДИНЯЙСЯ КО МНЕ.
Стоило Лукасу закрыть глаза, как его голову заполнили образы Августа. Он был дома, на столе стоял чизкейк из «Ринальди». Лукас не удержался и фыркнул. Только Август мог решить устроить охоту, чтобы заставить Лукаса уйти с работы, пойти домой, заняться сексом и съесть чизкейк. Но, черт побери, Лукас не собирался отказываться, потому что для него это звучало как идеальная гребаная среда.
Он взял свои цветы и запрыгнул в машину, нарушая в спешке скоростной режим. Он не знал, почему обычная ночь между ними показалась ему еще более захватывающей, чем обычно, но он был странно взволнован и по-прежнему сильно возбужден.
На входной двери висела липкая записка, и содержащиеся в ней картинки привели его к кухонному столу, где стоял бокал шампанского. Лукас поднял его, сделал неуверенный глоток и поднял записку с надписью ВЫПЕЙ МЕНЯ.
Записка привела его в спальню. Лукас взял с собой шампанское, ища любой намек на Августа, но в квартире было тихо. Он усмехнулся, глядя на лепестки роз, которыми на пледе было написано ЛЮБИ МЕНЯ. Когда он поднял один из лепестков и потер его между пальцами, он ахнул. На нем запечатлелся Август, стоящий на одном колене, с открытой маленькой коробкой.
Он повернулся, и удивленный всхлип вырвался наружу, когда он понял, что Август действительно там, на колене, с коробочкой для кольца в руке. Он выглядел чертовски сексуально в сшитом на заказ синем пуговичном костюме. Неужели это происходит на самом деле?
Словно прочитав его мысли, Август протянул ему последнюю записку. ВЫХОДИ ЗА МЕНЯ ЗАМУЖ.
Лукас не мог говорить, он просто кивнул, протягивая руку. Неужели все это реально? Август с облегчением перевел дух, достал из коробки плоское кольцо с бриллиантами и надел его на палец Лукаса.
Лукас бросился в объятия Августа.
— Как ты до этого додумался?
— Ной и Крикет помогли, — признался Август. — Ты же меня знаешь. Я плохо разбираюсь в романтике.
Лукас покачал головой.
— Это неправда. На самом деле, у тебя это получается просто потрясающе. Но почему в среду в обед?
Август нахмурился.
— Разве не сегодня наша годовщина?
— Что?
— Наша семимесячная годовщина, — уточнил Август. — Мы праздновали семь недель. Я подумал, что мы должны отпраздновать семь месяцев.
— Я отметил семь недель извращенной ролевой игрой между профессором и студентом.
Август провел губами по губам Лукаса, проникая языком в рот.
— Я всегда готов к ролевым играм. — Он обхватил зад Лукаса, притягивая его ближе, и благодарно хмыкнул, когда понял, что Лукас тверд. — Похоже, ты тоже не прочь поиграть.
— А что, по-твоему, должно было произойти, когда ты посылал мне изображения того, как мы занимаемся сексом в библиотеке? — спросил Лукас, уже протягивая руку между ними, расстегивая свою рубашку и снимая ее, прежде чем потянуться за рубашкой Августа. — Поторопись. Я хочу, чтобы ты стоял на коленях.
Они срывали одежду друг с друга между поцелуями, Лукас чуть не спотыкался от спешки, но потом Август опустился ниже, проводя губами по животу Лукаса, по впадине его бедра, сначала по одному, потом по другому. Еще одно различие между ними. Август любил не спешить, любил дразнить, пробуя и смакуя каждую частичку Лукаса, прежде чем дать ему то, что он хотел. Лукас же всегда был рад просто зарыться в Августа, почувствовать плотное тепло его тела, окружающее его.
  
Он застонал, когда Август проигнорировал его раскрасневшийся и подтекающий член, чтобы поласкать его длину и пососать яйца.
— Хватит дразнить.
Лукас зашипел, когда Август сомкнул губы вокруг головки, а языком стал дразнить щель. Черт, как же хорошо он выглядел стоя на коленях перед Лукасом. Каким бы хищником ни был Август, ему нравилось подчиняться, нравилось выполнять приказы Лукаса, нравилось, когда Лукас отмечал его. Его имя навсегда запечатлелось на коже Августа, прямо на его плече, чтобы Лукас видел, пока трахает его.
Лукас был уже слишком близко, пальцы ног подгибались, когда Август начал работать над ним долгими, засасывающими ударами, от которых по коже пробегали мурашки удовольствия.
— О, черт! — Лукас запустил пальцы в волосы Августа, удерживая его на месте, чтобы он мог сам входить и выходить из его рта. — Боже, твой рот...
Мда, без вариантов. Лукас долго не протянет. Он вырвался.
— На кровать. На спину.
Август сделал, как приказал Лукас, схватил смазку и бросил ее на кровать. Он подхватил Августа под колени, раздвинул его ноги, чтобы поцеловать бедро, яйца, раздвинул его, смазывая вход, наслаждаясь резким звуком, который издавал Август.
Лукас смазал пальцы, накрыл ртом член Августа, просунул два пальца в него и стал вводить и выводить их, пока сосал.
— Я в порядке. Я готов.
Лукас почувствовал облегчение, услышав это. Он подхватил Августа под колени и вошел в него одним твердым рывком, от которого они оба застонали, прижавшись друг к другу губами. Обычно Лукас начинал медленно, наращивая темп, затягивая его, но в тот момент, когда тело Августа обхватило его, стало ясно, что секс не будет долгим и затяжным.
Он поймал взгляд Августа, когда тот начал двигаться, и в груди у него сжалось от нахлынувших эмоций. Именно за этого человека он собирался выйти замуж. За безумного, красивого, сексуального, странного человека. Мужчину, которого он любил так сильно, что никогда не мог выразить это словами. Сама мысль была настолько ошеломляющей, что он поймал рот Августа в поцелуе, прежде чем он сделал что-то глупое, например, расплакался бы во время секса.
Август обхватил руками задницу Лукаса, подстегивая его, давая понять, что он согласен с заданным им жестоким темпом. Лукас опустил щиты, отдавшись наслаждению Августа, и не смог сдержать стон, сорвавшийся с его губ.
— Черт, ты так хорош. Так горяч. Я люблю тебя. Люблю это. Люблю нас.
Потом стало не до разговоров, Лукас гнался за нарастающим в нем удовольствием, прижимаясь лбом ко лбу Августа, их тела двигались вместе, чувства Августа омывали его так же сильно, как физические ощущения, пульсирующие в нем. Это было слишком. Лукас вошел в него еще раз, застонал, тяжело кончая и заполняя Августа, а затем сел между его ног, обхватил подтекающий член Августа и стал грубо работать с ним, одновременно двигая своей сверхчувствительной эрекцией в глубине Августа, зная, что ему нравится, когда Лукас находится в нем, когда он кончает.
Август еще минуту погружался в сжатый кулак Лукаса, а затем кончил, заливая спермой руку Лукаса, его тело спазмировалось вокруг Лукаса, заставляя его дрожать.
Лукас бесцеремонно рухнул на него сверху.
— Это было прекрасно.
— Да, очень хорошо, — согласился Август, все еще тяжело дыша.
— Знаешь, что сделает это еще лучше? — спросил Лукас, целуя потную, волосатую грудь Августа.
— Что?
Лукас скатился с него.
— Чизкейк, который ты мне обещал.
Август фыркнул, но встал, зашел в ванную, а затем пошел на кухню. Он вернулся с целым чизкейком и двумя вилками, поставив его между ними. Лукас перевернулся на бок, откусил вилкой кусочек и подал его Августу, который сделал то же самое.