Чума на оба ваших дома (СИ)

Он говоря, всё показывал на своём клинке.
— С мечом всё, теперь я расскажу вам как называются удары, и вам нужно всех их запомнить, — продолжил он, убирая меч, — пока вы не запомните, мы не продолжим занятия дальше.
— Поверь Гвидо — это меньшая из проблем, — хмыкнул я, он мне не поверил, но когда в течение следующего часа рассказал обо всех ударах и их названиях, так же где и как они применяются, то я легко это повторил, причём он менял названия местами, пытался запутать меня, но я всё отвечал правильно, поскольку память у меня была идеальной.
  
Поняв это, он изумлённо посмотрел на меня.
— Обычно на изучение всех названий уходит неделя, — промямлил он, — но ладно, тогда давайте я вам ещё перечислю все гвардии, но пока без их показа.
На это ушёл ещё час, но результат был таким же, как и с ударами, всё что касалось запоминания у меня было много лучше практической части.
— Я впервые в жизни вижу человека с такой памятью, синьор Иньиго, — вздохнул он, — мне самому потребовалось несколько недель, чтобы всё это запомнить.
— Давай тогда оставшееся время до обеда посвятим теории, ты расскажешь мне, что мне нужно знать, а после обеда я съезжу по делам, и ты покажешь мне сами гвардии. Поверь мне, чтобы наработать их, мне понадобится куда как больше времени.
Гвидо согласно кивнул и продолжил загружать меня неизвестными названиями, которые мне нужно было запомнить. Я слушал и поражался, насколько здесь всё было структурированно и чётко оформлено, это реально была настоящая школа по подготовке фехтовальщиков с любого уровня подготовленности.
Мы прервались, когда в зал вошёл Сергио и поздоровавшись с парнем, намекнул, что у нас встреча.
— Гвидо, пообедай здесь, — предложил я парню, — для тебя всё будет бесплатно. Не думаю, что моя поездка займёт больше двух часов.
Он поблагодарил меня и поклонился. Я же зашёл к себе переодеться и спустился вниз, где Сергио меня уже ждал со своим скакуном и Телекушем, который его почему-то не кусал.
— Привет, — я похлопал коня по боку, за что заработал недоумённый взгляд голубых глаз, словно говорящих мне, что за панибратство такое я тут устроил.
— Твой конь — это конечно нечто, — усмехнулся Сергио, видя эту немую сцену.
— Передвигается самостоятельно и ладно, — проворчал я, забираясь на высокую животину.
Мы поехали к центральному собору Святого Петра, центру епархии Болоньи и оставив лошадей охране, вошли в храм. Заметив первого же попавшегося послушника, я поманил его к себе.
— Да, синьор? — поклонился он нам, видя нашу дорогую одежду.
— Мы бы хотели видеть викария, брат, — попросил я, — мы к нему с письмом от кардинала Гийома д’Эстутвиля.
— Одну минутку синьоры, я позову его преосвященство, — кивнул он и едва не вприпрыжку помчался куда-то во внутренние помещения собора. Вернувшись и правда быстро, вместе с тучным, и потеющим от быстрой ходьбы епископом.
— Синьоры, — епископ Антонио да Фаэнца был викарием кардинала и епископа Болоньи Филиппо Каландрини, представляя его интересы здесь, поскольку тот, будучи кардиналом постоянно находился в Риме. Обычная практика для высших чинов церкви.
— Ваше преосвященство, — мы склонили голову перед епископом, — мы можем поговорить наедине?
— Д-да, разумеется, — он показал нам идти за ним.
— Послушник сказал, что вы прибыли с письмом от кардинала Руана? — поинтересовался он у меня, с любопытством разглядывая мою внешность.
— Всё верно ваше преосвященство, кардинал Гийом д’Эстутвиль сказал мне, что вы самый честный и верующий священник Болоньи, с которым мы можем поговорить о делах.
Моя лесть ему понравилась, на широком упитанном лице появилась довольная улыбка.
— Мы давно знакомы с кардиналом Руана, — покивал он, — через кардинала Филиппо Каландрини. Он очень порядочный человек.
— И богатый, — добавил я, — мы с ним сошлись именно на этой почве.
Сергио идущий рядом хмыкнул, а священник заинтересовался моими словами.
Мы вскоре дошли до его кабинета и сели на предложенные стулья. Я вытащил из сумки письмо и протянул его ему.
Глаза епископа поднялись вверх, когда он увидел неровно пляшущие буквы, но вскоре, он задумался и закивал.
— Вы хотите, чтобы я вас так представил Антонио Палеотти, чтобы он захотел с вами сотрудничать. Я правильно понял послание от кардинала? — дочитав, он снова поднял на меня взгляд.
— Приятно разговаривать с умным человеком, — снова польстил я ему, — кратко отвечая на ваш вопрос, да.
Он задумчиво пожевал губы.
— И, разумеется, мы готовы внести пожертвование на вашу церковь, — быстро продолжил я, видя, что он чего-то от меня ждёт, — в размере….
Тут улыбнулся уже он.
— В размере тысячи лир, ваше сиятельство, этого будет достаточно.
Я достал второй документ, с уже проставленной в нём суммой и протянул его ему.
— Здесь пятьсот флоринов, а не лир, ваше преосвященство, — сказал я, вызывая его удивление, — мне бы очень хотелось, чтобы меня не восприняли как врага, а как друга. Можете также сказать синьору Антонио, что у меня сейчас идёт вражда с Миланским герцогством и я ищу себе друзей.
Вексель просто растворился в руке священника, который от суммы, которая прилипла к его рукам, размягчился и выглядел невероятно довольным.
— Я поговорю с ним сегодня вечером ваше сиятельство и попрошу с вами встретиться, — ответил он.
— Благодарю вас, ваше преосвященство, — кивнул я и мы с Сергио поднялись, — не смеем больше отнимать ваше драгоценное время.
— Благодарю за пожертвование, синьоры, — он перекрестил и благословил нас.
Выйдя из собора, я спросил у графа.
— Ты домой?
Он отрицательно покачал головой.
— Проедусь по городу.
Отдав ему часть охраны, я вернулся в таверну и продолжил занятия с Гвидо. Вечером к нам присоединился мастер Дарди, тоже весьма удивившийся тому, какой темп мы взяли при начале обучения. Не поверив Гвидо он сам поспрашивал меня теорию, и покачивал головой всякий раз, когда я без запинки отвечал на все его каверзные вопросы по названиям ударов или гвардий.
* * *
3 августа 1461 A . D ., Болонья, Папская область
Несмотря на то, что всю теорию, которую мне выдали я знал назубок, Гвидо решил начать непосредственно практические занятия только на второй день, принеся с собой шесть мечей, лезвия которых было покрашено в чёрный цвет.
— Что это? — удивился я, показывая на его поклажу.
— Тренировочные мечи, затуплены и покрашены, чтобы не перепутал кто-то случайно с боевым, — улыбнулся парень.
— А почему их шесть?
— Вы весьма нестандартной комплекции, синьор Иньиго, — смущённо сказал он, — я выбрал самые маленькие, чтобы правильно подобрать вам длину меча.
— Это же делается проще, — удивился я, поскольку вечером уже смотрел информацию об этом.
— Как же? — удивился парень.
— Общая длина клинка зависит от размаха рук владельца. Поэтому нужно взять меч в правую руку, согнуть её в локте, разместив клинок горизонтально, справа налево. Затем нужно свободно вытянуть левую руку вдоль клинка, и поднять вверх большой палец. Остриё меча должно быть на уровне большого пальца, — процитировал я выдержку из труда знаменитого фехтовальщика Джорджа Сильвера «Парадоксы защиты».
То с каким изумлением посмотрел на меня Гвидо, заставило меня заподозрить, что об этом здесь ещё не знают. Заглянув в нейроинтерфейс, я увидел год выхода этой книги, а это уже был XVI век.
— «Упс, — пронеслось у меня в голове».
— Покажите пожалуйста, как это? — попросил он, и я сверяясь с картинками, быстро подобрал себе нужный меч из принесённых им.
  
Он также по-новому для себя методу проверил свой боевой меч, убедившись, что он идеально вписывается в указанную мной формулу.
Гвидо снова с таким изумлением посмотрел на меня после этого, что я понял, мне лучше вообще молчать.
— В общем, предлагаю продолжить, раз меч мы подобрали, — поторопил его я.