Я все равно тебя добьюсь (СИ)

Сомнения закрались в мою душу. С одной стороны не хотела брать эти деньги. Взяв их, я буду чувствовать себя продажной. Буду всегда помнить, что меня купили, и тем самым расплачиваются за использование. Для меня они были дорогой в безвозвратность. Если возьму их, то уже никогда не стану прежней. А мне хотелось знать, что я сама приняла решение быть все это время с Олегом, тем самым оставив частичку себя не затронутой этой грязью, и, не погрязнув в пучине похоти и разврата.
Оставить их? Ну, Игнатова, конечно, этим я не оскорблю, и даже не обижу. Он будет просто недоволен. Будет настаивать, что это пункт договора, и я должна выполнять все его условия. Но это фигня.
Буду честной, с другой стороны, я хотела их взять. Я была обычным человеком, и поддаться соблазну было нормальным явлением. Тем более, когда тебе восемнадцать, когда ты не избалована деньгами, и можно найти еще кучу причин в свое оправдание. Конечно, способ получения этих денежных средств меня смущал, но желание стать обеспеченной девушкой пересиливало все доводы.
Я не знаю, сколько я сидела, раздумывая, какую сторону своей натуры принять. Время для меня остановилось. Это был самый сложный выбор в моей жизни. Даже согласившись спать с Олегом, мне не было так сложно принять решение.
Такси я не воспользовалась. Когда вышла на улицу, осознала, что этот район мне неплохо знаком, и я даже знаю, где здесь остановка. Стоя в ожидании маршрутки, я поняла, что все-таки предала саму себя. Игнатову удалось заставить меня подчиняться не только в физическом плане. Слезы жгли глаза, а деньги в кармане жилетки ткань до самой кожи.
Меня можно смело называть проституткой, и я этого заслуживала.
  
Глава 11
 
Наши дни
Даша
Я открыла глаза и увидела перед собой немыслимо синие глаза Макса. Его лицо было так близко, что я могла разглядеть крапинки в радужке его глаз.
В это пробуждение я помнила все и даже не вздрогнула в испуге.
Мы просто лежали молча и смотрели друг другу в глаза. Мне было так уютно. Шевелиться не хотелось. Макс медленно поднял руку и опустил палец большой руки на мою нижнюю губу. Прикосновение было настолько легким и нежным, что по телу побежали мурашки.
Я знала, что он меня поцелует. И у меня был шанс избежать этого поцелуя.
- Только попробуй, - прошептала я.
Он понял о чем. И в его глазах заплясали чертики.
- Я не целую девушек с нечищеными зубами, у которых всю ночь текли слюни изо рта по щеке на подушку.
Мои глаза распахнулись в возмущении. Он откровенно издевался надо мной. Я резко села, но вот встать не успела. Тяжелая рука Макса вернула меня на место.
А в следующее мгновение его губы накрыли мои. Горячие, влажные и безумно вкусные. Это был еще один сладкий поцелуй с Максом. Такой сладкий, что низ живота сразу же свело судорогой, а тело выгнулось дугой навстречу ему. Его язык нагло изучал мой рот, не давая даже вздохнуть. Я пила его сладость, забывая обо всем на свете. Мои руки вцепились в его волосы, боялась, что он может исчезнуть.
Я не зря хотела избежать этого поцелуя. Знала заранее, что не смогу дать ему отпор. Потому что хотела больше всего на свете снова почувствовать его пьянящие поцелуи.
Одна его рука легла на грудь и легко сжала ее. Удовольствие отдалось приятной тяжестью в животе, от которого даже пальцы на ногах поджались. Я застонала. Макс застонал в ответ.
Он оторвался от моих губ. Наши взгляды снова встретились. Сквозь пелену я увидела его затуманенный взгляд. Наше дыхание было рваным, шумным.
Макс перевернулся на спину и потащил меня за собой, тем самым распластав меня по своему телу. Его руки скользнули по ягодицам, задирая мое узкое платье и заставляя сесть на бедра Макса. Мои промокшие кружевные трусики и тонкая ткань его спортивок вообще не скрывали его возбуждения.
Одной рукой он снова притянул меня к себе и впился в мои губы еще одним поцелуем, не давая опомниться. Он кусал, царапая и рыча, а свободной рукой надавливал на мою спину, пытаясь сделать наш контакт более тесным.
 
Мое тело покалывало от наслаждения. Все что я хотела сейчас, это почувствовать Макса внутри себя. Поэтому когда Головин коснулся моей обнаженной кожи между чулками и трусиками, я громко застонала.
- Бля, мне твои чулки весь вечер покоя не давали! – выдохнул Макс прямо в рот и толкнулся бедрами навстречу моему телу.
Наслаждение скручивало живот в тугой узел. Меня била крупная дрожь. Я хотела Макса. Впервые в жизни я хотела мужчину, так что ни о чем другом думать не могла.
Его руки потянули мои трусики. Тонкая ткань не выдержала и я в одно мгновение осталась без нижнего белья. Между ног был так влажно, что пальцы Макса с легкостью проскользнули в меня. Это было блаженство.
Макс отпустил меня и, приподняв вместе со мной бедра, принялся стягивать с себя спортивки. А я, почувствовав его член почти в себе, начала неистово тереться об него.
- Сейчас, сейчас, моя девочка! – простонал Макс.
Именно в этот момент раздался звон. Я не понимала, откуда он исходит. Мы с Максом замерли.
Звон повторился. Звонили в дверь. Не в домофон, а в дверь.
Мы не шевелились. В каждом из нас пульсировало дикое необузданное желание, ставшее в этой звенящей тишине еще сильнее.
Звонок повторился. Трижды.
Макс аккуратно стащил мое непослушное тело с себя и, подтянув штаны, направился к двери.
- Кто бы это ни был, убью, суку! – бурчал Головин.
Я вскочила следом за Максом, и только успела одернуть подол платья, когда из-за спины появилось довольное лицо Матвея Соколова, который держал в руках мою сумочку.
Мои чулки съехали, рваные трусики валялись на тахте, на голове черте что, и на это все оба парня смотрели, не отрывая глаз. Краска стыда залила мое лицо.
- Я помешал?
- Нет! – крикнула я.
Этот парень только что спас меня еще от одной большой ошибки в моей жизни.
- Пиз**ц как! – процедил Головин. Его глаза прожигали меня.
Матвей, еще раз обвел меня взглядом и, раздеваясь, пошел к бару при этом, тактично повернулся к нам спиной и спросил:
- Может кофе?
была благодарна ему. Потому что представления не имела, как красиво выйти из этой ситуации. Матвея я знаю с момента нашего знакомства с Игнатовым. Друг Влада Торопова, ну и Макса, конечно. С ним я никогда не общалась, но пересекались мы частенько. И он знал, что я девушка Олега. А сейчас он практически застукал меня в постели Головина. А уже давно смирилось со своей ролью продажной девки, но не хотела, чтобы другие так же думали обо мне.
Головин пошел к Матвею, а я, воспользовавшись моментом, убежала в ванную.
Взглянув в зеркало, я не узнала себя. На меня смотрела другая девушка. Рассыпанные по плечам волосы, припухшие от поцелуев губы и румянец на щеках. Я никогда не чувствовала себя настолько живой.
Руки и ноги до сих пор тряслись от возбуждения. Я открыла кран и плеснула в лицо холодной воды, чтобы немного унять дрожь. Пару глубоких вдохов слегка привели меня в чувство.
Вспомнила, что Матвей, принес мою сумку. В ней лежали заколки, с помощью которых можно было собрать волосы.
Выходить к парням было безумно страшно. Но и сидеть здесь до посинения тоже было глупо. Чем быстрее я вернусь к ним, тем быстрее у меня будет возможность уйти отсюда.
Я тихонько приоткрыла дверь и услышала голос Матвея:
- И че, ты собираешься поиметь ее и бросить?
- Ну, не жениться же мне на Алексеевой. Она не лучше и не хуже других. Задница у нее охеренная, не более, - ответил ему Макс.
Я тихонько закрыла дверь обратно и прислонилась к стене спиной. Сердце стучало, отдавая звуки в голову, а ноги перестали держать.
 
Я всегда знала, что у Макса ко мне чисто спортивный интерес, он в свою очередь никогда не скрывал, что я не в его вкусе. Но почему сейчас так противно на душе? Чего, я глупая, ожидала еще от одного избалованного, не знающего ни в чем отказа, мажора? Неужели Игнатов меня ни чему не научил и я на что-то еще надеялась?