Я все равно тебя добьюсь (СИ)

Контейнеры с японскими вкусняшками были уже открыты, и я не обращая внимания на Игнатова, распаковала палочки и принялась поглощать свою любимую филадельфию. Ролы на вкус были божественны. И я не заметила, как во мне проснулся аппетит.
Олег молча присоединился ко мне. Мне тоже не хотелось разговаривать. Да я и не знала, о чем говорить. Решила предоставить инициативу теперь моему парню. Хочет говорить – пусть предлагает тему. Он не заставил себя долго ждать.
- Может, поделишься впечатлениями?
Я поняла, что он спрашивает о том, что произошло между нами на кровати, но не знала, как ему сказать правду, поэтому притворилась дурочкой.
- Вкусные.
- Мне тоже все понравилось.
Олег злился. И понравились ему далеко не роллы.
Глядя на его сердитый вид, сама начала закипать. Решила, что будут ему впечатления.
- Больно. Очень больно. Сейчас лучше, но неприятные ощущения еще остались. Была бы благодарна, если бы ваше высочество оставило меня в покое хотя бы до утра.
- Ясно. Значит, идем спать. Доедай, я пока в душ.
Игнатов ушел, а у меня пропал аппетит. Я могла бы убрать остатки еды за нами, но в нашем договоре не было пункта о том, что я должна вести его хозяйство. А сделать это добровольно желания не возникало. Я и так сегодня слишком много для него сделала.
Где-то у выхода пропищал мой телефон, оповещая о входящем сообщении. Я подошла к тумбе, стоящей у двери, взяла телефон в руки и нажала на кнопку разблокировки. Сообщение было от мамы. Я со всеми своими переживаниями и событиями напрочь забыла о родителях. Взглянув на время, я офигела. Часы показывали двадцать минут первого. Для меня же прошло не больше часа. Я открыла сообщение.
Мама: «Привет. Ты куда пропала? У тебя все в порядке? Мы беспокоимся»
Мама словно почувствовала, что ее дочка переживает не самую лучшую ночь в жизни.
Я: «Привет мам. У меня все хорошо. Здесь было весело, и мы отлично провели время. Я забыла позвонить. Прости, пожалуйста. Сейчас уже легли спать»
Мама: «Спокойной ночи. И купи себе таблетки для памяти. Целую»
Намек мной был понят и я отправила маме смайлик, говорящий «Ок, хорошо».
Так как заняться мне больше было нечем, я решила отправиться спать, не дожидаясь Олега. Хотела позлить его и лечь на диване, но была уверена, что все равно окажусь с ним в одной постели. Спать в одиночестве Игнатов мне не позволит. Поэтому сразу пошла в спальню.
На постели не было покрывала, которое мы испачкали. Олег позаботился о том, что бы оно исчезло. Ну, и хрен с ним. Все равно уже ничего не вернешь.
Я залезла под одеяло и устроилась на самом краешке кровати, которая была огромной и я надеялась, что мы сможем затеряться в ней. Хотелось уснуть до прихода Олега, но сон как назло не шел. И в ожидании я вздрагивала от каждого шороха.
Ждать пришлось недолго. Что Олег вышел из душа, я услышала сразу. Судя по звукам, Игнатов убрал остатки ужина. Мне стало как-то не по себе, потому что нас с детства приучали убирать не только за собой, но и друг за другом, а сейчас я нагло проигнорировала это и свалила все на Олега. Но, услышав его приближающиеся шаги, быстро обо всем забыла и закрыла глаза, притворившись уже спящей.
Игнатов постоял посередине комнаты, наверное, о чем-то размышляя, потом выключил свет в комнате, и через мгновение кровать с противоположной стороны провалилась под его весом. Тут же его руки легли на мою талию и попытались притянуть к телу.
- Я знаю, что ты не спишь.
Врать смысла не было, а сопротивляться поздно, поэтому я просто пододвинулась к нему и сразу оказалась в кольце рук.
- Все будет хорошо, вот увидишь, - прошептал в мой висок Игнатов. – Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, - выдохнула я.
Вроде приставать он ко мне не собирался, и я попыталась уснуть. Было непривычно засыпать в чьих-то объятиях, но Олег по этому поводу не заморачивался. Его равномерное дыхание я услышала через несколько минут. Долго лежала в тишине, а когда уснула, помнила, что мне было холодно и неуютно.
 
Проснулась от того, что мои ноги пытался кто-то раздвинуть. В панике распахнула глаза и попыталась вырваться. Я лежала на боку, плотно прижатая к чьему-то телу.
- Тссс, - крепко держал меня Игнатов, - не дергайся, это я.
Я вспомнила вчерашний вечер и сморщилась. Олег решил его продолжить, даже не удосужившись меня разбудить. Я была к этому не готова.
Я понимала, что бороться с ним бессмысленно, поэтому постаралась расслабиться. Олег, почувствовав мою капитуляцию, усилил напор. Его рука тут проникла между моих бедер, а палец оказался внутри меня. Спиной я чувствовала его возбужденный член. Боже, как мне хотелось в тот момент вскочить с кровати и убежать, но я стиснула зубы, и молча терпела его ласки.
Решив, что мне достаточно предварительных ласк, Игнатов грубо и глубоко вошел в меня. Одним движением. Я вскрикнула в ожидании повторения вчерашней боли, но ничего подобного не повторилось. Лишь легкий дискомфорт. Его руки сжимали мои ягодицы так сильно, что мне казалось, что потом могут остаться синяки.
Рваное дыхание Олега вперемешку со стонами раздавалось над моим ухом. Я немного привыкла к его толчкам и теперь лежала спокойно. Правда, на глаза наворачивались слезы. Было обидно, что вот сегодня Игнатов вел себя как дикарь. И с каждым его движением, с каждым толчком моя обида становилась сильнее, и слезы готовы были превратиться в рыдания. Чтобы не разреветься, я прикусила свою ладонь зубами и застонала от боли. После чего Игнатов стал еще яростнее вбиваться в мое лоно. А через минуту я почувствовала на ягодицах горячую жидкость.
Олег сразу же обмяк и упал позади меня, по-прежнему обнимая меня, и, прижимая к себе. Я так боялась повернуться к нему. Боялась, что не сдержусь и разревусь. Что бы скрыть эмоции, уткнулась большей частью лица в подушку и не шевелилась.
- Доброе утро, - прошептал Игнатов.
- Угу, - простонала я.
- Мне нужно срочно уехать, отец просил заехать. Кофе на кухне, деньги на такси там же. Дверь просто захлопнешь. Увидимся позже в универе, - легкий поцелуй в щеку, а еще через десять минут хлопнула входная дверь и я осталась одна.
Теперь можно было не сдерживаться. Слезы катились градом. Вчера был вечер не из лучших. Но на душе не скребли кошки. А сегодня при свете дня было противно. Я чувствовала себя грязной, использованной. И в этом был виноват Олег. Он все испортил сам.
Что бы смыть эти ощущения я резко вскочила и побежала в душ. Там с остервенением терла свою кожу, пытаясь смыть его прикосновения. Вылила тонну геля, чтобы заглушить цитрусовый аромат, которым я, как мне казалось, пропахла до костей.
Мне не нужно было его кофе. Не нужны деньги на такси. Ничего не нужно. Я хотела сбежать отсюда и не возвращаться. Я понимала, что это лишь мои фантазии, но сейчас я не могла находиться здесь.
Судорожно надевала свою одежду, которая так и валялась на полу в ванной. Ощутив свои вещи на себе, немного успокоилась. Часы на телефоне показывали половину десятого. Я вдобавок ко всему проспала универ.
Кухня находилась справа от гостиной. Пробегая мимо к выходу, взгляд зацепился за стол, который располагался по центру. Уже у двери я остановилась и замерла. Медленно развернулась и пошла обратно. На кухню.
На столе стояла чашка с кофе, блюдо с жареной яичницей и беконом, две пятитысячных купюры и салфетка на которой размашистым почерком было написано:
«Спасибо за потрясающее утро и приятного аппетита. Целую»
Я медленно осела на стул.
Сегодня утром Олег был для меня зверем, а я, оказывается, подарила ему потрясающее утро.
 
Что я не знала об отношениях мужчины и женщины? И всегда ли секс нежный и чувственный, как в кино? Зачем этот завтрак?
А еще деньги. Десять тысяч. Олег, наверно, думал, что я вызову в качестве такси, кадиллак.
Я смотрела на купюры и не решалась дотронуться до них. У меня всегда были деньги на карманные расходы, но никогда так много. Мне требовалась дни, что бы скопить эту сумму.