Под знаком Змееносца (СИ)
— Запомни, счастье мое, я по жизни однолюб, и я уже встретил ту единственную, с которой хочу прожить всю жизнь.
Нежность — это то, что можно дарить каждый день…
Нежность — это то, что можно дарить каждый день…
Иван обнял Машу. В его объятиях было так уютно, так тепло. Он медленно снял с нее тонкий свитерок и почувствовал нежный, ставший таким родным аромат ее тела.
Его губы скользнули по обнаженному плечику, прокладывая дорожку из поцелуев все ниже и ниже.
Обоюдное желание обострило чувства. Но они не торопились. Сейчас, не сговариваясь, они жаждали медленного и постепенного удовлетворения желания.
Они ласкали друг друга, изнемогая от нежности, и не могли насытиться. Их поцелуи стали все более жадными, требовательными, чувственными, глубокими. Но вот Маша обняла его за плечи, ее колени обхватили его бедра. И его возбужденное естество тут же оказалось между ее расступившимися бедрами. Сначала медленно, с небольшими остановками, а затем все быстрее наращивая темп, они устремились к вершине блаженства…
* * *Саша и Иван в конце недели завершили независимое исследование обеспечения безопасности информационной системы банка «ВЕРШИНА». Сейчас они заканчивали писать аналитический отчет.
Иван Данилов и Константин не отходили от них ни на миг. Впитывали все, что говорили Штейн и Горский.
После обеда появился Дан, который с новой недели приступает к обязанностям управляющего. Дмитрий Олегович сдал сегодня по личной просьбе свои полномочия, но остался заместителем управляющего.
Саша и Иван еще раз перечитали аналитический отчет по итогам аудита и свои рекомендации. Распечатали несколько экземпляров и все вместе с Даном спустились к Римасу.
В течение недели Римас заглядывал к ним и наблюдал за их работой. Да, Сашенька превзошел и его самого, и Арса. Но так и должно быть. Каждое новое поколение Штейнов получает талантливого математика и программиста, превосходящего по силе и уровню предыдущего. Он, как отец, очень счастлив. И у Горских такая же линия: Нил — Тим — Иван.
Хорошо было бы, если бы Саша встретил такую же девушку, что и Иван. И ведь есть на примете такая. Лия Шпехт, дочь Павла. Она студентка медицинского университета, умница и красавица. Но ведь Сашка сейчас даже и прислушиваться к советам не станет. Он просто закрыл наглухо свою душу.
Иван говорит, что Саша скоро встретит ту единственную и будет счастлив. А Ивану Римас доверяет. Но душа за сына болит. А там еще и Мика, как выяснилось, не может совладать со своими чувствами к Маше. Он вспомнил Вика Северского и Егора Плотникова, да и Диму Громова. Все трое были влюблены в его Верушку, но сдерживали себя, стараясь виду не показывать.
Ну ничего, Мика сильный мальчик, он выдержит. И у него будет счастье.
Иван собирается ехать домой и звонит Маше. Она сразу отвечает, но по голосу Иван понимает: что-то случилось.
— Машенька, с тобой все в порядке?
И, услышав ответ, срывается с места. Саша тотчас бросается за ним. К дому они подъезжают одновременно. Иван даже машину бросает в соседнем дворе и по черной лестнице, перепрыгивая через ступеньку, летит наверх.
Несмотря на то, что черная лестница вызвала у Саши море неприятных воспоминаний, связанных с Евой, он быстро поднялся за другом наверх.
Иван оставил дверь открытой, и Саша сразу вошел в квартиру. Иван обнимал Машу, бледную и трясущуюся от страха.
— Машенька, расскажи нам, что случилось?
— Ваня, ты, наверное, решишь, что я сошла с ума, — еле произносит она. Но эти голоса… Я их слышу сегодня весь день. До этого они звучали тихо и очень редко. А сегодня они будто пытаются какими-то заклинаниями восстановить что-то.
— Тише! — шепчет Маша. Вы сами прислушайтесь. Слышите, они будто подыскивают нужную букву.
Иван с Сашей переглянулись. И Маша это заметила, но истолковала по-своему.
— Вы думаете, я свихнулась? — горько усмехнулась она и попыталась отстраниться от Ивана. Но он обнял ее еще крепче.
— Воробушек, мы с Сашкой тоже уловили какие-то звуки, потому и посмотрели друг на друга.
— Тихо! — зашипел Саша
Звуки доносились из бывшего кабинета Тима Горского, а ныне кабинета Ивана. До этого дня ни разу ничего подобного не возникало.
— Маша, когда ты впервые услышала эту тарабарщину?
— После нашего возвращения из Хельсинки. Но это было так тихо, что я даже не придала значения. А сегодня, Ванечка, я так испугалась, что позвонила тебе, но ты не ответил.
— Ты мне звонила? Но у меня нет ни одного пропущенного звонка от тебя, воробушек. Единственный звонок от тебя был в конце рабочего дня. И я сразу к тебе сорвался.
— Ну вот же, сам посмотри, — протянула она телефон мужу.
Но кроме последнего звонка ничего не было.
— Машенька, давай отвлечемся от всего. Я, кажется, начинаю понимать в чем дело. Ты посиди пока на кухне. Мы с Сашкой сейчас войдем в кабинет и попробуем отыскать источник.
Как только они вошли в кабинет, все затихло. Иван поднес указательный палец к губам, призывая к полной тишине.
Примерно через полчаса они услышали странные звуки. Иван понял, Маша была права, когда сказала: «они будто подыскивают нужную букву». Они с Сашкой четко услышали: «Абракадабра. Авада кедавра. Кедавра. Абракедавра. Кевадаадавра…»
— Сашка, — заорал он. Маша была права. Они пытаются составить формулу заклинания. И это исходит из книги Бабли. Я вспомнил, перед приходом Неделина я почему-то достал книгу «Тайнотворец» и запихнул ее под книжный шкаф.
Так, так, так, где-то у меня был крюк для занавесей. Надо срочно извлечь книгу из-под шкафа и уничтожить.
— Саш, быстро садись за комп. Найди программу «Прозорливец» и грохни ее. Там еще есть дневник моего отца и фрагменты проги. Сноси все!!!
Иван заглянул под шкаф. Книга была там. Он попытался выцепить ее оттуда, но не тут-то было. Что за чертовщина! Она не могла там за что-то зацепиться.
Он попробовал дотянуться рукой до книги, но тренированные мышцы не давали ему возможность просунуть руку полностью под шкаф.
— Маша, принеси мне фонарик, — крикнул он. — Он в верхнем ящике моей прикроватной тумбы.
— Ванечка, давай я попробую просунуть свою руку, — предложила Маша, тихо войдя в кабинет. — Ну не укусят же меня буквы из книги.
— Не укусят, конечно. — Я сам готов слопать тебя, — хохотнул Иван, увидев округлившиеся глаза жены.
— Маш, ты куда спрятала бутылочку с водой, которую нам дал отец Михаил?
— Сейчас принесу.
Через минуту Маша принесла небольшую бутылку с водой и маленький распылитель воды.
— Ты моя умница. Даже распылитель принесла.
Он вновь лег на пол. К нему присоединился Саша, держа в руке фонарик.
Иван опрыскал водой книгу и попробовал крюком захватить ее. И книга, будто сопротивляясь, сдвинулась с места.
Наконец-то ее удалось извлечь.
— Вань прысни еще раз под шкаф и на книгу, — предложил Саша. После того, что мы видели, уничтожая манускрипт, я ничему не удивляюсь.
— Маша, быстро одевайся. Надеюсь, в дом еще не въехали новые владельцы.
— Дед, привет! Скажи, ты вывез все, что хотел из старого дома? А твои покупатели въехали? Нет? Отлично! Я хочу забрать свои диски. Да, все в порядке. Завтра приедем к тебе.
— Саш, поедешь с нами?
— Мог бы и не спрашивать, — буркнул Сашка.
Они быстро доехали до дома, ставшего чужим.
Первым делом разожгли печь во дворе и изорвали на части книгу, хоть она и с трудом поддавалась. Не сразу, но спустя время, пламя охватило «Тайнотворца». Повалил густой и черный дым, но больше никаких криков, стонов, появления сущностей не было.
Но появились Джоник и Гоша, подтолкнув Сашу головой под колени.
— Вот ведь паршивцы какие! — воскликнул он, с трудом удержавшись на ногах.
— Ну хватит меня нализывать, Джон, — отбивался Саша от любвеобильного Джоника. — Я не Мика! Это он вас обожает, а я так… Издалека.