Разыскиваем маму. Срочно! Том 1–2

Разумеется, я зашла чуть-чуть дальше, ведь детишки-то маги, в чем я сама недавно убедилась. Понятия не имею, чего от них ожидать.
Поэтому и бумажек было несколько: одна побольше на входе и две небольших, белая и коричневая, – в сейфе. Вот как раз самая неприметная коричневая и оказалась на полу, почти слившись с ним по цвету, в то время как остальные старательно засунули обратно. И даже ровно в том же месте, где я их поместила. Слишком сообразительные дети – дополнительные страдания родителям и воспитателям.
Хорошо, что прихватила все старые запасы, еще для младшеньких использовала эти бумажки. Я открыла сейф и с легкой усмешкой посмотрела на книгу по математическому анализу. Эх, жаль, что камер в этом мире не было, хотела бы я взглянуть на выражение лиц этих непосед, когда они открыли учебник. А у меня ведь не один такой в запасе! Я даже свой старый дневник прихватила: тот самый, на котором написано девичьи секреты, а внутри – вклейки из старых учебников, которые собирались отправить на макулатуру. Составляла для своих младшеньких, те несколько лет были уверены, что я ведьма, владею неизвестным языком и впрямь могу их заколдовать.
Закрыв сейф, я занялась тщательным осмотром всех остальных вещей. Шкаф точно открывали, полки, видимо, тоже. Ни до одного из моих чемоданов не добрались или же использовали что-то магическое, что я не могла заметить. Ни на секунду я не позволяла себе недооценивать тех, кто разъезжает верхом по шикарному особняку на ядовитом чудище.
Что ж, все ожидаемо. Или не все – в моей комнате нашлось кое-что лишнее. Вот это было неожиданно: прямо на подоконнике лежал какой-то журнал. Рука сама потянулась к нему, но я в последний момент себя одернула – мало ли что мне подложили!
Мне так один раз младшенькие подарили крем для рук, поставили прямо на стол, еще и записку приложили «Для любимой сестры». Но вот как-то забыли озвучить, что продукт у них авторский – с приличным количеством зеленки. А что? Она ведь изумрудная, сияет, а я сама говорила, что люблю зелененький. Две недели с руками Шрека навсегда отучили меня брать внезапно возникающие в моей комнате «подарки».
Но посмотреть надо было. Брайон вроде как говорил, что его спальня через три от моей. Долго думать не стала – не хотелось, чтобы меня добил или этот журнальчик, или собственное любопытство.
Если Брайон и удивился, что отправившаяся отдыхать девушка внезапно постучала в его комнату, то вида не показал. Правда, капли пота на лбу я заметила, хотя никакой жары не было и в помине. Нервничал? Почему?
– Что-то не так? – уточнила я после того, как рассказала про журнал в моей комнате.
– Все хорошо, все хорошо, – замахал руками Брайон, выходя следом за мной в коридор. – Но вам срочно нужен путеводитель по этому миру, чтобы вы не попали в неловкую ситуацию. Видите ли, вы сейчас официально помолвлены, поэтому заходить в комнату другого мужчины – моветон.
– Тогда как мне нужно было поступить? – удивилась я.
– Вам нужно было позвать горничную, и уже она бы меня позвала.
– Но разве тут есть горничные? – невинно спросила я, отмечая, что несчастный Брайон начал потеть.
– Нет. Точно, тут же нет горничных, – с ужасом прошептал Брайон. – Мне нужно сегодня же уехать.
– Чтобы найти горничных? – спросила я.
– Нет, чтобы не нарушать правила! Помолвленная женщина и свободный мужчина в одном поместье, – с ужасом прошептал Брайон.
– Вообще-то, вы меня сопровождали сюда. И мы все время были наедине, – заметила я, силясь понять странные правила этого мира.
– Это другое! Тогда я был в должности сопровождающего, а сейчас… Но и оставить вас одну, пока не покажу все, не могу. Что же делать, что делать? – продолжал тихую панику Брайон. – До гостиницы добираться пару дней, ночевать у местных – тоже не вариант, перепугаю до смерти.
– Кого вы перепугаете до смерти? – раздался детский голос позади нас, от чего Брайон совершенно не по-мужски взвизгнул.
– Эва! Разве можно так подкрадываться? – спросил мужчина.
– А почему нельзя?
 
– Потому что если у Брайона случится сердечный приступ, то он может испортить себе здоровье и никогда не найти свою любовь, – фыркнул Алекс.
Как-то быстро нас окружили.
– А что вы тут делаете? – настороженно спросил Брайон.
– Перерыв, – отчитался Алекс.
– Я знаю. Что вы делаете в этой части особняка? Вы же тут практически никогда не бываете.
– Мы тут кое-что забыли, теперь ищ… ай! Алекс, зачем ты дергаешь меня за волосы? Больно же! Ой. Ой-ей-ей!
– И что вы тут забыли? – спросила я.
– Вот-вот, – поддержал меня Брайон.
– Забыли вам кое-что посоветовать, – неловко рассмеялся Алекс, давя из себя улыбку. – По поводу вашей проблемы. Вы же не знаете, как не скомпрометировать маму? У меня есть отличная идея. Она всего лишь должна ночевать не одна, а со взрослым и разумным представителем женского пола! Тогда все вопросы отпадут, любая маг запись на определение правды сработает как надо, если у кого-то возникнут вопросы.
– И где же ты найдешь здесь хоть одного взрослого и разумного представителя женского пола? Эва и Амелия, позволю напомнить, еще не считают взрослыми, не говоря уж о… кхм, в общем, они не подходят, – откашлялся Брайон.
– Я об этом знаю! – возмутился Алекс. – Я ж не дурак какой-то. Я вообще-то Франсуа-Доминик имел ввиду. Если она переночует с нашей мамой, то все будет отлично!
Мантикора – одно из самых легендарных и загадочных существ. Тело и голова льва, хвост скорпиона с самым сильным ядом, от которого еще не придумали противоядие даже в этом мире, невидимые крылья и несколько – от трех до пяти в зависимости от возраста – рядов зубов в пасти. Обо всем меня милостиво просветил мой «сынок», хотя, будем откровенны, я прекрасно обошлась бы без этой информации.
А еще мантикоры чрезвычайно умны: они не только понимают человеческую речь, но даже шутить умеют.
– Шутить? Как? – спросила я.
– Вот заночуете с Франсуа-Доминик – обязательно узнаете! – с улыбкой сообщила мне Эва.
– Их способность подшучивать над людьми – одна из причин, по которой мантикор признали разумными, – добавил Алекс, улыбаясь так, что я удивлялась, как от радости-то у него личико не треснуло. – Или же можно отправить обратно Брайона, а мы тут вам уже сами все расскажем, что там надо.
– Что надо и не надо, – прошипел себе под нос Брайон, бросая весьма выразительные взгляды на детей.
Безрезультатно. Если бы он мог хоть как-то на них повлиять, то я бы заметила это еще в холле.
– Зато честно! – воскликнул Алекс. – А дальше уже наша мама решит, готова ли она остаться тут и стать нашей мамой навсегда. Или выберет более добрый и светлый путь.
Мелкие… засранцы! Даже сомневаться не стоило в том, к какому выбору пришли все предыдущие кандидатки в мамы.
– Понятно, – сказала я. – Что ж, тогда придется ночевать с Доминик-Франсуа. Искренне надеюсь, что ваша прекрасная мантикора поведет себя как разумное существо и поладит со мной.
– Э-э-э, ну и ладно, – буркнул разочарованный Алекс.
Несмотря на то, что меня пытались запугать мантикорой (и нельзя сказать, что совсем уж безуспешно), выбрала я правильный вариант – именно тот, который не желали эти детишки. И пусть спать в одной комнате с чудовищем, у которого несколько рядов зубов, не воодушевляет, но реальная опасность мне не грозит. Наверное.
– А вы почему вместе? – полюбопытничала Эва. – Брайон, ты рассказываешь нашей новой маме что-то важное о поместье? Или…
На этом Эва замерла, театрально округлила глаза и прижала обе ладошки ко рту.
Мы с Брайоном одновременно остановились, переглянулись – ну что еще случилось?
– Или что? – устало спросил мужчина.
– Вас свела сила любви? – спросила Эва с придыханием, от чего я едва не подавилась воздухом.
– Я бы никогда!.. Невеста самого Дитриха…
– Нас свела сила неопознанных вещей в моей комнате, – ответила я малышке, пожалев растерянного Брайона, который покраснел и, кажется, собирался заплакать.