Разыскиваем маму. Срочно! Том 1–2
– Что я могу? – почти что пропела девочка.
Ну, по крайней мере, понятно, почему ее за полторы боевые единицы посчитали.
– Не врать так нагло! – фыркнул мальчишка. – Прошлая мама у нас была всего-то месяц назад, а не два.
– Я ведь не хотела смущать новую жену дяди и рассказывать всю правду, – пожала плечами девчонка.
Не хотела? Я едва сдержала усмешку. Очень даже хотела! Прям вот от души старалась. И про каких они «мам» мне тут рассказывают? Брайон скрыл несколько фактов или детишки исказили что-то?
– Амелия, Алекс, пожалуйста, не говорите ерунды! – вздохнул Брайон, устало потерев костяшками пальцев переносицу. – Вы пугаете будущую супругу вашего дяди.
– Она не выглядит напуганной, – сказали у меня прямо за спиной. Третий ребенок? – Уверенной, спокойной – очень даже. Почему так?
– Сложная задачка предстоит в этот раз, – цокнул мальчишка сверху, а потом, словив мой взгляд, неловко отговорился: – Сложно понять, почему вы так спокойны.
Ну-ну, а почему тогда я между строк читала что-то вроде «Как же сложно ее будет отсюда выпроводить?» К счастью, в отличие от Амелии, по выражению лица Алекса можно было понять если не все, то почти все. Хоть какое-то облегчение.
– Наверное, вы влюбились в дядю и теперь верите, что сила любви преодолеет все? – справа от меня показалась малышка с длинными каштановыми волосами.
Только же стояла где-то за спиной! Она телепортировалась или что?! Хорошо, что у меня нервы крепкие с тех самых пор, как младшие проверяли меня на прочность разными способами: и из-за угла выпрыгивали, и всякие странные штуки в постель подсовывали. Ведь, по их мнению, нет ничего более забавного, чем сестра, визжащая от ужаса. Увы, не разочаровала я их лишь в первые пару раз, потом привыкла.
– У вас с дядей будет любовь? – взволнованно спросила девчонка с каштановыми волосами.
Эва, кажется? На вид самая дружелюбная, даже притворства не чувствуется. Но выдыхать и думать, что справляюсь, было рановато: я еще не видела ни Соломона, ни Франсуа-Доминик. Моя интуиция подсказывала, что сии чудные виденья даруют мне немало впечатлений.
– Так, ребята, пожалуйста, вернитесь к вашему уроку, иначе мне придется доложить вашему дяде о том, что тут происходит, – скомандовал Брайон. – Обо всем вы спросите мисс Киру чуть позже, когда я официально представлю вас друг другу.
– А не страшно? Докладывать? – вкрадчиво осведомился Алекс, подлетая к Брайону поближе.
– Почему мне, личному помощнику Его Превосходительства, должно быть страшно? – обиделся Брайон.
– Карма, все дела, – развел руками Алекс, отлетая в сторону. – Ну, раз кармы не боишься, докладывай. Но не ври. Ты никакой не помощник.
– Ага, дядя назначил тебя временным помощником и отправил на поиски мамочки для нас, мы все знаем, – хихикнула Амелия. – Новая мама, хотите знать, зачем наш дядя Дитрих так сделал, почему не позволил настоящему помощнику заняться этим делом?
– Во-первых, уважаемая мисс Амелия, я назначен помощником хоть временно, но официально, а, во-вторых, где ваша воспитательница, которая должна следить за тем, чтобы вы посещали занятия? – Брайон возражал достаточно спокойно, я бы сказала, что даже вяло.
Словно эта ситуация повторялась множество раз, и мужчина ленился спорить.
– Сбежала.
– Снова сбежала, – вздохнула Эва. – Наверняка на поиски любви…
– И почему она сбежала? Она в преклонном возрасте, сомнительно, что ее так уж интересовала любовь, – тяжело вздохнул Брайон.
– Всех интересует любовь! И в пятьдесят, и в сто, и три тысячи лет. Просто некоторые запрещают себе об этом думать, потому и кажется, будто у них нет интереса, – возмутилась Эва, глядя на Брайона укоризненно.
– Да не в любви дела, глупая ты девчонка, – прошипел Алекс сверху. – Ей почему-то Франсуа-Доминик ей не понравилась.
– О, точно! – радостно хлопнула в ладоши Амелия и громко закричала: – Франсуа-Доминик, иди сюда! Познакомься с нашей новой мамочкой.
– Нет, не зовите сейчас! – рядом со мной заорал Брайон, хватаясь за голову.
Было от чего. Сверху донесся громкий рык, а пол подо мной задрожал. После чего из-за угла лестницы на всех парах вылетело огромное золотистое чудовище, похожее на льва, и понеслось в мою сторону. Я краем глаза заметила, как скорпионий хвост (по форме, размер-то соответствовал габаритам мантикоры!) «встретился» с перилами лестницы и те хрустнули, словно их сделали не из дерева, а из пенопласта.
Я не орала от ужаса по одной простой причине: понимала, что последние минуты жизни стоит потратить на добрые воспоминания о семье, а не на страх. Однако мантикора успела затормозить передо мной. Ее морда была так близко к моему лицу, что горячий «фырк» я почувствовала прямо на щеках.
– Франсуа-Доминик, отойди от нашей гостьи, пожалуйста, – очень тихо и очень вежливо сказал Брайон. – Будь хорошей мантикоровской леди и не пугай всех подряд.
Мантикора весьма укоризненно посмотрела на Брайона абсолютно человеческими голубыми глазами, но все же сделала четыре шага назад, села на пятую точку и с абсолютно невозмутимым видом принялась вылизывать правую лапу. Хотела бы я сказать, что мантикора очень миленькая, но два факта не позволяли это сделать: сидящее напротив меня чудовище было ростом с меня, и сзади раскачивался самый настоящий скорпионий хвост, с которого капала какая-то жидкость на пол. Там, где капля упала, пол чернел и дымился.
Что ж, я прекрасно понимала няню: я бы тоже сбежала. Останавливал лишь контракт, где четко был оговорен пробный период – три месяца. Именно столько я должна продержаться в этом поместье, чтобы получить компенсацию от Дитриха.
– Да где слуги, в конце концов?! – рявкнул Брайон. – Почему в поместье тишина и пустота?
– Уволились все, кроме садовника и поварихи, – фыркнул сверху Алекс. – А они не знают, как встречать таких благородных гостей, как наша новая матушка из другого мира.
О, оказывается мальчишка способен и на сарказм. Нехорошо, когда уже в таком возрасте… Впрочем, сейчас, положа руку на сердце, я честно призналась себе: я и мое выживание рядом с чудовищем, которое, если судить по размерам, с легкостью может схавать мою голову и не подавиться, беспокоили меня куда больше морального и психологического состояния незнакомых детишек.
– И дворецкий? Не рассказывайте сказки, он служил у четырех баронов, которые отличались максимально мерзким характером. И ни одного нарекания, – процедил Брайон.
– А! Дворецкий, да? – фыркнула Амелия. – А его Соломон поймал на краже. Очень заинтересовался драгоценной дядиной шкатулкой.
– Соломон его изгнал? – устало спросил Брайон.
– Нет, он его допросил. Вытрепал все нервы. Качественно и профессионально, – сказал Алекс, опускаясь прямо на спину мантикоре и вцепляясь в ее шею.
Разумеется, легкий мальчишка начал скатываться по спине вниз, однако Франсуа-Доминик тут же встала, чтобы он не упал на пол. Внимательная тварюшка.
– Он жив? В здравом уме? – со вздохом спросил Брайон, по которому видно было – новости повергли его в некую пучину отчаяния.
– Ну, как сказать…
– Говори как есть. – На лице Брайона не дрогнул ни один мускул.
– В священники подался, раздает все наворованное, то есть, накопленное богатство бедным, собирается приюты поддерживать. В газете писали, что он даже с аукциона продал коллекцию редчайших вин, чтобы денег на благотворительность хватило…
– Вы его заставили?
– Он сам. Соломон умеет убеждать, – сказал Алекс, надувшись, словно его лично оскорбили.
– Соломон умеет угрожать, – процедил сквозь зубы Брайон. – И я прекрасно знаю, как он это делает.
– Какая разница между угрожанием и убежданием, если человек в итоге выполняет все, что хочет Соломон? – спросила Эва, склонив голову набок. – К тому же, Соломон очень умный, бескорыстный и заботливый. Он избавил этого человека от тяги к плохому! Теперь бывшего дворецкого не интересует ни богатство, ни статус, ни алкоголь.