Разыскиваем маму. Срочно! Том 1–2

– Получается, он у вас тиран? И меня отправит в тюрьму, если я сделаю что-то не то? – тут же я нашла очередную лазейку, про себя радуясь абсолютной неискушенности этого помощника.
Это вообще нормально, что я так легко вытягиваю информацию?
– Нет, конечно же. То есть, Дитрих строг, но абсолютно справедлив. Если вы не совершите преступление, то никакого наказания.
– Но я ведь могу по незнанию куда-то вляпаться, – расстроенно сказала я, вздыхая и утыкаясь взглядом себе в колени.
Ну, надо же как-то изображать переживания.
– Что вы, законы наших миров немного схожи. Не убивайте, не воруйте и не причиняйте вреда другим людям – это основное. Все остальное не имеет абсолютно никакого значения, поверьте мне. Даже если вы что-то сделаете не так, то Дитриху не будет до этого никакого дела. Разумеется, его племянники – исключение, – Брайон пытался говорить как можно мягче, но я по голосу четко слышала – нервничает.
Кажется, начинает понимать, что разговор идет куда-то не туда.
– То есть, Дитрих абсолютно равнодушен?
– Нет, конечно, он хороший человек, но слишком занятой. Он тратит время лишь на тех, кто ему нравится, – сказал Брайон.
Я посмотрела на мужчину и заметила каплю пота на его лбу. Он точно помощник самого генерала? Где стальные нервы и абсолютное спокойствие?
– Я ему не нравлюсь? Но он же меня даже не знает? – нахмурилась я.
– Я уверен, что вы ему уже нравитесь, мисс Кира, – вздохнул Брайон. – И этому есть причины. Тот самый пункт, который вы просили добавить в контракт, наверняка вызовет искреннюю и неподдельную симпатию со стороны Дитриха.
– Это какой? – тут я уже удивилась без капли притворства.
– Тот, где вы потребовали, чтобы все эти вещи, которыми… кхм, супруги занимаются в спальне, – Брайон даже покраснел чуть-чуть, – оставались сугубо добровольными. И в первые месяцы брака не было ни физического, ни психологического склонения к этим вещам.
Я приподняла правую бровь, недоверчиво рассматривая мужчину, а после все же спросила:
– И это все?
– Ну, я уточнил, добровольными с обеих сторон, а вы так уверенно и без капли сомнений согласились.
– И благодаря этому пункту, правильно понимаю, я априори симпатична Дитриху?
– Именно! – восторженно ответил Брайон. – Как только вы выдвинули столь прекрасное и разумное условие, я сразу же передал это Дитриху. И, надо сказать, его это очень воодушевило, ведь он женится на по-настоящему разумной и гордой женщине.
Я похлопала глазками как последняя дурочка, но от изумленного возгласа удержалась. На самом деле, я много поправок просила внести в контракт, начиная с того, что меня обязаны хорошо кормить и заканчивая тем, что никто не сможет мне приказывать (пожалуй, за исключением самого Дитриха, но и тут с оговорками). Одна из таких оговорок как раз и оказалась про постель.
– А могло быть иначе? – настороженно спросила я.
– Разумеется, – кивнул Брайон. – Честно скажу вам, всегда было иначе, ведь практически каждая девушка была бы рада оказаться женой Дитриха или получить треть его состояния.
– И какая тут связь? – пробормотала я.
– Вы же знаете, что мужчина, который занимается с женщиной до тридцати пяти лет всеми неприличными делами, обязан нести за нее ответственность?
Понятия не имела, но послушно кивнула, чтобы не сбивать Брайона с мысли. И тот с удовольствием мне все рассказал.
Оказывается, тридцать пять лет – первое магическое совершеннолетие, только после него люди считаются достаточно взрослыми, чтобы устраиваться на работу, приобретать имущество или организовывать бизнес. И если кто-то такой взрослый и могущественный, как Дитрих, вдруг соблазнит кого-то не достигшего магического (не путать с обычным!) совершеннолетия, то обязан будет либо жениться, либо компенсировать нанесенный ущерб, отдав треть своего состояния.
С одной стороны, казалось бы, прекрасный закон, защищающий юных (и не очень) девушек, а с другой – настоящая ловушка для мужчин.
– Поэтому многие юные дамы всеми правдами и неправдами пытались склонить Дитриха к подобным отношениям. Потом никто разбираться не будет, что это девушка все начала – указ издадут, заставят выполнять. Мой начальник, разумеется, совсем не монах, не думайте, что вам есть о чем переживать, однако он не слишком жалует прекрасных юных особ, готовых на все ради материального благополучия. Да и их фантазия знатно потрепала ему нервы. Не может же он, в конце концов, ударить барышню, которая голой забралась в его постель? Или казнить за попытку подлить приворотное зелье. Поэтому ваше предложение так его обрадовало. Ему слишком редко в последнее время встречались прекрасные молодые женщины с головой на плечах, – чуть льстиво улыбнулся мне Брайон.
 
– О, вот как, – вздохнула я, понимая, что мой будущий муж будет весьма проблемным с таким-то опытом отношений. Хорошо хоть, что благодаря абсолютно случайно возникшему в моей голове условию, у Дитриха не будет ненужных предубеждений.
Пока мы болтали, пейзаж за окном не единожды менялся, но чего-то непривычного я не заметила. Обычные деревенские домики – симпатичные, приятные глазу. Радовало, что, когда мы проезжали по городу и деревенькам, я не заметила никаких признаков бедности. В таком мире не пропадешь. Наверное. Утверждать можно будет лишь в тот момент, когда я познакомлюсь с племянниками Дитриха.
Стоило об этом подумать, как карета качнулась, останавливаясь.
– Что ж, мы приехали в фамильную резиденцию Его Высокопревосходительства Дитриха, – слегка возвышенно произнес Брайон, а после ловко выбрался из кареты, придерживая для меня дверь и подавая руку.
Я встала, наконец, на твердую землю, подавив неуместное желание потянуться и размяться, и огляделась. Ого! Ничего себе. Я, конечно, догадывалась, что Дитрих весьма богат, но такой роскоши не ожидала: и фонтан, и идеально ухоженные деревья, и роскошные витые скамейки, которые сверкали так, словно кто-то включил подсветку. Магия, да?
– Мисс Кира, давайте пройдем в особняк, я всем вам расскажу уже на месте. Да и передохнуть не мешало бы.
Передохнуть после пары часов в дороге, где я болтала и ничего не делала? Кто откажется от бесплатного отдыха, тот точно не я!
Трехэтажный огромный особняк впечатлял не меньше всего остального. И даже двери – высокие, трехметровые, казались чересчур величественными. А как такие открывать? Впрочем, ответ на вопрос я получила сразу же: Брайон притронулся к выемке – и двери открылись самостоятельно.
– Проходите, мисс Кира, – Брайон галантно пропустил меня вперед.
Я сделала шаг, как тут же услышала звонкий детский голосок:
– Это наша новая мама?
 
Глава 2
 
Воодушевление, радость и восторг заметил бы любой. Я подняла взгляд: очаровательная малышка с золотистыми локонами в длинном розовом платье смотрела на меня с верхних ступенек лестницы. Казалось бы, доброжелательная улыбка и ласковый тон должны были убедить меня в том, что мне рады, но уж больно холодные и хитрые глаза у маленькой красавицы. Настоящая принцесса. Это Амелия?
– Амелия, что ты тут делаешь? – подтвердил мое предположение Брайон. – У тебя же сейчас должно быть занятие по истории магии с достопочтенной Флеммой Энифрог?
– Должно, но как можно пропустить встречу с нашей будущей мамой? – улыбнулась девочка. – Занятия у меня каждый день, а встречи с новой мамой не чаще двух раз в месяц!
– Амелия, как ты можешь? – резкий мальчишеский голос донесся… с потолка?!
Я запрокинула голову и едва удержалась от нецензурной брани: прямо над моей макушкой парил мальчишка с мечом в руке. Судя по блеску металла, меч не игрушечный, а вполне себе настоящий. Я сделал шаг в бок, чтобы встать рядом с Брайоном. Если вдруг что – спрячусь за него. Или даже под него – тут уж от обстоятельств зависит. Лучше позор, чем бессмысленная смерть.
Ну а что? Брайон же помощник Дитриха, генерала, значит, точно не такой беззащитный как я. Впрочем, основной причиной, по которой я посчитала, что из Брайона выйдет неплохой щит от детишек, было другое. Меня эти малыши сейчас точно не пожалеют, а вот мужчину – вполне возможно.