Разыскиваем маму. Срочно! Том 1–2

В спальне было светлее, чем днем, благодаря магическому освещению, я стояла в кроссовках и спортивной куртке, с портрета на нас взирала Франсуа-Доминик, так что атмосферка была не то что не компрометирующей, но и ни капли не романтичной.
– Вы… очень хорошо изучили правила этикета, – сказал Дитрих, тяжело вздыхая. – И чем я могу загладить вину?
– Ответьте на парочку моих вопросов – и мы все забудем как страшный сон. Причем я бы хотела получить полный ответ, а не тот, который вызовет еще больше вопросов, – сказала я, сама удивляясь своей смелости.
– Страшным сном меня называют впервые, – пробормотал себе под нос мужчина. – Что ж, если это не касается журнала и некоторых тайн, то, прошу, спрашивайте.
– Почему я?
– Что? –
– Почему именно меня выбрали в качестве вашей потенциальной жены и матери детей? И почему матери, а не, допустим, няни или воспитательницы? – в лоб спросила я. – Последнее было бы куда логичнее. И почему именно простой человек, а не, допустим, маг? Разве тому, кто владеет магией, не было бы проще справляться с детьми-магами?
Дитрих посмотрел на меня, а после подошел к небольшому столику в углу комнаты, отодвинул одно кресло, жестом предлагая мне сесть, а сам бесцеремонно опустился во второе.
– Долго объяснять, неудобно заставлять леди стоять. Я сегодня столько всего нарушил, стоит хотя бы где-то вести себя соответствующе, – начал Дитрих и, дождавшись, пока я сяду, заговорил: – Мне нельзя жениться на женщине-маге, потому что юным магам противопоказан длительный контакт исключительно с магами. У Эвы, Амелии и Алекса только-только начала формироваться аура. Чтобы она развивалась правильно, им нужно как можно меньше контактировать с другими магами, которые влияют на их магическую силу. Иначе возможно все: от легкого недомогания до хронической магической болезни, укорачивающей жизнь. Поэтому рядом с ними постоянно могут находиться лишь магические существа, которые способствуют правильному развитию магии, и обычные люди.
Я едва не охнула. Это звучало ужасно. Когда Брайон рассказывал, что племянники живут отдельно от Дитриха, то я не думала, что причина в чем-то таком!
– Получается, вы именно по этой причине не можете быть с ними рядом? – спросила я, а после едва себя не пнула – ну кто же наступает на больные мозоли?!
– Не совсем верно. Благодаря тому, что с нами будет проживать человек вообще без магической силы, я смогу больше общаться с детьми, потому что вы своим присутствием… как бы правильно выразиться. Представьте каплю концентрированной краски. Если на кого-то попадет – останется пятно, которое не отмыть. Примерно так взрослый маг может повлиять на несформированную магическую ауру ребенка. Но если эту каплю краски сильно разбавить водой – то есть, вами – то никто не только не испачкается, но и, с высокой вероятностью, даже не заметит.
– Поэтому в качестве жены может быть исключительно обычный человек без магии, – кивнула я, чувствуя, что один паззл головоломки становится на месте. – Но почему из другого мира, а не из вашего? Разве тут найти не проще?
Дитрих грустно улыбнулся, открыл рот, а после…
Дверь моей комнаты с громким звуком рухнула прямо на пол, заставив меня вздрогнуть, а Дитриха – встать передом мной.
Я выглянула из-за плеча Дитриха, решив, раз он не говорит мне ложиться на пол или ползти под кровать, то все более или менее безопасно.
Дети!
Алекс с таким огромным мечом в руках, от веса которого его, кажется, пару раз качнуло из стороны в сторону, Эва с огромной вазой и Амелия с палкой, на конце которой светился шар.
– Дядя! – радостно заорал Алекс так, что если бы в доме кто-то был не в курсе, что Дитрих вернулся, то сразу бы узнал.
Меч с жутким грохотом рухнул на пол, а за ним полетел посох Амелии и, судя по звуку, металлическая ваза Эвы. Все трое разом бросились к дяде с радостными визгами и писками. А я мигом выскочила из-за спины будущего муженька и сделала пару шагов в сторону: вдруг снесут дядюшку и тот свалится прямо на меня.
– Вернулся!
 
– Наконец-то!
– Да-да, силач, умница и красавица пришли меня встречать? – ласково произнес Дитрих, а я едва не рухнула на пятую точку: этот галатно-ехидный и временами суровый и беспощадный человек может говорить с таким трепетом?
– Да-а-а! – хором ответили дети.
– А почему так недружелюбно? – спросил Дитрих, а потом шутливо надулся: – Мне показалось, что вы хотите меня побить.
– Хотим! – воскликнул Алекс.
– Но не тебя, – тут же добавила Эва.
– А ту ведьму, которая заставила тебя сначала зайти к ней, а не к нам – твоим самым дорогим племянникам, – насупился Алекс.
– И, заметь, дядя, о том, что мы самые дорогие и ценные говорили не мы, а ты сам, – наставительно заявила Амелия, первая выбираясь из объятий дядюшки. – А теперь ты по приезду не идешь к нам, а к кому-то другому.
– Мы бы поняли, будь у вас любовь и другие радости. Такой леди мы бы уступили тебя, дядя, ведь ты заслуживаешь всего самого лучшего в этом мире, а что может быть лучше истинной любви? – сказал Эва. – Но ты же в первый раз с ней видишься! Или это любовь с первого взгляда?
– Не мели чепуху! – огрызнулся Алекс. – Она ведьма, вот и пошел к ней…
– Она не ведьма, – качнул головой Дитрих, а после выпустил из объятий Алекса и Эву. – Я уже проверил с помощью амулета. Но, милые и дорогие ценные мои, скажите-ка…
Что сказать Дитрих не уточнил. Он очень выразительно посмотрел на выбитую дверь, валяющееся оружие, а после – на своих племянников.
– Мы… тебя думали спасать, – начала Амелия, но тут же запнулась, потому что Дитрих приподнял бровь и укоризненно покачал головой.
– Предполагаете, что сможете справиться с чем-то, с чем не могу я? К тому же, будь тут самая настоящая ведьма, то первой бы отреагировала мантикора, попытавшись утащить вас всех куда подальше, чтобы защитить, – сказал Дитрих. – Скажите-ка, вы так плохо учили монстроведение или же пытались так пошутить над госпожой Кирой?
Дети молчали, переглядываясь.
– Думаете, что если я вас очень люблю, то закрою глаза на ваши шалости и позволю вытворять все, что хотите? – ласково спросил Дитрих.
– Нет, дядя, мы так не думали, – ответил за всех Алекс, и тут же спешно добавил: – Извини.
– Извинения вы должны приносить не мне, – спокойно сказал Дитрих, а после кивнул в мою сторону.
И, что удивительно, дети его послушались! Подошли ко мне по очереди и извинились. Совершенно нормально, я бы сказала, что даже искренне – ни недовольства, ни скрежета зубов, никаких признаков того, что их буквально заставили.
Это уж слишком! Меня так ни мантикора, ни призрак не шокировали, как этот маленький эпизод.
– Вот и отлично. А теперь идите спать, вас завтра ждет длинный-длинный день. Вы в подробно мне расскажете, почему не стоит ломать дверь в комнате леди ночью, врываться с мечом, посохом и артефактом. Особенно если этот артефакт – ваза абсолютного невезения.
А-а-а, так это была не просто ваза для атаки. Милые, милые дети! Амелия застонала и бросила на сестричку укоризненный взгляд. Да уж, Эва преподнесла сюрприз, а я-то считала, что она самая дружелюбная.
– Вместо основных занятий повторим с вами основы монстроведения, чтобы вы точно не забыли обо всех основных признаках ведьмы. И, конечно же, чтобы такого поведения по отношению к обычному человеку с вашей стороны не было, я лично проведу пятичасовую лекцию о том, почему для магов так важны люди, особенно – из другого мира. И вас, госпожа Кира, я тоже приглашаю на эту лекцию, думаю, вы узнаете оттуда много полезного.
Дитрих все еще оставался для меня загадкой, но одно стало понятным: свое слово держит безукоризненно. Пятичасовая лекция и впрямь была пятичасовой и чертовски полезной. Но, признаюсь честно, мой мозг практически вскипел и умер к концу. А ведь я всегда считала, что у меня уникальные способности к обучению! Иначе как бы я получала отличные оценки, умудряясь подрабатывать, заниматься бытовыми проблемами и делать уроки со всеми младшенькими? Свои домашние задания исключительно чудом я всегда успевала делать на переменах. Нынешняя лекция снесла нехилый кусок горы моей уверенности в своих способностях к обучению.