Как песок сквозь пальцы (СИ)

— Как наказать? За что? — возмутился омега.
— Только я могу быть внутри тебя! Так что считай, что я поймал тебя на измене мужу! — грозно рыкнул Салах.
— Ты шутишь! — Дэйчи не на шутку испугался и стал брыкаться. — Скажи немедленно, что ты шутишь!
— О-о! — раздался удивленный возглас альфы, — дорогой, у нас гости, или ты все же решил, что у меня таки будет гарем?
Салах аккуратно поставил Ясмина на ноги. От возбуждения и страха перед наказанием ноги у Дэйчи предательски подкосились, и Салах подхватил обмякшее тело мужа, трепетно прижав к себе в ожидании ответа. Дэйчи сфокусировал взгляд. В комнате сидели Сашши с Виленом, они обедали. Вид у обоих был ошарашенный. Если Сашши просто застыл с открытым ртом и ложкой в руках, то Вилен набычился и, похоже, собирался бодаться.
— Это наши гости! Так, все расслабились немедленно! Познакомься, это Вилен Фламмарион, он помогает мне с книгой и учебой! Вилен, даже не мечтай, замуж тебя выдадут родители, а не я! И на моего альфу можешь даже не облизываться!
— Обещаешь? — на лице Вилена промелькнуло облегчение, а потом он вдруг довольно рассмеялся, — а то я уже испугался! Ты умеешь быть непредсказуемым!
— А это Сашши… — Дэйчи посмотрел на Салаха, — ты, что, не узнал его?
— Нет, — альфа, не скрываясь, принюхался, — пахнет так же, а вот вид совершенно другой! Простите, Сашши, я вас не узнал! И кто из них привез тебе эту игрушку? — Салах опять хлопнул Дэйчи по попе, вызвав у него ответный стон. — И чего я еще не знаю?
— Даже не знаю с чего начать, — Дэйчи попытался собрать ускользающие мысли. — Можно я ее все же вытащу? А потом я тебе все расскажу. Обещаю!
— Вначале наказание! — довольно улыбнулся альфа, и подтолкнул омегу к дверям спальни, — а то, когда еще такой случай представится?
========== Наказание ==========
Дэйчи отругал себя несколько раз, прежде чем успел переступить порог комнаты. Он уже давал себе зарок не вестись на подарки гаремных омег. Вот, все то у них с подвохом, лишь бы подставить, лишь бы унизить! В голове мелькали жуткие картинки наказания, одна страшнее другой, он уже начал продумывать варианты защиты, если вдруг придется прилюдно доказывать свою невиновность. Но не успел он себя накрутить до истерики, как оказался зажат в крепких объятиях мужа.
— Я сейчас помогу тебе избавиться от игрушки, — руки Салаха скользили по платью, поднимая его, оголяя ноги и путаясь в складках шелка так же, как когда-то в тот самый первый день, когда они были в библиотеке. — Я накажу тебя так, чтобы у тебя никогда не возникало даже мысли искать мне замену.
— Да я не искал замену, — Дэйчи горел на медленном огне собственного возбуждения. — Я хотел подготовиться, но ты можешь делать все что угодно, только вытащи это из меня, — омега почувствовал, как губы альфы уткнулись в метку, кусая и посасывая тонкую кожу, — только быстрее, я скоро кончу. Похоже, я не подумал о последствиях своего поступка.
Альфа прошелся пальцами по спине и наткнулся на анальную пробку. Ясмин глухо застонал, уткнувшись носом в плечо альфы, когда тот прижал ее пальцами, загоняя глубже. Омега раздвинул ноги шире, позволяя вытащить ее. Салах целовал склоненную шею, наслаждаясь дрожью, которая волной пробегала по коже супруга в предвкушении оргазма. Альфа посмотрел на приоткрытые влажные губы, с которых срывалось прерывистое дыхание, на сведенные судорогой руки, которые вцепились в его плечи, на расширившиеся зрачки глаз под полуприкрытыми веками. Ясмин был на грани. Салах вначале пошевелил пробку, а потом потянул ее наружу. Увидев, как омега закусил губу, альфа, ухмыльнувшись, снова загнал ее глубоко и сразу вытащил. Салах почувствовал, как с глухим протяжным стоном кончила его пара. Накрыв его рот, он медленно и неторопливо собирал с губ супруга возбуждение, как росу с цветка.
— Ясмин, мой Ясмин. Я мечтал о тебе с того самого момента, как увидел у кабинета директора. Твой аромат, который ты прятал под ужасным запахом табака, сразу вскружил мне голову. Я не мог поверить, что ты можешь быть одинок. Ты такой чуткий, такой страстный! Я еще тогда понял, что ты должен быть моим! — Салах, приговаривая, расстёгивал пуговки платья.
 
— Тебя обидели когда-то, предали, и ты закрылся от всего мира, укутав свое сердце в кокон своих обид, не позволяя никому к нему прикоснуться. Доверься мне, я люблю тебя! Я тебя не обижу и не предам, Ясмин, открой мне свое сердце. Ты мое дыхание жизни, пойми, я не причиню тебе боли, ты моя половинка, только с тобой я чувствую себя целым. Доверься мне.
Дэйчи, как когда-то в колледже, стоял, уткнувшись носом в плечо альфы, пытаясь выровнять дыхание и наслаждаясь сладкой дрожью послеоргазменых судорог. Голос альфы завораживал, как дудочка беде*. В этот момент он был согласен на все, поверить в любые чудеса, лишь бы продлить это чувство спокойствия и умиротворения. Платье с тихим шелестом соскользнуло с плеч, упав к ногам, слегка дернув при этом руки за запястья. От этого невесомого падения Ясмин будто очнулся и принялся лихорадочно раздевать своего альфу. Очень хотелось прикоснуться кожей к его коже, и ощутить на своей груди как в груди бьется альфье сердце.
Салах казался абсолютно спокойным, если бы не пульсирующая в сумасшедшем темпе голубоватая жилка на его шее. Дэйчи губами прикоснулся к ней, как вампир из сказки, ощущая лихорадочный пульс. Альфа в ответ только рыкнул и дрожащими пальцами дернул пряжку ремня собственных брюк. Его дыхание вновь сбилось, а зрачки, расширившись, затопили золотистую радужку. Омега прокладывает дорожку из поцелуев по крепкому торсу, успевая увидеть, как из недр белья появляется член, стоящий, как флагшток на площади. Дэйчи опускается на пол на ослабевших от желания ногах. Так хочется… Хочется всего и сразу! Он скользнул руками по крепким мышцам спины, хватаясь за крепкие и упругие ягодицы. Стоило только ему прикоснуться губами к сочной и налитой головке, как Салах замычал и сгреб его в медвежьи объятия.
— Ну, уж нет! Ты наказан и сладкого не получишь! — Салах подхватил его на руки, и омега тут же оплел его ногами, чувствуя, как сильные пальцы поддерживают его под попу. Такая близость к ноющему в ожидании анусу вырвала у Дэйчи протяжный стон. Еще чуть-чуть и он, наконец, получит то, о чем мечталось и грезилось в последние дни. Салах встал, расставив ноги шире, чтобы надежнее удерживать дополнительный вес второго тела. Он потирался возбужденным членом о промежность разомлевшего омеги.
— Ну и кто здесь кого наказывает? — прошептал Дэйчи в горячий рот, обнимая непослушными руками крепкую шею, не отпуская и вдыхая родной запах, — давай же быстрее на кровать, я же чувствую, как ты хочешь…
— Нет, — Салах прижал крепче к себе Ясмина, — я хочу, чтобы ты доверился мне полностью и отдался не только телом, но и духом. Ты должен поверить мне и принять меня до конца. Ясмин, любовь моя, поверь мне.
Дэйчи застонал, ощущая длинные пальцы внутри себя. Этого было мало, омега выгнулся, насаживаясь сам еще и еще глубже. Салах не мог отвести глаз от его потрясающего тела, подрагивающего от наслаждения с каждым движением. Такой горячий, гибкий и полностью открытый для него! Омега ухватился за его плечи и, не сдерживаясь, застонал, запрокидывая голову и открывая для поцелуев беззащитную шею. И Салах не стал отказывать себе в таком удовольствии. Он целовал, временами покусывая и с удовольствием наблюдая за остающимися отметинами, предвкушая, какой причудливый узор из синяков и засосов будет виден завтра. И хочется именно этого, одной метки на шее уже мало!
От этого чудесного ощущения наполненности, прикосновения сильных рук, крепко прижимающих к себе, Дэйчи совсем разомлел и только тихонько постанывал в шею Салаха. Альфа толкнулся раз, другой. Дэйчи почувствовал, как удовольствие охватило его, но эта непривычная поза совершенно не позволяла расслабиться. Ноги начали дрожать от напряжения, соскальзывая по вспотевшей коже.
Возбуждение волнами накатывало на Дэйчи, пробегая импульсами по нервам, щекоча, как щетка по зудящей, едва зажившей ранке. Подвешенное состояние, чувство, когда ты весь в чужой власти и от тебя ничего не зависит, было очень пугающе и не давало дойти до конца. Очень хотелось упереться руками и ухватится за что-нибудь, чтобы не быть просто марионеткой, а почувствовать хотя бы призрачный контроль над ситуацией, когда можешь двигаться сам, как и когда захочешь… Не выдержав такой пытки, Дэйчи взмолился: