Холодное солнце Валиана (СИ)

— Когда ты окажешься в теле брата, тебе станет чудовищно больно и страшно, я сразу же начну лечить тело, но первые мгновения всё равно будут самыми ужасными. Тебе захочется сбежать, но прошу Сэя, просто молю: останься в теле, удержись, — взмолился Ленд.
— Я справлюсь, ради Айрена, всех жителей города и погибшего брата. Теперь мне жить за двоих, — сквозь стиснутые зубы проговорила драконица.
Ленд встал, широко расставив ноги, зелёный свет потёк из центра его ладони и устремился к начертанным на телах символам. Аксельванты вспыхнули, заискрились, взвились в воздух белоснежным сиянием.
Сэя почувствовало, что её закрутило в безумном водовороте. Она пыталась сделать вдох, хотела закричать, но тело больше не подчинялось. Невероятная сила вырвала её из оков плоти, мир вокруг замерцал, играя радужными переливами. Время замедлило свой бег, всё казалось таким зыбким, ненастоящим. Драконица взглянула вниз, на своё застывшее, распластавшееся на земле тело, покрытое синяками, царапинами и грязью. Растрёпанные волнистые волосы образовали светлый ореол вокруг головы, синие глаза неподвижно смотрели вверх, безжизненные и пустые.
Сэя услышала странный зов, он шептал, манил, обещая покой и избавление. Здесь, в этой невесомости, больше не было ни боли, ни страдания. И драконица поддалась, позволила неизвестному голосу вести себя. Та же чудовищная сила, что выдернула её из тела, подхватила и потащила вниз. Всё завертелось, переплелось. На мгновение померкло, погрузившись в кромешную тьму. А потом пришла боль, дикая, чудовищная, невыносимая. Она вгрызалась в плоть, порождая собою всё естество. Безумная, дикая, неуправляемая агония. Драконица закричала хриплым мужским голосом, забилась, задёргалась в страшных судорогах. Ей было невообразимо холодно и горячо одновременно. Захотелось сбежать, покинуть чужое, неудобное, неповоротливое тело, прекратить страдания.
— Потерпи, милая, потерпи немного, — ласково заговорил Ленд. Тёплые, покрытые магическими символами руки коснулись сотрясаемого судорогами тела. Энергия полилась горячим, живительным бальзамом, она сращивала кости, заживляла глубокие рваные раны и ожоги.
Крик оборвался, затих, перешёл в тихие всхлипывания, а потом и просто в прерывистое дыхание.
Когда процедура исцеления подошла к концу, зелёный дракон сел прямо на землю. Он отбросил назад прилипшие к лицу волосы, шумно вздохнул, раздувая щёки.
Сэя пошевелилась, это движение показалось ей каким-то странным, непривычным. Она взглянула на свои новые руки, большие, сильный и мускулистый. Сжала и разжала пальцы, покрутила запястьями. Опустила взгляд на грудь, живот и ниже. Почему-то всего на мгновение сделалось стыдно. Сэя медленно приподнялась и села. Сейчас драконица не могла в должной мере описать свои ощущения, такими необычными и дикими они казались. Повернув голову, Сэя взглянула на своё, теперь уже лишённое души тело и отшатнулась, такой ужасной показалась ей эта картина. «Что же я наделала!» — взорвала мозг безумная мысль. «Получилось, у него получилась. Я в теле брата, как вообще такое возможно…» — сразу же пришла вторая.
— Ты как? — Ленд попытался улыбнуться, но у него ничего не вышло, слишком явно на его лице отразилось горечь и отчаяние.
— Очень странно, — ответила Сэя и вздрогнула: её слова произнёс голос мёртвого брата. Её бросило в холодный пот, захотелось сбежать и покинуть это тело. Драконица тяжело задышала.
— Тебе нужно решить, как объяснить всё Айрену, — проговорил Демиан, всё это время дракон молча, с наигранным безразличием наблюдал за происходящим.
— Айрену? — произнесла Сэя растерянным голосом и ещё раз осмотрела свою новую оболочку.
Паника накатила новой отчаянной волной. А если не получится вернуть прежнее тело? Если драконица так и останется мужчиной до конца своих дней? Что будет делать Айрен? Он не бросит её, не откажется. Любимый будет страдать, каждый день, медленно и мучительно. Сэя понимала, что и так сломала ему жизнь. Обрекла на вечное изгнание, а, возможно, и на смерть. «Ах, если бы он никогда меня не встретил, какой лёгкой и счастливой была бы его жизнь» — мысль острыми иглами пронзила сознание. Лучше отпустить его сейчас, дать шанс на нормальную жизнь. Айрен оправиться, придёт в себя, переживёт.
 
— Мы ему не скажем, нет, я не могу предстать перед ним в таком виде, — уверенно и на удивление спокойно произнесла драконица.
— Сэя, Айрену лучше всё объяснить, так будет правильно, — возразил Ленд, удивлённо глядя на подругу.
— А если я никогда не вернусь в своё тело? Если так и останусь Райаном? Как нам тогда жить дальше? Нет, я должна его отпустить. Понимаю, Айрену будет больно, но он переживёт, справиться. Одно большое и страшное страдание лучше и милосерднее каждодневной пытки! — заговорила она, каждый раз вздрагивая от звука собственного голоса.
— Ещё ничего не потеряно, мы можем провести ритуал, выбраться из западни и вернуть тебе тело, — Ленд осторожно коснулся её плеча, попытался заглянуть в глаза.
— Вот тогда и расскажу, когда вернусь в своё тело, а если не вернусь, зачем ему знать. Я пожертвовала нашим счастьем ради общего блага. Опять подвела Айрена: не могу признаться, не заставляйте, не могу, — горячие слёзы опять побежали по щекам.
— Ты точно решила не говорить? — уточнил Демиан.
— Да, точно, решила, — голос на удивление прозвучал твёрдо.
— О том, что произошло, знаем только мы трое, и сейчас мы обязаны поклясться молчать. Для Айрена, Реда и всех остальных ты умерла. И пока мы не вернём тебе тело, эта тайна останется между нами. С этого момента Сэи больше нет, ты теперь Райан. Мы договорились? Даём друг другу слово? — спросил Демиан, глядя то на Сэю, то на Ленда.
— Даю слово, — с жаром в голосе проговорила драконица.
— Ленд? — Демиан строго посмотрел на приятеля.
— Ладно, даю слово, — нехотя отозвался полукровка.
***
Сэя попробовала пройтись, привыкая к чужому, более крупному и массивному телу, её поразило, сколько силы и неуёмной энергии содержалось в её новой оболочке. Демиан предложил было драконице плащ, но она отказалась: настоящего Райана никто не стал бы одевать.
Ленд нанёс сохраняющие аксельванты на её женское тело и накрыл его плащом, пряча от любопытных глаз. Жители города начинали постепенно приходить в себя. Зашевелились потерявшие сознание оборотни и такманы.
— Нужно отнести тело в замок и оставить в холоде, — проговорил Ленд.
— Райан, тебе лучше самому нести сестру, — обратился к драконице Демиан, и она не сразу смогла сообразить, что от неё хотели.
Ред и Айрен появились из-за поворота. Драконы уже успели одеться и теперь осматривали разрушенный бойней город. При виде возлюбленного сердце Сэи затрепетало от радости. «Жив, не пострадал!» — хотелось броситься серебряному дракону на шею, обнять, втянуть носом родной пьянящий запах. Выплакать всю боль, кутаясь в ласковые объятия. Но она вовремя опомнилась и подавила возникшее желание. А потом пришла другая мысль, заставив похолодеть кончики пальцев: «Он сейчас увидит меня мёртвой!» Паника стихийной волной забурлила в душе, захотелось сбежать, провалиться сквозь землю, только бы не видеть его страданий. Вся решимость вмиг куда-то испарилась.
— Мы не смогли покинуть город, что за злобные шутки? — недовольно пробурчал Ред. — Дело рук полукровки?
— Маги вмешались в ритуал, и он прошёл не так, как нужно, большего сказать не могу, — ответил Демиан.
— Я читал трактат одного учёного, непризнанного Валианской академией наук. В моей библиотеки сохранился экземпляр его книги, любопытная работа. Так вот, он утверждал, что существует множество параллельных реальностей, и даже пытался доказать: маги путешествовали между мирами. Он умер в забвении, так и не узнав, что оказался абсолютно прав. Но я опять отвлёкся. В книге была теория, что можно застрять между мирами, попав в некое подобие временной петли. Когда живое существо покинуло один мир, но не смогло добраться до другого, оно так и будет скитаться между измерениями, пока не погибнет, — произнёс Айрен, его лицо оставалось спокойным, серебряный дракон хмурил лоб и немного щурился, он всегда так поступал, когда думал. Мёртвое тело, укрытое зелёным плащом, он пока не заметил.