Спасите меня, Кацураги-сан! (СИ)

— Ведите себя достойно, Мурата-сан, — спокойно ответил я и сел рядом с Асакурой Джуном.
Мурата Сатоши что-то громко прошептал себе под нос, но больше вызывающими заявлениями не бросался. Асакура легонько толкнул меня локтем в бок и прошептал:
— Правильно-правильно, Кацураги-сан. Таких, как он, нужно сразу ставить на место. Можете не сомневаться, после вчерашнего я обязательно приму вашу сторону. Такой точной постановки диагноза я на своей практике ещё не встречал. А учитывая, что вы терапевт, а не невролог. Что ж, аплодирую стоя.
— Благодарю за тёплые слова, Асакура-сан, — улыбнулся я.
Асакура Джун начинал мне нравиться всё больше. Сказанное им — не просто похвала. В его словах был скрытый смысл. «Я — невролог и не смог поставить этот диагноз. А вы — терапевт, смогли». Далеко не каждый специалист способен сказать такое. Для этого нужно уметь ставить искренность превыше своего авторитета. Очень редкая черта.
Двери в конференц-зал распахнулись и внутрь вошёл мужчина в строгом костюме. Халата на нём не было, зато сам костюм был белоснежным. По важной походке и властному взгляду я сразу понял, что передо мной заведующий терапевтическим подразделением — Эитиро Кагами.
А он весьма молод. Я ожидал увидеть очередного старожила, но передо мной оказался мужчина на вид лет тридцати пяти.
— Нода Такео, прошу покинуть конференц-зал, — на ходу произнёс Эитиро. — С вами мы уже вопрос обсудили. К вам у меня больше претензий нет.
— Благодарю, Эитиро-сан, — низко поклонился фельдшер и поспешно покинул конференц-зал.
Нет претензий? Интересно. С чего вдруг такое решение?
Эитиро Кагами сел во главе стола и расслабил галстук, стянувший шею.
— У меня очень мало времени, коллеги, — сообщил он. — За полчаса нам нужно разрешить все поднявшиеся вопросы. Начнём с вас, Мурата-сан.
Эитиро сразу же перешёл к делу. Быстрый и прямолинейный. Заведующий больше напоминал хищную птицу, чем человека.
— А с чего, собственно, я должен начать? — пожал плечами Мурата Сатоши. — Меня оклеветали, и я ещё…
— Это уже не первый инцидент с вашим участием, Мурата-сан, — проигнорировал болтовню терапевта Эитиро. — Вам крупно повезло, что пациентом оказался человек с нижнего этажа и жалобы в министерство он не подаст. Вторая удача заключается в том, что состоянию его здоровья, несмотря на ваш поступок, больше ничего не угрожает. Я верно понял ситуацию, Асакура-сан?
— Верно, Эитиро-сан, — кивнул невролог. — У Фукуды Игараси произошла транзиторная ишемическая атака. Благодаря находчивости и быстрыми действиями Кацураги-сана нам удалось быстро привести его в порядок.
— Вот как? — на лице Эитиро промелькнуло мимолётное удивление. — Рад это слышать. А теперь вернёмся к вам, Мурата-сан. Как вы понимаете, ситуацию удастся замять. Поэтому я и решил провести закрытое совещание. Распространять слухи о произошедшем будет строго запрещено. Однако вы извинитесь перед Кацураги-саном здесь и сейчас. А после будете лишены всего накопленного на этой должности рейтинга.
— Это возмутительно, Эитиро-сан! Никаких доказательств нет! Вы поверили на слово фельдшеру и новичку-терапевту⁈ — воскликнул покрасневший Мурата.
— Я всё сказал, Мурата-сан! — слегка повысил голос Эитиро.
Десяти минут наблюдения за Эитиро Кагами мне хватило, чтобы проникнуться к заведующему уважением. Он был сдержан, справедлив и в меру жесток. Идеальная комбинация для начальника.
— Но я честно зарабатывал этот рейтинг несколько лет… — просипел ошалевший Мурата Сатоши.
— Мурата-сан, давайте я скажу вам прямо, если вы так этого хотите, — склонившись над столом, произнёс Эитиро. — Я собрал куда больше доказательств вашей причастности к произошедшему, чем вы полагаете. И если вы не выполните мои требования, из этого кабинета вы уйдёте уже домой. Искать новое место работы.
— Во всём виноват Нода Такео, — продолжил оправдываться Мурата. — Он неправильно меня понял! Уволить нужно его!
— Он — фельдшер, а вы — врач. Причём, лечащим врачом пациента был Кацураги-сан. Каким боком вы оказались в этой истории, я даже разбираться не хочу. Эти детали пусть лучше останутся на вашей совести. А теперь, извиняйтесь, Мурата-сан. Либо собирайте вещи.
 
В воздухе повисло невероятное напряжение. Я слышал бешеный стук сразу трёх сердец. Спокойными оставались лишь я и Эитиро Кагами.
Мурата Сатоши медленно поднялся и, опустив голову, процедил сквозь зубы:
— Прошу меня простить, Кацураги-сан.
Всем было прекрасно понятно, что искренности в его словах не было от слова совсем. Но уговаривать Мурату извиниться так, как подобает, никто не стал. Это стало бы слишком сильным унижением по отношению к врачу.
Хотя я считал, что он этих унижений заслуживает.
— Извинения приняты, Мурата-сан, — сухо ответил я.
— Отлично, — кивнул Эитиро. — Мурата-сан и Асакура-сан, можете быть свободны. Накадзима-сан, если не желаете остаться…
— Нет, Эитиро-сан, у меня есть к вам одна просьба. Она касается Кацураги-сана, — сказал заведующий терапевтическим стационаром.
Асакура и Мурата покинули конференц-зал. Прежде чем покинуть помещение, невролог подмигнул мне и лишь потом закрыл дверь.
Накадзима Хидеки продолжил:
— Я собираюсь допустить Кацураги-сана к дежурствам в моём стационаре. Мне хотелось бы, чтобы вы подписали для него допуск.
Нагата Джиро улыбнулся, посмотрев на меня с другого конца стола. Видимо, наставник очень переживал, не свалят ли на него мои косяки. Однако поводов для тревоги больше не осталось. Нагата гордился своим стажёром.
— Разумеется, если вы считаете, что Кацураги-сан готов, я подпишу, — кивнул Эитиро. — Вместе с прошением об окончании стажировки.
— Эитиро-сан, — вмешался в разговор я. — Моя стажировка продлится всего один день?
— Движение по карьерной лестнице в нашей клинике очень динамичное, Кацураги-сан, — ответил Эитиро. — В любой момент можно взлететь вверх или рухнуть вниз. Вы сегодня увидели оба примера. Правда, и вы, и Мурата-сан пока останетесь закреплёнными за своими этажами. Просто ваша стажировка завершится, а рейтинг Мураты-сана обнулится и ему вновь придётся копить очки для достижения следующих этажей. Думаю, вполне справедливо. Вы согласны со мной?
— Да, Эитиро-сан, — кивнул я. — Благодарю.
— Хорошо, — подытожил Эитиро Кагами. — Тогда все могут быть свободны. Кроме Кацураги-сана. Мне с нашим новым сотрудником хотелось бы поговорить наедине.
— В чём дело, Эитиро-сан? — забеспокоился Нагата Джиро. — Может, мне стоит остаться?
— Нет, идите, Нагата-сан, — настоял Эитиро. — Это — разговор для нас двоих.
Нагата Джиро и Накадзима Хидеки покинули конференц-зал.
Мы с Эитиро Кагами остались наедине.
— Что ж, Кацураги-сан, — начал заведующий. — Рад, что главная проблема решена. Но у меня есть к вам пара претензий, касаемо другой темы.
  
Глава 8
 
За двое суток я уже выслушал столько претензий, что новые меня совсем не пугали. И что самое удивительное, негатив высказывали коллеги и начальство, но не пациенты.
Это лишний раз заставляло задуматься о том, что работа в этой клинике очень многослойная. И здоровье пациентов — это лишь самый тонкий, верхний слой пирога. Самое важное лежит в глубине, на уровне переплетений интриг и вечной борьбы за рейтинг.
— Я готов обсудить ваши претензии, Эитиро-сан, — сказал я заведующему.
Эитиро Кагами казался мне адекватным человеком. Посмотрим, конечно, какие претензии он выскажет, но я в любом случае доволен тем, что на месте заведующего сидит он, а не какой-нибудь Мурата Сатоши.
— Послушайте, Кацураги-сан, хочу, чтобы вы сразу поняли, — начал Эитиро. — Я принял вашу сторону в этом конфликте далеко не по той причине, что вас поддерживает семья Акита.
— Эитиро-сан, помощь Акиты Такехиро и его дочери была единоразовой, — объяснил я. — Не нужно думать, что я пытаюсь рулить вашей клиникой через семьи корпорации. Всё, что мне нужно, это двигаться вверх по карьерной лестнице. Своими силами.