Мрачный Жнец (ЛП)

— Угу, — Азагот подплыл ближе, и от его движения она слегка покачивалась в воде.
Она игриво всплеснула руками, изо всех сил изображая тюленя, который и не подозревал, что на него вот-вот набросится большая белая акула.
— О, и, похоже, Гадес и К ат снимают жильё в Сиднее, пока он работает над созданием нового Шеул-Г ра, но она сказала, что он хочет назвать его как-то иначе. Кажется, Тартар. Он увлекается греческой мифологией. Хочет создать ещё несколько титанов… — Азагот поймал её, и она взвизгнула от притворного возмущения. Смеясь и брызгаясь, он прижал её к себе, и она обхватила его ногами за талию, прижав его эрекцию к своему лону.
— Мы ещё не делали этого в бассейне, — пробормотала она, когда он слизывал воду с её шеи.
— Это потому, что твоё любимое место для секса — в океане. — Он приподнял её ровно настолько, чтобы насадить на член, и она застонала, когда он медленно опустил её, растягивая чувствительные ткани, чтобы принять его.
— Не знаю, — выдохнула она, и её тело мгновенно ожило. — Секс в бассейне может быть не менее приятным.
Он наклонил голову и обхватил её грудь. Его язык был волшебным, когда он ласкал сначала один сосок, а затем другой.
— В равной степени? Нет. Я знаю, как сделать секс в бассейне твоим любимым видом водного спорта, — пробормотал он, касаясь губами её кожи.
— Я не думаю, что это возможно…
В мгновение ока он уложил Лиллиану на спину на бортик, закинув её ноги себе на плечи, и встал между ними в бассейне. Его порочная ухмылка выдавала его намерения, когда он наклонился вперёд и прикусил мягкую кожу на внутренней стороне её бедра.
— Да, — прошептала она и повторила громче, когда он вошёл в неё пальцем.
Он входил и выходил, время от времени обводя кончиком пальца скользкую плоть, прежде чем снова глубоко войти. Его губы нежно прижались к её вене, посылая электрические разряды экстаза по каждому нервному окончанию. Всё было слишком чувствительным, чтобы к чему-то прикасаться, и всё же ей хотелось прижаться к нему всем телом.
Он остановился слишком рано, но она не могла жаловаться, когда он провёл языком внутрь и заменил палец языком.
— Азагот, — воскликнула она, когда в её чреве зародилось первое ощущение оргазма. Ощущения захлестнули её, когда он глубоко погрузил язык и прижался им к комочку нервов, от чего она закричала. Но он не позволил ей кончить. А она была прямо на краю.
Он крепче сжал её ягодицы, когда приподнял таз и снова погрузился в неё, на этот раз вылизывая от лобка до клитора. Длинные, жёсткие движения с чередующимися быстрыми щелчками кончиком языка. О, чёрт… о, да… он был так хорош в этом…
Она снова закричала, когда накрыла волна оргазма. Он помог ей пережить его, нежно лаская языком, пока она не пришла в себя. Но прежде чем прекратились последние спазмы, он снова затащил Лиллиану в бассейн, на этот раз в пространство за водопадом и горкой, и стал вколачиваться в неё, пока вода обрушивалась на них. Он вошёл в неё, и тело заскользило по гладкому камню у неё за спиной. Она наблюдала за ним сквозь полуприкрытые веки, пока он брал её, запрокинув голову в великолепном мужском экстазе, стиснув зубы и напрягая мышцы шеи.
— Видишь? — Его гортанный, пропитанный сексом голос действовал на неё как афродизиак. — Это лучше, чем трахаться в океане.
Ладно, секс в бассейне лучше секса в океане. Но она не собиралась этого признавать.
— Мне нужно больше доказательств, — сказала она, задыхаясь, чтобы сдержать надвигающийся оргазм.
— М — м -м… Подожди, пока не увидишь мои планы насчёт трамплина для прыжков в воду.
О да. Просто подумав об этом, она испытала оргазм, и на неё обрушилась волна экстаза. Азагот напрягся, дико задрожал и кончил с рёвом, от которого Мэл села и зарычала. И это разбудило ребёнка.
Райке действительно дали хорошее имя.
— Я возьму её, — сказал Азагот, опуская Лиллиану на дрожащие ноги. — Я не видел её всю ночь.
Он перенёсся к Райке, и Лиллиана наблюдала из-за водопада, как он подхватил их дочь на руки. Он широко улыбался, его взгляд был полон любви, и он издавал очаровательные воркующие звуки.
  
— Я сейчас вернусь, — сказал он Лиллиане. — Я собираюсь поменять ей подгузник.
Лиллиана вздохнула и откинулась назад, чтобы расслабиться. У неё было всё. У них было всё. То, что сделал Азагот, повлекло за собой серьёзные последствия, и по пути погибло много людей. Они всё ещё оплакивали Джорни и всех убитых детей Азагота, и Ривер не был уверен, что Фантом когда-нибудь сможет вернуть своё заклинание иммунитета.
Но Азагот позаботился о том, чтобы тюрьма Сатаны была недоступна в течение десятилетий, а может, и столетий, поскольку не было Чистилища, через которое можно было бы попасть в неё.
И, что самое приятное, Азагот наконец-то позволил себе немного счастья. Смена работы уже повлияла на него, теперь, когда он избавился от постоянного вредоносного излучения, которым был заражён Шеул-Г ра. Теперь, когда ему больше не приходилось ежедневно иметь дело со злыми существами, их ненависть и уродство больше не тяготили его. Он свободен. Они оба свободны.
Что это означало, ещё предстояло выяснить, но рядом с Азаготом Лиллиана была готова это сделать.
К чёрту последствия.