Маяк во тьме (ЛП)
— Мы выполнили главную цель — добыть психобастер. Логично было бы отступить. С другой стороны — шанс один на миллион. Бес со слабым сопровождением и близко к нам.
Киромару оскалился в усмешке.
— Есть еще преимущество. Враг верит, что охотится на нас, и они не понимают, сосредоточившись на погоне, что охотятся и на них. И они не знают, что мы получили психобастер. Стоит ли упускать такой шанс?
Я взглянула на Сатору. Он кивнул. Мы знали, что это был единственный шанс. Даже если мы все умрем в процессе, мы должны остановить беса здесь и сейчас.
Киромару снял робу священника, помылся, а потом размазал по телу грязь и гуано.
— Запах ужасный… — я зажала нос.
Бакэ-недзуми ощущали запахи лучше людей, но Киромару терпел это лучше меня.
— И я это ощущаю, но не время жаловаться. Мне нужно скрыть свой запах.
Он смазал морду, словно наносил макияж.
— За вашим запахом они гонятся, как безумные, но их не интересует мой.
— Почему?
— Я их не очень-то интересую. Может, они верят, что я не так опасен, раз остался один. Они недооценивают меня.
— Киромару нанес им серьезный урон. Может, они хотят держаться в стороне, — Сатору зажал нос рукой, едва двигал ртом, чтобы не ощущать запаха гуано.
— Он убил многих из них?
— Да. Это было нечто. Он убрал семерых.
— Так много? Как?
— Сначала он заманил их нашим запахом и привел к пещере клещей «черной вдовы». Зрелище было ужасным. Группа разделилась, пытаясь бежать. Но Киромару не закончил. Он привел другую группу клещей к лагерю врага. Без их стражи Якомару и бесу пришлось убегать. Но этот план навредил и нам. Клещи, лишившись добычи, напали на нас. И мы поняли, что, хоть они не могут двигаться по влажным стенам, они хорошо передвигаются по воде.
— Да?
— Они склеиваются, как шарики водорослей и плывут… Но то, что они слиплись, упростило их сжигание.
Пока Сатору рассказывал, я снова ощущала сомнения. Как именно Киромару убил тех бакэ-недзуми?
— И он убил семерых солдат врага?
— Да. Но это я видел. Может, их было больше.
— Но разве он не говорил, что их было всего семь?
— Отряд под землей пострадал, и сверху пришло больше. Но и отряд сверху не так велик, чтобы восполнить все потери, так что мы думаем, что в команде под землей сейчас пять членов, — объяснил Киромару, все больше напоминая голема из-за слоя грязи.
— Эй, почему вы не сказали о многощетинковом черве?
Киромару склонил голову.
— Что это?
— Червь у пляжа. Из-за него Инуи…
Он вздохнул.
— Я не думал, что стоило упоминать опасности у берегов ночью. Простите, я бы сказал, если бы вы пошли одна, но с вами был офицер охраны дикой природы, таких мы зовем «богами смерти». И я не знал, что это за существо. Я потерял из-за него много своих солдат, но не смог его увидеть.
Сатору опустил ладонь на мою плечо, чтобы я перестала допрашивать Киромару.
— Плохо дело, — Киромару сморщил нос. — Сверху пошел дождь.
— Почему это плохо? — спросил Сатору.
— Обычно это помогает смыть запах, но нам нужно, чтобы они шли за нами.
Звук дождя донесся до наших ушей.
— Этот туннель не затопит, не переживайте. Глубже под землей есть еще туннели, и вода уйдет туда…
Дождь стекал из множества дыр в потолке. Звук разносился какофонией по туннелям.
— Скорее. Нужно закончить этот бой поскорее.
Мы последовали за Киромару глубже под землю, шагали по мелким туннелям.
Он не сбивался ни на миг, пока мы шли по сплетающимся проемам.
Я слышала, как Сатору шумно дышал. Раны мешали ему.
Вскоре туннели стали вести вверх. Камни становились скользкими от дождя, и приходилось шагать осторожно.
Я только стала думать, сколько еще будет длиться подъем, мы добрались до вершины. Мы были ближе к поверхности, тут дождь слышался сильнее. И слабый свет проникал откуда-то, но был бы ярче без дождя.
— Мы устроим тут ловушку, — сказал Киромару.
Я посмотрела, куда он указывал, и увидела дыру в камне в три метра в диаметре.
— Туннель сделали тысячу лет назад. Хорошо, что он тянется полтора километра, не разветвляясь, а потом уходит наверх.
— Разве это хорошо? Для побега будет лишь один путь, — сказал Сатору, кривясь от боли.
— Проще рассчитать расстояние между ними и нами, когда путь лишь один. Но в туннеле достаточно поворотов, так что мы сможем оставаться впереди и скрытыми из виду.
Его зеленый глаз неприятно блестел на грязной морде. Дождь и пот стали смывать грязь.
— И хоть туннель не разветвляется, от него ведет много узких дорожек. Но там тупики, так что туда заходить мы не будем.
— Как нам отличить их от основного туннеля? — с тревогой спросила я.
— Они выглядят по-разному. Те дорожки узкие, грубые. Вы не заблудитесь, если будете держаться основного туннеля.
Его тон показывал, что он сожалел, что я плохо ощущала направление.
— Но разве это лучшее место для ловушки? — спросил Сатору.
— Нам подходит только это место, — уверенно сказал Киромару. — Этот ветер — наше главное преимущество.
Ветер дул спереди. Почему-то под землей Токио постоянно курсировали ветра, создавая сложные воздушные потоки.
Мы пойдем навстречу ветру, и бес будет с подветренной стороны. Так мы разобьем психобастер, и пострадает только бес.
Но пройдет ли все гладко? Нам было не по себе, но вариантов лучше не было.
— Плохой знак… Дождь сильнее, чем я ожидал, — Киромару смотрел на потолок, слушая то, что я не улавливала. — Изначально мы думали заманить беса в туннель и использовать психобастер до того, как доберемся до выхода. Но теперь план не кажется мне таким надежным.
— Почему?
— Дождь смывает наш запах. Нам нужно заманить беса любой ценой. Нам нужна наживка.
— Эй, погодите. Что за наживка? — сказал Сатору с ноткой сомнения.
— Пусть бес заметит вас на миг, а потом бегите в туннель. Он не сможет управлять собой и побежит за вами.
— С ума сошел? Хочешь, чтобы мы играли в догонялки с бесом? Он сможет ударить, — закричал Сатору. — Это невозможно. Если мы споткнемся хоть на миг, мы погибнем.
— Вы — взрослые и здоровые. Бес — лишь ребенок. Вы должны бегать быстрее него.
— Не глупи!
— И еще. Психобастер нужно выпускать на близком расстоянии. В воздухе влага, и порошок не сможет разлететься далеко. И если не сделаете все правильно, порошок лишь прилипнет к стенам, — продолжил Киромару, игнорируя Сатору.
— Ни за что. Это невозможно, — сказала я, глядя в его глаз.
— Невозможно? О чем ты? — холодно глядел на меня он.
— Я…
— Сколько жертв было принесено, чтобы вы добрались сюда? — резко сказал Киромару. — Понятно, что вам нет дела до жизней моего вида. Но сколько людей, начиная с Инуи-сана, погибло за вас? Они умерли ради этого мига, шанса убить беса. Они доверяли вам и заплатили за это. Хотите потратить этот шанс? Вы прошли этот путь, чтобы в последнюю минуту убежать как испуганные дети?
Я стыдливо опустила голову и не могла ответить.
— У вас еще есть шанс убить беса и выжить. Хороший шанс. Нужно лишь решиться… если нет, вы будете жалеть до конца своих жизней. Может, вы проживете чуть дольше, но бес все равно убьет вас. Когда это произойдет, перед смертью вы будете сожалеть. Жалеть, что упустили шанс убить беса…
Его слова резали мое сердце мечом.
— Да. Ты прав, — тихо сказал Сатору. — Мы пришли сюда, готовые отдать жизни, пришли с одной целью. Мы остановимся из-за страха? Но что ты будешь делать? Просто смотреть, как мы играем с бесом, рискуя собой? Удобно устроился.
Глаз Киромару вспыхнул.
— Звучишь как избалованный ребенок. «Почему я должен умирать, а бакэ-недзуми — нет? Это не честно. Он должен умереть первым».
— Следи за языком! Как ты смеешь! — рявкнул Сатору.
— Хорошо, предложите свой вариант, раз мои идеи не по нраву. Если решите убить беса так, что мне придется жертвовать собой, я сразу это сделаю… или можете убить меня сейчас. Лишь одна причина вам мешает. Некому будет заманивать беса.