На краю бездны (СИ)

— Яна, Виктор тебя действительно любит, зря ты сомневаешься в его чувствах, — прошептала Любовь Ивановна, а я замерла у порога.
Не понимала, зачем она это сказала? Он попросил?
— Я знаю, что это не любовь, а зависимость. Не смог склонить меня на колени, как остальных женщин, вот поэтому и преследует до сих пор. Я у него как сбой в программе. Последняя не пройденная стадия в игре.
— Я знакома с Витей с детства. Поверь на слово, он любит тебя. Просто хочу, чтобы ты понимала, что он сделает все, чтобы заполучить тебя обратно, если не ответишь ему взаимностью, то выпустишь зверя из клетки, а вот ответив, посадишь на поводок.
— У вас склероз уже? Я же отвечала ему взаимностью, но он оставил меня в покое и к вам переметнулся. Просто его раздражает, что я теперь с Ваней, — хмыкнула я, лениво рассматривая свои ногти.
— Я с ним поспорила тогда… Сказала, что ты не любишь его, а Витя уверял в обратном. Летал на седьмом небе от счастья, что ты наконец-то приняла его и доверилась. А так как я люблю Громова с детства, хотела показать ему, что он ошибся, чтобы со мной остался, к тому же знала, что тебе бы это облегчило жизнь. Так вот посоветовала ему оставить тебя и посмотреть, будешь ли скучать, позовешь ли обратно. Ты не представляешь, как он злился, когда ты не вернула его… Понял, что я была права. Рвал и метал. Не понимал, с какого бока к тебе подойти, чтобы не налететь на шипы. А потом ты с Ваней познакомилась. Громов локти кусал, когда заметил твой влюбленный взгляд. Да он бы племянника близко не подпустил, если бы заранее знал, что ты влюбишься в Тарасова. Да и Ваня хорош… Наверняка нарочно выдвинул ультиматум Виктору. Раньше у них все шлюхи одни на двоих были, а тут Тарасов любимую из-под носа увел. А все в отместку за то, что Громов хотел его на дочери Зайцева женить. Взбунтовался Ваня и показал, что не прогнется. Так что они один другого стоят. Я просто прошу тебя, уезжай куда-нибудь, да так, чтобы Витенька тебя не нашел. Побунтует немного, но я его приголублю, глядишь и утихомирится. Как бы ты не желала ему зла, он все равно выйдет сухим из воды. Яна, я люблю этого мужчину, а он любит тебя. Давай друг другу поможем? Уезжай, начни новую жизнь. Если ты исчезнешь, то Витя мне принадлежать будет.
Я часто заморгала, нахмурилась и смотрела на Любовь Ивановну в упор. Сказанное ею медленно просачивалось в мое подсознание.
— Что значит, у них были одни шлюхи на двоих? — выдохнула я, ощутив, как ладони заледенели. Услышала, как вновь затрещал по швам мой идеально созданный мир.
Это что же получается… Тарасов знал все это время, что я была с Виктором? Почему не увез меня подальше от монстра? Они одного поля ягоды? Нет-нет! Ваня не такой! Этого не может быть! Коркина врет! Она специально меня провоцирует, чтобы я натворила глупостей и загремела в психушку.
Обхватила голову руками, пытаясь дышать глубже, чтобы не вызвать новый приступ.
— Яна, ты только им не говори о том, что я тебе рассказала, иначе они убьют меня, — с отчаянием прошептала Коркина, прижав руки к груди.
Я ее уже не слышала, у меня в голове пульсировала только одна мысль — почему Ваня делал вид, что ничего не знал о моей связи с Громовым?
  
ГЛАВА 4
 
Я спустилась на первый этаж здания, шла по холлу уверенным шагом, пылая от гнева.
— Яна, — услышала я голос Вани и замерла.
Волна дрожи прошла вдоль позвоночника, и дыхание сбилось. Всегда так реагировала на Тарасова. Он волновал меня на клеточном уровне, заставлял лишаться рассудка одним лишь своим присутствием. Обернулась и прищурилась, смотрела на него как волчица, готовая оскалиться и продемонстрировать клыки. Ну, Ванечка! Ну, погоди! Я намеревалась выяснить всю правду, которую не замечала из-за своей одержимости. Знаю, что нельзя так любить, но по-другому не умела.
Тарасов поднялся с белого кожаного кресла и уверенной походкой подошел ко мне. Притянул за талию к себе, а я буквально чуть не заурчала от его прикосновения, однако уперлась ему ладонями в грудь и не позволила себя поцеловать. Ванечка ухмыльнулся, а потом подобрался и разжал объятия. Он спрятал руки в карманы брюк и прожигал меня тяжелым взглядом.
 
— Тигрица моя, ну что опять не так? В чем я провинился перед тобой? Злишься, потому что отправили тебя к Коркиной? Ты пойми, я боюсь за тебя. Эти приступы опасны и тебе требуется помощь специалиста. Зря ты бросила лечение! Пока Любовь Ивановна с тобой занималась, меньше срывов случалось.
— Ответь мне на один вопрос… Почему ты все это время делал вид, что ничего не знал о моем прошлом с Виктором? — задала я вопрос, игнорируя его пламенную речь.
Тарасов заметно напрягся и брови сошлись на переносице, взгляд наполнился холодом, а на скулах заходили желваки.
— Могу задать тебе встречный вопрос. Почему ты на протяжении пяти лет избегала разговоров о своем прошлом? Я понимал, что тебе неприятно вспоминать былое, вот и не лез с расспросами. Подыграл тебе, чтобы ты не волновалась лишний раз. Ты не хотела делиться этим со мной, а я делал вид, что ничего не знаю. Надеялся, что когда-нибудь войду в доверие настолько, что ты подпустишь меня к своей душе.
— Выходит, ты специально ответил мне взаимностью, чтобы отобрать у Виктора его любимую куклу? Хотел позлить Громова? — спросила я, заметив, как у Тарасова забилась венка на шее, и губы натянулись в тонкую линию.
Ваня схватил меня за руку выше локтя и, посмотрев в глаза, прорычал:
— Предлагаю отправиться в ресторан и за ужином спокойно поговорить. Обещаю честно ответить на все твои вопросы. Поверить мне или нет — дело твое.
— Хорошо, — ответила я, выдернув свою руку из захвата.
Вздернула подбородок и направилась к выходу.
Ваня быстро догнал меня, и к черной иномарке подошли молча. Я грациозно опустилась на переднее сиденье, испепеляя взглядом Ивана.
— Почему встреча затянулась? Ты же обещал, что быстро освободишься? — холодно поинтересовалась, не сводя взгляда с любимого.
Ваня зажал зубами сигарету, выворачивая руль. Сделал затяжку, не спеша выпустил дым из легких, а потом мельком бросил на меня взгляд.
— Виктор и Константин хотят объединить свои капиталы. Уговаривали меня жениться на Алисе. Дочь Зайцева тоже присутствовала. Она, конечно же, за, а я против такого брака. Сто раз им говорил, что не буду на ней жениться, а они снова за старое. Я понимаю, что им хочется оставить бизнес в кругу семьи. Но почему именно я должен жертвовать собой? Если бы у Виктора были дети, он бы уже давно выгодно распорядился их судьбами. А так у него есть только я… Поэтому и затянулась наша встреча. Весь мозг мне вынесли.
Я заметно напряглась. Смяла в руке ремешок от сумки. Алису я на дух не переносила. Избалованная папина дочка. Зайцев в ней души не чаял. Длинноногая блондинка с изящными формами. Алиса на два года старше меня. Эта швабра белобрысая имела виды на моего Ванечку. Тянула к нему свои коготки. Да вот не задачка, на пути стояла я. Одно радовало, что Тарасов мне принадлежал и на нее внимания не обращал. Часто наблюдала за любимым и замечала, что он на других женщин не смотрел. Это очень радовало.
— И почему же ты отказался от такой выгодной партии? — поинтересовалась я, с безразличием рассматривая ногти, хотя в душе поднялся смерч, готовый снести все на своем пути.
Тарасов протянул руку и нежно сжал мое колено.
— У меня есть ты, зачем мне Алиса? — хмыкнул Ваня, а я расслабилась.
Его слова, как бальзам для растерзанной души. Однако что-то не давало мне покоя. Не могла понять, что именно.
— Затем, что она психически здорова. Малость высокомерная… И стерва, а в остальном неплохой вариант. Да и приданое большое. Она же единственная наследница Зайцева, — привела свои доводы. Ваня смерил меня таким грозным взглядом, что я невольно поежилась.
— Яна, у меня так и чешутся руки всыпать тебе ремня. Что за мысли все время проносятся в твоей голове? У меня достаточно средств, поэтому на жизнь не жалуюсь. Не собираюсь ради денег жить с той, которая не мила и не вызывает у меня интереса. На тот свет богатства не утащить, а жизнь у нас одна, как-то не хочется размениваться по мелочам. Не собираюсь тратить свое время на эту девицу. И ты у меня здорова, так что не смей думать иначе!