На краю бездны (СИ)

Я не знала, как родителям удавалось избежать ответственности за все, что они творили. Как-то Виктор сказал, что мой папаша занял у него много денег, чтобы открыть свой бизнес, еще до моего рождения, а потом прогорел. Долг на нем повис, отдавать было нечем, и папа ушел в запой. В то время папаша имел какие-то связи, вот его зад и прикрывали.
Ну и последнее негативное воспоминание, когда отец отдал меня Виктору и Косте. Озвучила психологу самые яркие, те, что преследовали по ночам, когда я переживала боль снова и снова.
— Яночка, я тобой горжусь. Посмотри, ты смогла рассказать все без слез и агрессии, а так, словно это и не с тобой произошло. Скоро сможешь отпустить прошлое, и оно перестанет тебя преследовать. А теперь поведай мне самые яркие моменты, те, что остались в памяти и вызвали массу положительных эмоций.
Я задумалась, решая с чего начать. Молча погладила мягкую обивку кресла и посмотрела в окно на проливной дождь.
— Мне нравится вспоминать свой пятый день рождения. Седьмое августа… Романовы забрали меня к себе. Дядя Дима подарил мне велосипед, а тетя Наташа красивое платье. От брата тогда получила куклу в яркой упаковке. Они устроила мне настоящий праздник. Свозили в парк на карусели. В тот день я впервые узнала, что есть, оказывается, райский уголок для детей. Тёма на всех аттракционах катался со мной. Вечером мы пили чай с тортом. Я даже задула свечи. Знаете, что я загадала в тот момент? Пожелала стать Романовой Яной. До безумия мечтала принадлежать этой семье. Хотела, чтобы меня удочерили, но это было невозможно.
Еще очень яркий момент, который проживаю в памяти снова и снова, это тот, где мне одиннадцать лет. Я сбежала из дома после очередного отцовского рукоприкладства. Папа бил ремнем так, что надолго оставались синяки. Тёма с друзьями и своей девушкой собирался уехать на несколько дней на дачу. Когда увидел мои синие руки и спину, посмотрел с такой болью, что у меня душа перевернулась от осознания того, что я дорога этому человеку. Романов закипал от ярости из-за того, что творили мои изверги-родители, но не знал, как это остановить. В общем, Тёма взял меня с собой. Его девушка Катя мне очень понравилась. Веселая, озорная девчонка. По дороге на дачу заехали в торговый центр, где Тёма и Катя купили мне купальник, шорты и майку, ну и так по мелочи, чтобы можно было переодеться. Не передать словами, как я радовалась. Повисла на шее у брата и лихорадочно целовала его щеки, а потом смяла в объятиях и Катю. У меня отродясь купальника не существовало.
Я провела невероятные дни в компании брата. Парни жарили шашлыки, а я с девушками играла в бадминтон. Вместе ходили купаться на речку, вот только проблема была в том, что я не умела плавать. Артем и его друг Саша Демидов обучали меня, но я так и не освоила технику, поэтому шла камнем на дно. Надо признаться, в тот день я без памяти влюбилась в Сашу. Он единственный из компании, кто приехал без пары. Естественно двадцатилетний юноша не воспринимал одиннадцатилетнюю девчонку в качестве спутницы жизни. Я ему тогда так и сказала, что вырасту и выйду за него замуж. Тёма долго смеялся над растерянным Демидовым. Он, как и брат, тоже майор.
Еще очень яркое воспоминание о поездке за границу, когда мне было тринадцать, как раз перед тем, как меня родители продали Виктору. Тёма и Саша взяли меня с собой, потому что девушка Демидова заболела, а у них было оплачено на четверых. Вот брат и прихватил меня с собой. Вчетвером мы гуляли до рассвета, посещали различные выставки и музеи. Я тогда словно глоток свежего воздуха получила. Поглядывала на Сашу и тихонько вздыхала, понимая, что у него есть та, которая заставляла его сердце учащенно биться. Катя — моя первая настоящая подруга. Безумно по ней скучаю… Артемка мечтал на ней жениться, любил ее до умопомрачения. Я им даже завидовала. Ведь не познала взаимности, но надеялась еще встретить своего принца.
Что еще было хорошего в моей жизни? Пожалуй, тот момент, когда Виктор впервые устроил для меня новогодний праздник. Поставил дома елку, не сам конечно, а его охрана. Расставил в комнате свечи и включил гирлянды. Смотрелось сказочно. Подарил мне путевку на десять дней за границу. Надо признаться, мы отлично провели время. А запомнилась поездка тем, что все десять дней мы с Громовым общались как друзья без физической близости. Даже жили в разных номерах. Тогда ощутила вкус свободы и была счастлива.
 
Удивительно, но еще хороший момент тоже связан с Виктором. Он научил меня ездить на мотоцикле и водить машину. На двадцатилетие подарил первого железного коня. Я, как сумасшедшая, носилась по городу, нарушая скоростной режим.
Еще очень светлый момент, когда Громов подарил мне щенка — немецкую овчарку. Несколько лет у меня был под боком верный и преданный друг, но, к сожалению, Мухтар заболел, и его не стало, а нового заводить я не захотела.
Ослепительное, солнечное и незабываемое время — когда в моей жизни появился Ваня. С него началась моя новая светлая жизнь. С Тарасовым узнала, каково это ходить на свидания, гулять по парку, держась за руки, не говоря уже о совместных походах в кино и рестораны. Каждый год мы летали в горы, кататься на лыжах, а так же выбирались куда-нибудь в теплые страны — погреть косточки. С Ваней я чувствовала себя живой и свободной. Ведь сама выбрала этого мужчину, а не потому, что он заставил быть с ним, как это сделал Виктор.
— Что провоцирует возникновение такого ощущения, как веревка на шеи? — сцепив руки в замок под подбородком, поинтересовалась Любовь Ивановна.
— Я уже миллион раз отвечала вам на этот вопрос, — хмыкнула я, кладя ногу на ногу. — Точно не знаю, наверное, когда лавина эмоций обрушивается на голову и это меня выбивает из колеи. В такие минуты я словно отключаюсь от реальности и переношусь в тот день… Когда отец душил меня, я поняла, что умру, испытала липкий страх, а потом в какое-то мгновение все исчезло, и меня затянула тьма, а она не так страшна как кажется. Там не было боли и пьяных физиономий, поэтому после того случая я не боюсь смерти. Это самое большое потрясение, которое не могу стереть из памяти. Два года! Мне было всего два года, а я помню, словно это произошло вчера. Хотя другие фрагменты двухлетнего возраста не сохранились.
— Я выпишу тебе лекарства, чтобы немного успокоить твою нервную систему. Советую тебе приходить ко мне на прием почаще. Тебе можно помочь, но при условии, если ты сама этого захочешь, — ласково проговорила психолог, а я хмыкнула.
— Знаете, Любовь Ивановна, что мне поможет? Не ваши пилюли… Мне станет легче, когда я перережу глотку Зайцеву, а потом вырежу сердце Виктора, чтобы проверить есть ли оно у него, а на закуску оставлю папашу. Я его задушу веревкой, и буду смотреть в его глаза, как он когда-то наблюдал, как из меня уходила жизнь. Моя темная сторона мечтает о возмездии… Но вам всем очень повезло, потому что я умею быть доброй. Вместо убийств мне подойдет переезд в другую страну, на другую планету, куда угодно, лишь бы подальше от Виктора. Если мы с Ваней создадим семью, родим детей и заживем спокойной жизнью, то и приступы исчезнут. Тарасов не дает мне стабильности, отсюда и сомнения в его любви… Вы же знаете, что я, как волчица, подозрительная, злая и вечно рычащая, потому что без стаи уязвима. Так и передайте Громову, чтобы держался от меня подальше, а Тарасову, чтоб женился на мне, тогда и проблем не возникнет. Стану тихой, милой, может даже закончу курсы на повара, чтобы баловать любимого пирогами.
— Яночка, я ничего не рассказываю ему, — вздохнув, попыталась убедить меня психолог.
— Мы обе прекрасно знаем, что Виктор не потерпит слова «нет». Так что стоит ему поинтересоваться, что я тут вам наплела, и вы не сможете промолчать. Рада была поболтать. Если снова захочется вспомнить все дер…, ну вы меня поняли, которое пережила, то знаю к кому обратиться, — отчеканила я, вскочив с кресла.
Дождь закончился, а за окном сгустились сумерки. Как и думала, никаких толков от этой встречи, только время зря потеряла. Да, стало легче рассказывать о прошлом. Возможно, я уже примирилась с теми событиями, и не так остро реагирую, как раньше. Но все равно, мне не избавиться от фантома, это будет преследовать меня всегда.