Артефактор (СИ)

Это и положило начало великой глобализации, когда границы стран стали менее значимыми и существовали только на картах.Стало абсолютно нормальным отправиться в другую страну и остаться в ней жить насовсем, как это произошло с тем же Райко Идзуми. Языки начали упрощаться и приходить к общему знаменателю, но универсального языка еще не было.
Но не везде было так радужно. Некоторые страны наоборот отгородились от всех остальных, заявив, что каждый сам за себя и наплевав на все договоренности, которые были до этого. Как ни странно, это оказались не всякие там банановые республики, а те, кто раньше имел какой-никакой вес на мировой арене — Франция, Англия, Чехословакия, которая снова объединилась в одну страну, и множество других. Каждая из них с тех пор стала напоминать маленькую, но злую и лишенную страха собачонку, которая сидит над своей костью и скалит зубы на всякого, кто пройдет мимо. А если подойдешь слишком близко — то и наброситься может. Не убьет, конечно, да и покусает так, чисто номинально, но все равно неприятно.
Большинство беженцев, уходящих от опасностей разломов, направились в Россию, и это сразу же сделало ее центром мирового внимания. Здесь было больше всего магов, больше всего магии и больше всего, конечно же, монстров, куда без них. Поэтому российские маги быстро стали лучшими и самыми опытными среди всех стран, поэтому любая страна мечтала заполучить себе в инструктора русских магов, а взамен была готова делиться собственными наработками и магическими техниками.
Все это звучало очень здорово, но что-то подсказывало мне, что на самом деле все далеко не так хорошо. Какая бы глобализация тут ни произошла, какое бы радушное отношение друг к другу не демонстрировали страны, это все больше походило на притворную улыбку того, кто пытается усыпить твою бдительность, а сам прячет за спиной нож.
После урока географии последовал обед, на котором ко мне пристал Паша. Он откуда-то уже знал, куда и зачем меня увели со стадиона, и теперь капитально присел мне на уши с вопросами, как я добился того, чтобы меня взяли в команду. Он явно и сам был бы не прочь туда попасть, и его даже не останавливала «убогость» команды. Но, так как ему не повезло, а повезло мне, он отводил душу тем, что пытался выяснить у меня все подряд про аэробол и команду.
А мне даже ответить ему было нечего. Я сам еще ничего не знал и с нетерпением ждал первой тренировки.
Первым уроком после обеда стала монстрология, заменяющая здесь биологию. Симпатичная курносая ведьмочка, представившаяся Настасьей Кругловой, была преподавательницей мутомагии. Это один из подвидов биомагии, сосредоточенный на умении частичной трансформации собственного тела для того, чтобы отращивать новые органы или изменять имеющиеся для достижения каких-то целей. Мутомаги всегда оставались в человеческом облике, но могли отрастить себе пару щупалец или крыльев из спины, а то и целую пару ног, заканчивающихся, например, ластами, если понадобится быстро плыть в воде. Кто еще, как не такой маг, подойдет для объяснения, как половчее убить ту или иную тварь?
Мы изучали двух тварей: форга и люмиера. Круглова показывала изображения огромной жабы и летающей каракатицы, и рассказывала о строении каждой твари, особенное внимание уделяя уязвимым точкам, которые нужно стремиться поразить в бою. После этого следовал рассказ о том, какие полезные ресурсы можно получить с тварей, и если с икрой форгов все было понятно — просто вкусный легкий стимулятор, — то глаза люмиеров оказались настоящим чудом. Если их съесть, то на какое-то время, зависящее от самого человека, он приобретал полный иммунитет к псиомагии.
Правда чтобы съесть глаза люмиера, их еще надо было добыть, а это тоже не просто так делается — тварь летает, ослепляет яркими вспышками через любые защитные заклинания, и атакует щупальцами с острыми костяными шипами на них.
Полтора часа пролетели незаметно — настолько интересно Круглова рассказывала про тварей. Особенно это было заметно на контрасте с лекцией Буркова, хотя на самом деле монстрология была лишь расширенной версией того же Вивария. Очень интересно, что будет, когда мы дойдем до тех тварей, которые в Виварии не имеют никакого описания, кроме пару сумбурных строк… Но до этого момента нам надо изучить еще добрую сотню тех тварей, о которых информации полно. И, пожалуй, монстрология станет одним из моих любимых предметов.
  
На четвертом занятии у нас не было урока, и все ученики разошлись по своим делам. Я написал Маусу, узнал, что он тоже освободился, и поспешил на стадион. Погода немного улучшилась — все еще было облачно, но дождь не шёл.
Маус уже ждал меня на стадионе. У него был один комплект аэроконьков и одна доска — для меня, конечно. Он был одет в черную спортивную форму, но без брони, как у Пименовой на уроке. На стойке, где раньше лежал только один мяч, теперь было целых пять.
— Привет снова! — сказал Маус, приветливо помахав рукой. — Подходи, поговорим!
Я вошел на стадион, удивленно оглядываясь — он изменился с урока с Пименовой! Теперь здесь появился мост, словно сделанный из чистой энергии, который пересекал стадион сверху. Он выглядел потрясающе, как хрустальный.
— Итак, начнем с забивача, — сказал Маус, взяв в руки мяч. — На самом деле он называется «Основной мяч стандартного размера», но никто его так не называет.
— А «забивач», потому что им забивают, да? — усмехнулся я.
— Верно, — сказал Маус, бросив мяч мне. — Каждая команда состоит из шести человек: два бомбардира, два нападающих, спринтер и защитник. У каждой команды есть кольца на одной из половин стадиона. Чтобы получить очки, нужно проехать по стадиону восьмеркой хотя бы один раз в любую сторону, а потом забросить мяч в кольцо. Один круг принесет тебе одно базовое очко, два круга прибавит еще два очка, и три круга — еще два, то есть, в итоге три круга принесут пять базовых очков. Дистанция броска не важна, можно даже вплотную мяч засосывать, важно только, в какое кольцо ты попадешь. Большое кольцо даёт не дает бонуса к базовым очкам, среднее — дает двойной бонус, а малое — тройной. Нетрудно посчитать, что два круга по восьмерке и гол в самое большое кольце принесет столько же очков, сколько один круг и гол в самое малое.
— Тогда что выбрать?
— Зависит от ситуации. Если ты выберешь малое кольцо, то рискуешь промахнуться, потому что его проще защищать. Если выберешь большое, то пока ты катаешься по стадиону, тебя могут сбить или в тебя прилетит вышибала.
Он взял второй мяч — поменьше и явно поувесистее первого.
— Это он, засранец. Каждая команда имеет четыре мяча-вышибалы, которые летают по их половине поля в случайном порядке. Бомбардиры могут их подбирать и использовать для атаки игроков другой команды, при этом атаковать можно в любой части поля. Если бомбардир ошибется и попытается схватить чужой мяч — он вышибет самого бомбардира, точно то же самое случится, если мяч, даже свой, попытается схватить кто-то кроме бомбардира. Так как бомбардирам нужно быстро перемещаться, чтобы успевать и за мячами и за своими целями, они катаются на досках.
— Как и спринтеры, — заметил я, возвращая забивач Маусу. — В чем моя задача?
— Спринтер это особый член команды. — Маус положил мяч обратно на стойку. — Спринтер не имеет права играть забивачем в восьмерке, если мяч попадает к спринтеру, он обязан любым способом избавиться от него в течение трех секунд. Или он может выйти с ним на радужный мост.
Маус указал на мост, который тянулся над стадионом.
— Как видишь, радужный мост тянется над всем стадионом, и открыт со всех сторон. Пользоваться радужным мостом может только спринтер, причем независимо от того, есть у него в руках мяч или нет. Полный проход с мячом по радужному мосту приносит команде сразу два базовых очка, половина моста — одно базовое очко. Спринтер может забивать прямо с моста или в течение двух секунд после того, как покинул его, множители очков для него остаются такими же, как и для остальных.