Рысюхин, вы в четырнадцать не шалили? (СИ)

От идеи съездить для тренировки до Червеня и обратно отказались, потому как колонну потом ещё развернуть нужно будет, но главное не это, а то, как отреагирует местное население и местные же власти. Распихали технику по трём фортам, на Лице и двух Изнанках, а ещё по ангарам, стоящим вдоль дороги и занялись погрузкой имущества — подготовка перешла в завершающую фазу. Я пытался участвовать в контроле за процессом, но быстро понял, что тут нужно единоначалие, и я Старокомельскому только мешаю. Так что пошёл и занялся, наконец, самоходкой, просто для души.
  
Можете обзывать меня всячески или обвинять в гигантомании, но я решил сделать новый миномёт больше прежнего. Хоть дед и уверял, что для пехотных частей нужнее ротный миномёт калибра миллиметров шестьдесят, пятьдесят и меньше имеет слишком слабый снаряд, но тут уж извините — мир другой и условия тоже. Я из разговоров при Дворе (о как! Я уже на такое ссылаюсь!) и в ходе испытаний убедился, что даже идею дать свою артиллерию на уровне батальона большинство генералов восприняли если не в штыки, то как минимум с большим сомнением, и если бы не прямое указание Государя Императора — заблокировали бы. Они и так пытались, причём неоднократно! Так что идея дать свои орудия каждой роте вызовет такое возмущение, что ни в сказке сказать, ни гонораром оплатить. И инициатору сделают или больно, или очень больно. Так что пусть эта мысль дозреет лет несколько. Ну, и самое главное: у меня нет пехотных рот, которые нужно насыщать своим носимым тяжёлым вооружением!
Да, большой калибр мне вроде как тоже не особо нужен, но идея иметь возможность накрыть противника на расстоянии побольше душу греет. Ну, и впечатления от осадного дивизиона, которые остались двоякие: с одной стороны — мощь неоспоримая, с другой — полная беспомощность в части мобильности. Чтобы передвинуть орудие на двести метров надо двое суток его разбирать, потом по частям перевозить, потратив день, и трое суток собирать, а потом заново пристреливать. Жуть!
Нет, такой чудовищный калибр я делать не буду, там нужна железнодорожная платформа, причём не исключено, что такая, которая будет опираться сразу на два пути, то есть, на четыре рейса — дед показывал мне картинки таких мортир из его мира, вместе с рассказами об их практической бесполезности. А вот сто шестьдесят миллиметров — вполне рабочий вариант и, пожалуй, максимум, который можно разместить на колёсной платформе, двести и больше по мнению деда, которое он смог доказать, требуют гусеничного шасси.
И дед кое-что помнит по устройству такого орудия, и его характеристики, которые можно взять за образец. Правда, будут сложности из-за того, что придётся сильно менять конструкцию. Зачем? Судите сами: длина ствола будет примерно три метра, по опыту дедова мира это оптимально для калибра шестнадцать сантиметров. И в этом случае даже при минимальном угле возвышения, сорок два градуса, дуло оказывается на высоте больше двух метров от земли или платформы! Примерно два метра пятнадцать сантиметров, если кому-то хочется точнее. А при угле восемьдесят два градуса при дульном заряжании мину пришлось бы поднимать на высоту два метра семьдесят сантиметров! Тут или городить мостки с лебёдкой, ведь мина весить будет немало, у оригинала она была сорок один килограмм с хвостиком — или переходить на заряжание с казённой части.
Спросите, как? Нет, конечно, можно сделать так, чтобы верхняя половина казённой части откидывалась в сторону, например, но это извращение, точнее, целая коллекция извращений. А вариант здорового человека — качающийся ствол. Чтобы сохранять пристрелку, всё наведение должно осуществляться опорой, в верхней части которой, выше точки крепления двуноги, будет шарнир. Идея в том, чтобы высвобожденный из зацепления ствол под собственным весом наклонялся вперёд, а с заряженной в нижнюю часть миной, опять же под собственным весом, возвращался в рабочее положение.
Это теория, а на практике требовалось сделать так, чтобы давление не вырывалось из нижней части орудия, калеча ноги расчёта, то есть — обеспечить надёжную обтюрацию. Ну, и придумать механизм удержания, который бы не давал мине выпасть из ствола, пока он возвращается из зарядного положения в боевое. И при этом чтобы механизм не мешал стрельбе и не создавал утечек давления. Это только две самых очевидных проблемы, на самом деле их гораздо больше, и я даже не о составе металла.
Разумеется, до приезда гвардейцев, которые должны были взять на себя охрану портала, я не успел решить и четверти проблем, но развлёкся и отвлёкся неплохо. Сделал только усиленную поворотную платформу, усиленные же опоры и макет нижней части миномёта. Макетом называю от того, что нужно ещё сделать узел обтюрации ствола, да и шарнир вряд ли останется таким простым. Есть мысль, что для предотвращения прорыва газов внизу ствола его можно или нужно после поворота сдвинуть вдоль продольной оси и вдавить в основание, но об этом буду думать после возвращения домой. А пока законсервировал работы и пошёл проверять, как подготовлены казармы для размещения приезжающих завтра гвардейцев.
С казармами всё оказалось в порядке, для командированных освободили помещения в форте на Лице мира и караулки на обеих изнанках, подготовили запас постельного белья и всякого прочего, столовая и кухня и так в деле, но наняли дополнительных людей на те дни, когда придётся кормить и своих, и приезжих. Для перевозки царских солдат и их имущества на вокзал в Смолевичи пригнали целую небольшую колонну из двух автобусов — нового и красивого, а также старого «школьного» из Викентьевки, к ним в довесок три грузовика для вещей — по моим прикидкам хватило бы одного, Старокомельский заявил, что «это же гвардейцы» и добавил второй, потом мы подумали и на всякий случай увеличили колонну ещё на один. Из того соображения, что лучше сгонять автомобиль порожняком, чем не хватит места для груза. Надо сказать, что грузовиков лишних не было и взяли те, что предназначались для перевозки мин, благо, загрузить в них ящики с боеприпасами успеем за пару часов.
Три десятка солдат и офицеров одного из гвардейских полков приехали в двух пассажирских вагонах, в одном нижние чины, а в другом — офицеры и старшие унтер-офицеры. Их имущество прибыло в почтовом, а не грузовом вагоне, что несколько меня удивило. Да, я переиграл планы и сам приехал встречать гостей. Во избежание трений, так сказать, и, забегая вперёд, оказался прав. Ну, даже если забили вагон под завязку, в почтовый входит двенадцать тонн груза, так что должны увезти всё, в крайнем случае — вызову Белякова с его пикапом. Надо сказать, суеты с разгрузкой не было, потому что се три вагона просто отцепили от состава, перегнав в ближний к вокзалу тупик. Может, поэтому гвардейцы не торопились, или просто демонстрировали свою значимость, но выгружались они минут пятнадцать. Что ж, вроде, наконец, выбрались, и даже изобразили подобие строя, пора идти знакомиться.
  
Глава 20
 
Пока я собирался идти и добирался до перрона меня обогнал Аркадий Витальевич Вишенков — заместитель командира дружины «по строевой», которого взял с собой для профессионального общения с гвардейцами. Но что-то мне кажется, что общение не задалось: приехавший из столичного гарнизона офицер чуть ли не отмахнулся от моего и продолжал курить, общаясь со своим товарищем. Более того: один из унтеров в толпе, имитирующей пародию на строй, тоже закурил! Ну, это уже вообще!
Нет, поймите меня правильно, я не «сапог на всю голову» и не считаю, что любое дело должно начинаться с построения и выполняться в ногу, но если уж дал команду на построение — проследи за её исполнением! И так демонстративно пренебрегать другим офицером, пусть «чужим» и в запасе, но — офицером, в присутствии нижних чинов⁈ Это же подрыв субординации в принципе, как таковой, как идеи! Даже дед, который всегда скептически относился, так скажем, к сословному делению и «шляхетскому гонору», и тот только крякнул, а потом загнул так, что прямо душевно получилось, от души! Пока Вишенков в растерянности пытался придумать, что сказать, и я дошёл до места событий. Ага, гвардии поручик, это по табелю тот же классный чин, что у армейского капитана, а Аркадий Витальевич у нас подпоручика получил при увольнении в запас. Вот и держит себя с ним залётный как с младшим по званию.