Рысюхин, вы в четырнадцать не шалили? (СИ)

— Полковником вас сделать никто не может, даже Государь, поскольку не пройдено обучение в военной академии, там это непременное условие.
И, не успел я с облегчением перевести дух, как он с ехидством добавил:
— Зато для производства в генеральский чин не указано никаких ограничений, ни по образованию, ни по выслуге лет, только наличие дворянства и воля Государя Императора. В теории, он хоть прапорщика, имеющего дворянство, может в генерал-майоры произвести.
  
А потом — добил:
— И ещё один момент. Любая академия, хоть военная, хоть нет, может признать любое значимое изобретение в своей области достойным присуждения звания почётного выпускника или даже почётного научного звания, так называемый «доктор гонорис кауза». И таковое звание приравнивается к диплому оной академии, что даёт право на получение звания полковника.
Тут я натуральным образов взвыл, а его высокородие господин тестюга изволили возоржать над этим. Надеюсь, всё это только его домыслы, и никакие повышения мне в ближайшие семь-восемь лет не грозят. Когда я взял себя в руки, то всё, что смог из себя выдавить:
— Свихнуться можно! Как вы ухитряетесь вообще всё это помнить, понимать и разбираться⁈ Хорошо хоть по линии Корпуса всё просто и понятно: в рамках экспертно-криминалистической службы я достиг потолка, даже если пойти в штат и там начать карьеру усиленно строить, то должность начальника лаборатории предусматривает тот же чин, что у меня сейчас.
— Это да. Что до «свихнуться», то как раз в табели всё просто и понятно, надо только суть уловить. А вот в чём на самом деле голова пухнет и мозги наружу вытекают — это как можно вот взять и придумать, например, новый тип артиллерийского орудия⁈ Да ещё сделать так, что мощность снаряда становится больше, а толщина стенок ствола — меньше! Или как можно взять старое ружьё и превратить в современнейшую систему? Как и что там улучшать можно, это же просто палка с дыркой и заряд внутри!
— Вот как раз там всё понятно, чистая физика, чёткие и строгие законы, да и металл сам рассказывает, что ему нужно…
— Кто на что учился, так, кажется, вы говорили, молодой человек?
Потом тесть реабилитировался за издевательства: довёз меня до аэродрома в бывшем моём, а ныне жандармском, фургоне. Что сказать? Кабину прокурили всё же, а в салоне видно, что поменяли как минимум половину обивки на сиденьях. И покрасили снаружи в чёрный цвет. Но это всё ерунда, главное, что всё сделал за день, что хотел, и домой вернулся до темноты.
  
Глава 15
 
Дальше всё пошло своим чередом: Маша и Ульяна нервничали и переживали, одна по поводу платья, вторая — из-за того, что не может поехать с нами, я — занимался проблемами разросшегося семейного дела, и не только проблемами, но и рутиной. А в перерывах — занимался изготовлением ружей вместо переданных пограничникам. Не торопясь, по одному в день. Причём, делая для себя, ещё и дополнительно укреплял металл в первой трети ствола, полностью меняя кристаллическую структуру стали. По моим прикидкам, такой выдержит выстрел удвоенным зарядом, причём не просто выдержит, но и полностью сохранит боепригодность. Ну, и боеприпасы, которых может быть очень мало, просто мало и всё равно мало, но некуда класть. Да, знаю, это вторично и очень топорная переделка, но ведь так оно и есть.
А потом мы спокойно поехали на свадьбу.
Поверили, что всё так и было? Ага, как же! А мой день рождения, совмещённый с приёмом по поводу нового чина? Вот-вот, и я бы забыл, если бы мог. Но — не судьба. Благо, приём был не слишком большим, и методика отработана. Для всех гостей хватило бы одного автобуса, но, для соблюдения всех приличий и обеспечения возможности привезти членов семей — пришлось задействовать ещё фургон и «Жабыча». Посидели, поговорили, закусили. К счастью моему, большой зависти у гостей я не увидел — или не сумел рассмотреть, что тоже вполне возможно. Подарков особых не ждал, всё же день рождения — лишь повод, но для соблюдения приличий что-то подарить гости были должны. Ближние соседи пытались сделать подарки «со смыслом», граф Соснович подарил ещё несколько тысяч корпусов для мин, остальные отделались конвертом с символической, но приличествующей случаю, суммой, которая пойдёт в шкатулку на домашние расходы и будет вся израсходована на подготовку к свадьбе Иры пока ещё Мурлыкиной.
Единственное, но сильное разочарование постигло гостей, когда я не смог сказать, за что именно получил новый чин, который однозначно был воспринят как высокая награда. И это я ещё про освобождение от налогов никому, кроме главного бухгалтера, не говорил. Что-что, а такая льгота точно вызвала бы зависть, совершенно искреннюю и глубокую. Про награждение лишь сказал, что причин было несколько, но о большинстве из них Государь просил пока что не распространяться. Против такого возразить нечего, но и просто так людей отправить восвояси нельзя, пришлось намекать, что речь о военных разработках.
Главный же подарок мне был от моих домашних, и подарком этим были они сами. И главный праздник начался после того, как отправили гостей по домам. Жаль только, что Ромке уже довольно давно пора было спать и его уложили, Поэтому в малой гостиной сидели обнявшись вчетвером — я, Маша, Ульяна и получившая амнистию Мявекула, развалившаяся на коленях у Мурки, но закинувшая на меня вытянутые задние лапы и хвост. Посидели, обнявшись, с полчаса и это дало такой заряд любви и бодрости, что больше и не нужно.
А потом — да, подготовка к свадьбе вышла на новый виток. И я в этом участвовал тоже, хоть и не так, как мои жёны: по согласованию с Василием Васильевичем отгружал в Могилёв не только спиртное, но и закуску к нему, точнее — продукты с изнанки. Если ещё точнее, то большая часть этих продуктов только готовилась к отгрузке, фасовалась и оставалась лежать там, за порталом, чтобы не теряла своих свойств. Поедет оно всё так, чтобы прибыть на кухню ресторана за сутки до свадьбы. Была даже мысль перебросить кое-что по воздуху, но по здравому размышлению от этого отказались.
Зато как-то внезапно пришла в головы простая и очевидная идея, Которая до этого почему-то туда не приходила. И именно в головы, а не в голову, поскольку одновременно её выдвинули сразу трое. А идея простая: попробовать выдерживать «Рысюху» и акавиту на изнанке! Не знаю, будет ли от этого толк в смысле улучшения вкуса или состава, но в рекламных целях надпись на этикетке «выдержано на Изнанке» должна сработать. Хотя эту тему надо бы ещё изучить. По словам Василисы в Университете появилась новая кафедра — социологии. Может, их озадачить проведением исследования? В мире у деда это очень модно, по его словам. Правда, результативность этих исследований, по его же признанию, не всегда стоит затрат.
Ну, а потом и свадьба. Мы с Муркой приехали заранее, сопровождая грузовик с едой, поскольку жена хотела поддержать свою сестру. Но остановились в гостинице: подаренный Ире дом уже не мой, пусть она бы и не отказала в его использовании, но такой вариант может ударить по моей репутации. Селиться у тестя было бы и вовсе неприемлемо, обременительно для Мурлыкиных и неудобно для нас. Так что — гостиница. Приличная, но без излишних претензий.
Утром Маша убежала в родительский дом. На пролётке извозчика «убежала», разумеется, а не пешком. Я же не поленился съездить в ресторан Дворянского собрания, проверить, всё ли приехало в сохранности, и не успело ли что-нибудь уже пропасть. Тестю, в отличие от Подосиновикова, отказать даже не пытались, более того, предложили самому выбрать наиболее удобную дату. А я бы, будь такая возможность, предпочёл тот самый плавучий ресторан, но он считался ниже по статусу, да и вовсе в данный момент находился в Гомеле, так получилось. Оттуда отправился в лабораторию к дядям, ну, и к тестю заглянул, поддержать морально. Ему, конечно, не впервой, да и не последний раз такое, но, тем не менее… Короче, день провёл с большой пользой и без нервотрёпки. Даже повеселился немного, изучая сборник избранных мест из заявок на экспертное исследование, написанных преимущественно нижними жандармскими чинами, хотя и офицеры порой отличались излишней вычурностью формы. Это, как правило, тогда, когда хотели спрятать суть, сводившуюся примерно к такому: «я не знаю, имеет ли это вообще отношение к делу, но найдите хоть что-нибудь».